Станислав Коронько - Игрушка богов

Курц прервался, довольный собой и своей историей. Его глаза спрашивали- ну как, хороший из меня рассказчик получился, отработал ли я свою порцию похлёбки?

Засунув лезвие кинжала в котелок, Себастиан перемешал исходящее ароматным паром варево. Поднёс клинок ко рту, слизал с него густую, жирную жижу. С безучастным видом отвернулся к речке, произнёс:

— Знакомая легенда. Легко её в сёлах глухих услышать можно. Конечно, кое-каких деталей ты добавил, всё приукрасил, переиначил, половину выкинул, но вообще-то сказание о драконах это. Один в один. Еретики любят этой сказочкой на сторону свою дурачков новых завлекать.

— Да, Курц, — поддакнул Тимур. — Это всё довольно занимательно, только мне от всяких легенд пользы никакой. Лучше объясни, что это за испытание такое и почему это я вдруг оказался бессмертным. И попроще как-нибудь, без этих твоих наворотов…

В углу рта Курца появился кончик языка. Втянув его обратно, он сказал:

— Почему Игроки бессмертны, не знает никто. Есть, правда…

— Чужой, — произнёс хриплый голос.

— Где чужой? — спросил Курц у пялящегося на речку священника и положил ладонь на клинок Тимура.

— Кто чужой? — спросил Тимур. — Что ты имеешь ввиду?

Себастиан обернулся, удивлённо моргнул.

— А чего это вы меня спрашиваете? Я вообще молчал.

Тимур с Курцем одновременно повернулись к Диане. Голос принадлежал ей. Слышать его было настолько непривычно, что никто и не подумал, что она решилась что-то сказать.

Кашлянув, Диана повторила:

— Тимур- чужой. Не принадлежит миру. Не весь здесь.

Заинтересовались все. А особенно Тимур.

— Это как это я не весь здесь?

Диана пожала плечами. Сказала:

— Не весь. Только часть. Потому и бессмертный.

— Чего-то я не понимаю…

Маленький пальчик с обгрызенным ногтем ткнул Тимура в плечо.

— Другой. Не весь собрался. Если что-то повредится, соберётся заново.

— Чего-то я не понял… — снова бессильно повторил Тимур.

А Диана удивляла всё больше.

— Ты- отражение. Не весь настоящий. Часть осталась в другом месте. Она- образец. По нему ты собираешься.

С каким-то даже страхом Тимур отодвинулся от девочки. Попытался понять её слова. Выходило, что во время путешествия с Земли на Наутику его разделили надвое. И теперь один служит донором другому. Бред… Но это если воспринимать всё буквально…

— Диана, а попроще объяснить ты можешь? — спросил Тимур.

Как и ожидалось, девочка просто пожала плечами.

— И как ты всё это поняла? — поинтересовался Курц.

— Не знаю. Просто вижу.

— Что видишь?

— Вещество. Потоки. Течения. Свет.

В голос Курца вплелось напряжение.

— И ты не сможешь сказать, что это за вещество, потоки и свет?

Диана задумалась. Так, словно пыталась подобрать слова определения для элементарных вещей. Вещей, которые были для неё естественны, но непонятны.

— Ну… Э… Вещество- это… Из него всё состоит. Потоки, э… Потоки… потоки… это когда вещество течёт. Свет, ну… исходит из всего…

Окончательно запутавшись в сложных словах, Диана замолкла. Уставилась в землю перед собой и густо покраснела.

— Кто-нибудь что-нибудь понял? — с удивлением спросил Курц.

Себастиан пожал плечами.

— Ну… если предположить, что вещество- это материя, а потоки и свет что-то вроде энергии, — неуверенно пробормотал Тимур. Затем отрицательно мотнул головой и уверенно заявил: — Хотя нет, ерунда. Этак я так до чего угодно додумаюсь.

— Ладно, — ухмыльнувшись, решил Курц, — Диану будем пытать позже. Сначала закончим с этим испытанием. Итак, раз в пятьдесят лет Эзекиль перетаскивает с Земли трёх человек. Лишь эти три человека могут войти в гнездо, или, как его звал Ксандер, инку… инкубатор. Что да как там происходит- неведомо никому. Но после того, как заходят они, проходит час, и все выходят обратно. Двое сразу же умирают. Просто падают и умирают. Отчего и почему- неизвестно. Последний становится наместником. Следующие пятьдесят лет он не стареет и всё так же бессмертен. Через пятьдесят лет, в назначенный день и час, возвращается он в гнездо, где ждёт следующих Игроков. Больше бывшего наместника не видит никто. Из башни он так и не выходит.

Сглотнув, Тимур с надеждой в голосе спросил:

— А может, в благодарность за службу Эзекиль его оттуда обратно на Землю отправляет?

— Если бы Эзекиль мог открыть Дорогу внутри инкубатора, он бы тебя прямо туда перенёс. А так, подозревают хранители, он до конца и сам не понимает, чем он пользуется и как этим пользоваться. Овладел он механизмами древних, но освоить их ему не под силу. Не для драконов их Забытые создавали, а для сыновей своих будущих. И Эзекиль без помощи человека в этом инкубаторе- никто.

— И его помощник- наместник?

— Ага. Он постоянно находится либо внутри инкубатора, либо поблизости, в городке Йонбен.

— Какая скучная жизнь у вашего наместника, — заметил Тимур. — Целых пятьдесят лет практически в одном месте тусить.

— Ага. За тринадцать веков своего правления Эзекиль ни разу не выпускал наместника из-под защиты гнезда.

— Суровый, однако, божок.

— Трусливый, — поправил Курц. — Боится без наместника остаться.

По спине Тимура пробежали мурашки.

— Так бессмертного всё-таки можно убить?

— Нет, нельзя, — ответил Курц. — Даже если тебя сжечь, а пепел развеять, ты появишься снова.

— Откуда ты это знаешь?

Ответил Себастиан:

— Драконы так Игроков на прочность испытывали. Ловили их и жгли. Но через время те всё равно вновь появлялись. Прямо из воздуха. А ежели Игрока просто проткнуть или голову отрубить, то он и так оживёт. Рана затянется, а голова новая отрастёт. Это драконы тоже проверяли.

Тимур непроизвольно схватился за свою шею, словно пытаясь задушить самого себя. Как это, интересно, голова может отрасти заново? Как хвост у ящерицы, что ли? Вместе с мозгом? И прячущейся где-то среди миллиардов нейронов нематериальной сущностью под названием эго, я, личность, душа? Вместе с тем, что позволяет чувствовать и ощущать себя собой в данный момент времени.

… Или в новой голове будет обитать уже совсем другой человек? Не тот, что умирал, не тот, кто краткий миг видел своё обезглавленное тело, не тот, кто успел за этот миг пожалеть о незавершенных делах, о не сделанном и не сказанном? Не тот, кто за этот краткий миг успел что-то понять и стать чуть-чуть другим? Кто же будет обитать в новой голове? Тот самый прежний, или кто-то новый… Всего лишь копия?

А затем шок смыла волна отвращения. Добренькие и благородные драконы сжигали Игроков. Вряд ли всех подряд, но как минимум одному бедолаге не повезло по-крупному- ему выпала честь стать для могущественных хранителей лабораторной крысой. Должно быть, он умирал не раз…