Сергей Русинов - Капитан Дональдсон

Невнятно пробормотав что-то по-русски (судя по интонации, это

было ругательство), Барков открыл глаза и непонимающе уставился на него.

- Питер! Питер, это я! Очнись! - позвал Дональдсон.

- А-а, команди-ир! - простонал Барков, и, слабо улыбнувшись, попытался пошутить: - Мы всё ещё на этом свете?

- Здешние ангелы землян не принимают, - с улыбкой сказал капитан.

"Чёртов русский характер! - подумал он. - У самого, небось, в башке всё трещит, а он ещё задаёт такие вопросики!"

Капитан был весьма недалёк от истины. В голове у Баркова звенело ничуть не меньше, чем у него самого.

- Как ты, Эндрю? С тобой всё в порядке? - спросил Барков, вытирая мокрое лицо.

- А, руки-ноги целы - и ладно, - небрежно махнул рукой капитан. - Ты сам-то как себя чувствуешь?

- Как будто столкнулся с магнитопоездом, - выдохнул Барков.

- Двигаться-то можешь?

- Надеюсь, что да.

- Надо помочь Джеймсу и Магнусу.

Обернувшись назад, они увидели, что их друзья лежат так же, как лежал Барков: лицами на приборных панелях.

Пётр попытался встать, но пошатнулся и плюхнулся обратно. Только со второй попытки ему удалось подняться на ноги.

Держась за спинки кресел, они с трудом преодолели те несколько шагов, которые отделяли их от Свенссона и Ченга, так как передвигаться по наклонному полу было очень неудобно.

Добравшись до Ченга, Дональдсон усадил его прямо, и, заглянув в стеклянное "забрало" его шлема, увидел, что на уровне рта стекло запотело.

- Живой! - облегчённо вздохнул капитан.

- А что ему сделается? - усмехнулся Барков. - Наш доктор в огне не горит, и в воде не тонет.

- Сплюнь! - сказал Дональдсон.

- Да, правильно. Тьфу-тьфу-тьфу! - поплевал через левое плечо навигатор.

Дональдсон поднял стекло Ченга и сильно шлёпнул его ладонью по щеке. То же самое Барков проделал со Свенссоном.

- О, командир! Вы живы! Как я рад! - открыв глаза, восторженно воскликнул Ченг. - Вы в порядке?

- Да так, относительно, - улыбнулся капитан. - А ты?

- Нормально. Кости вроде целы, ничего не отшиб, - ответил доктор, пошевелив руками и ногами.

Свенссон пришёл в себя довольно быстро:

- Пётр, что у тебя под носом? - спросил он у Баркова.

- Под носом?

Вытерев нос, Барков с удивлением уставился на свои пальцы:

- Кровь?! Ничего себе! Джеймс, у меня что-то с носом!

Доктор тут же принялся осматривать его:

- Здесь больно?

- Нет.

- А здесь?

- Здесь немного больно.

- Сильно?

- Нет, вполне терпимо, - ответил, поморщившись Барков.

- Ничего страшного. Ты просто сильно ушиб нос. Скорее всего, о стекло скафандра, - спокойно произнёс Ченг, убрав руку от его носа.

- Перелома нет? - с лёгким беспокойством спросил Пётр.

- Нет, - качнул головой доктор.

- Слава богу! - облегчённо вздохнул навигатор.

- Ладно, ребята, хватит болтать, - остановил их Дональдсон, - надо решить, что будем делать дальше?

- Попробую связаться с "Рыцарем", - сказал Свенссон, щёлкнув выключателем. - Ивонна, Ивонна, это я - Магнус. Отвечай, Ивонна!.. Всё! Глухо! Ничего не слышно, - выключил он радиопередатчик.

- Было бы странно, если бы после такого падения связь была нормальной, - заметил Барков.

- Они, наверное, уже отправили второй флайер, - предположил Ченг.

- Думаю, нам надо выбираться отсюда, - сказал капитан, закрывая свой шлём.

Ченг, Барков и Свенссон направились к задней двери кабины.

- Закройте свои шлемы, олухи! - приказал Дональдсон.

Друзья послушно захлопнули шлемы. Барков повернул ручку клапана, подождал, пока выровняется давление, и сдвинул дверь в сторону. Раньше за дверью находился небольшой салон для пассажиров, но теперь его, конечно, и в помине не было. Внизу,

метрах в двух-трёх была земля, усыпанная ветками и листьями.

- Высоковато! - сказал Барков и, тяжело вздохнув, прыгнул вниз. Один за другим за ним последовали остальные.

Открывшаяся перед ними картина оптимизма не добавляла. Красавец-флайер разломился на три части, если не считать оторванных крыльев. Носовая часть застряла между поваленными и переломанными деревьями и торчала из них, как кусок карандаша. Метрах в пяти от неё валялась покорёженная средняя часть. Ещё дальше лежали остатки хвостового оперения. Там же, но немного левее, вертикально стояло прислонённое к дереву левое крыло. Обломки были окружены тонкими высокими деревьями с гладкой корой фиолетового цвета. Туман уже рассеялся, но в лесу по-прежнему было сумрачно. Голубоватый свет местного солнца с трудом проникал сквозь затерянные в вышине кроны деревьев.

Дональдсон посмотрел на анализатор атмосферы. Его данные полностью совпали со спектральным анализом "Эдварда". Воздух был вполне пригоден для дыхания.

- Может, откроем шлемы? - спросил капитан.

- Не советую это делать, - ответил Ченг, - во всяком случае, пока. Здесь может быть опасная пыльца или какие-нибудь неизвестные нам микробы.

- Но автономные запасы скафандра ограничены, - напомнил Дональдсон.

- Да, я знаю. Но дайте я хотя бы экспресс-анализ сделаю. Если не найду ничего опасного, можете смело открывать шлемы.

- Ладно, делай что хочешь.

Дональдсон обошёл обломки флайера. Под ногами шелестели опавшие листья, мелкие куски обшивки, обломанные ветки с широкими темно-зелёными листьями разнообразной формы. Изредка в воздухе мелькали разноцветные насекомые.

Барков вылез из-под обломков центральной части. В руках он держал большой пластиковый пакет:

- Вот уж не думал, что надувная палатка уцелеет, - сказал навигатор, удивлённо разглядывая то, что нашёл.

- Отлично! - бодро произнёс капитан. - Будет где пристроиться.

- Поставить её? - спросил Барков.

- Да, конечно.

- Сейчас, только расчистим место.

Дональдсон, Барков и Свенссон принялись растаскивать обломки флайера в разные стороны, освобождая место для палатки. Ченг же производил одному ему ведомые манипуляции с пробирками, маленькими чашечками Петри и портативным микроскопом.

Наконец, мелкие обломки были убраны, но оставался ещё большой кусок центральной части флайера, валявшийся перед ними.

- А с этим что делать? - спросил Свенссон.

- Надо его, хотя бы немного, передвинуть, - ответил капитан.

- Что ж, будем толкать, - весело сказал Барков. - Так, Магнус, ты давай там толкай, ты, Эндрю, толкай с того конца, а я буду здесь, посередине. И-и, взяли!

Обломок покачнулся, но не сдвинулся ни на дюйм.