Нагару Танигава - Вздохи Харухи Судзумии (Перевод с японского)

Обычный мир стремительно слетал с катушек.

Только я дотащил свое усталое тело до дома, как рот раскрыла усатая животина:

— Значит, я должен просто не раскрывать рта перед той энергичной девушкой?

Котяра дремал на моей кровати в позе Сфинкса.

— А ты понятливый, да? — я легонько прихватил Сямисена за хвост, но тот быстро ускользнул у меня из рук.

— Как вам всем будет угодно. Впрочем, у меня есть предчувствие, что если эта девушка услышит мой голос, почему-то будет несколько неловко.

— Ну, согласно Коидзуми, видимо, да.

Говорящий кот. Значит, нужно придумать причину, чтобы кот хоть и говорил, но необыкновенным это не было. Короче говоря, чтобы, несмотря на существование говорящего кота, можно было бы создать мир, где нет ничего необыкновенного. Ну и что это будет за мир и какие там будут кошки?

Сямисен зевнул и, не переставая вылизывать хвост, сказал:

— Кошки бывают разные. У людей, наверное, так же.

Хотелось бы мне знать поподробнее, что это за «разные».

— Узнаешь — и что тогда? Не думаю, что ты смог бы сделать что-то кошкам на пользу. Кошачья психология, знаешь ли…

Как все они меня достали!

Только я собрался принять ванну, как в комнату заглянула сестра и сообщила о том, что ко мне пришли.

Я спустился по лестнице, недоумевая, кто бы это мог быть. Увы, это оказался притащившийся к моему дому Коидзуми. Я вышел на улицу, решив оказать ему радушный прием под ночным небом. Приглашать к себе и выслушивать его бесконечные разглагольствования вперемешку с абстрактными суждениями Сямисена? Нет уж, увольте.

Как я и думал, Коидзуми и в одиночку вывалил на меня свои бесконечные теоретизирования, огласив в конце следующее:

— Для Судзумии-сан мелочи и второстепенные детали сюжета не важны. Думаю, так ей интересней, а этого вполне достаточно. Никаких рациональных объяснений, подробностей и скрытых сюжетных линий, которые можно было бы использовать в качестве зацепки, не будет. Можно сказать, история будет весьма эфемерной. О концовке никто еще и не думал, и, вполне возможно даже, что финал будет открытым.

Да уж, проблемка. По твоим словам получается, с такой наплевательской концовкой наша реальность, которую испохабили как только можно, в таком виде и останется? Значит, нужно состыковать подходящую концовку с Харухи, да еще, сверх того, эта концовка должна стыковаться с реальностью. И позаботиться об этом придется нам, потому что сама Харухи на этот счет заморачиваться не будет, а если будет, то все непременно обернется полным раздраем. А вообще-то, с какой такой стати мы должны об этом думать? Что, больше нет никого, кто мог бы взвалить этот груз себе на плечи?

— Если бы он существовал, — Коидзуми пожал плечами, — он бы уже давно появился перед нами. Следовательно, позаботиться обо всем должны именно мы. Особые надежды я возлагаю на тебя.

Какие такие «надежды»? Объясни-ка это для начала.

— Как только мир обратится выдумкой, вся наша логика зайдет в тупик. Вероятно, и Асахина-сан окажется в затруднении. Ее сторона, по всей видимости, руководствуется собственной логикой. Насчет Нагато-сан точно не знаю, но дело наблюдателя — всего лишь получить результат. В конечном счете, они примут и вышедшую из-под контроля логику. Пусть даже исчезнет Земля, в случае, если останется Судзумия-сан, это их устроит.

Бледный уличный свет исправно, как ему и полагалось, освещал фигуру Коидзуми.

— Сказать по правде, не только «Корпорация» и группа Асахины-сан строит теории вокруг Судзумии-сан. Их много. Хотелось бы мне коротко упомянуть о всех закулисных конфликтах и кровопролитных сражениях, из которых можно было бы составить целый справочник. Союзы и предательства, препятствия и вероломные нападения, разрушения и кровавые бои. В битве не на жизнь, а на смерть каждая партия отдает все свои силы.

Коидзуми изобразил на лице усталую ироничную улыбку.

— Я тоже не думаю, что наша теория абсолютно верна. Однако, не смотря на это, я должен быть здесь — таково положение. Фигуры расставлены, мы по разные стороны баррикад. Белая пешка не может стать черной.

А если взять в пример «Отелло» и сёги?

— Для тебя это, видимо, слишком мало значит. Как и для Судзумии-сан. Это и к лучшему. Хотелось бы мне, чтобы и Судзумия-сан оставалась в неведении бесконечно долго — не хочу омрачать ее сердце. По моим меркам, Судзумия-сан обладает весьма привлекательным характером. Да и ты, разумеется, тоже.

— Зачем ты мне все это говоришь?

— Просто так с языка сорвалось, без особой причины. Может быть, шучу, или же меня захватила бредовые фантазии, а может, просто пытаюсь вызвать у тебя сочувствие. Что бы ни было, все это обыкновенная болтовня.

Это точно. Не интересно ни капли.

— Кстати, обмолвлюсь в этой болтовне еще кое о чем. Ты никогда не задумывался, почему Асахина Микуру… прости, почему Асахина-сан находится рядом с тобой и мной? Асахина-сан выглядит весьма неуверенной девушкой, ей так и хочется помочь. Ты ведь весьма к ней участлив, да?

— Ну и что в этом плохого?

Помогать слабым — нормальное человеческое состояние.

— Ее задача — подобраться к тебе поближе, поэтому Асахина-сан и обладает такими внешностью и характером. Как раз то, что тебе нравится — робкая и милая девушка. Поскольку ты единственный, к кому хоть немного прислушивается Судзумия-сан, сблизиться с тобой — самый подходящий вариант.

Я замолчал, подобно глубоководной рыбе. Мне вспомнились слова, которые полгода назад сказала мне Асахина. Не нынешняя Асахина, а взрослая версия Асахины из более далекого будущего. Вызвав меня на встречу запиской, та Асахина сказала: «Не сходись со мной слишком близко». Может, ее положение заставило ее так сказать? Или же это было проявление ее личных чувств?

Видя, что я безмолвствую, Коидзуми продолжил голосом, который подошел бы древнему мудрому японскому кедру:

— А что если Асахина-сан всего лишь играет роль милой растяпы, а истинные ее намерения совсем другие? Допустим, она предположила, что так ей будет легче завоевать твое расположение. Детское личико, покорное выполнение абсурдных требований Судзумии-сан и попадание в постоянные неприятности, все это — исключительно ради того, чтобы обратить на себя твое внимание.

Да этот парень, по-моему, не в своем уме. Я ровным, как у Нагато, голосом, произнес:

— Твои шутки меня достали.

Коидзуми слегка улыбнулся и картинно развел руками.

— Ох, прошу прощения. Действительно, чувства юмора мне не достает. Конечно, я все это выдумал. Все, от первого до последнего слова — исключительно мои глупые фантазии. Просто хотел сказануть что-нибудь провокационное. Ты и впрямь принял все это всерьез? Раз так, мои актерские способности весьма неплохи, можно с уверенностью выходить на театральные подмостки.