Роальд Даль - Чемпион браконьеров

- Ш-ш-ш!

Клод шел впереди. Он был чрезвычайно осторожен - высоко поднимал ноги и неслышно ступал по влажной земле, то и дело оглядываясь по сторонам: нет ли опасности? Я попытался делать то же, но, когда за каждым деревом мне стали мерещиться лесники, перестал.

Когда впереди меж верхушек показалось небо, я догадался, что мы вышли к поляне. Именно здесь, по словам Клода, каждый год в начале июля выпускали в лес молодняк, именно здесь птиц кормили, поили и охраняли лесники, именно здесь большинство фазанов и оставалось в силу привычки до самого начала охотничьего сезона.

- Их всегда на поляне тьма-тьмущая, - рассказывал он мне.

- И лесников, надо думать, тоже.

- Конечно, но там кругом густой кустарник, и это нам на руку.

Короткими перебежками от дерева к дереву, пригибаясь к земле, останавливаясь и прислушиваясь, мы наконец достигли края поляны и притаились на четвереньках за большим кустом черной ольхи. Клод, радостно улыбаясь, ткнул меня в бок и указал рукой на поляну.

Фазанов там и впрямь было видимо-невидимо, ну уж не меньше двухсот, точно. И все они разгуливали по поляне вокруг пней с самым что ни на есть надменным видом.

- Ты понял? - прошептал Клод. Это было удивительное зрелище, мечта браконьера, да и только. И еще так близко! До иных птиц - не больше десятка шагов! Неуклюжие бурого цвета курочки были настолько жирными, что их перья на груди едва не доставали до земли. Петухи, наоборот, - стройные, с ярким оперением и длинными хвостами, вокруг глаз - ярко-красные пятна, как очки. Я взглянул на Клода. Он, словно зачарованный, смотрел на фазанов - рот чуть приоткрыт, глаза остекленелые.

Наверное, в такие минуты все браконьеры похожи. Они ведут себя, как женщины, которые рассматривают громадный изумруд в витрине ювелирного магазина, с той лишь, может быть, разницей, что женщины гораздо менее щепетильны в выборе средств для достижения цели. И шрамы от дроби - это ничто по сравнению с теми жертвами, на которые готова пойти женщина.

- Ага, - медленно Клод. - А вот и лесник.

- Где?

- На другой стороне под большим деревом. Вон, смотри!

- Черт!

- Ничего. Нас-то он не видит. Мы припали к земле, наблюдая за лесником. Это был невысокого роста человек в кепке и с ружьем под мышкой. Он стоял под деревом, не двигаясь.

- Пошли, - шепнул я Клоду. Лицо лесника было скрыто тенью от козырька кепки, но мне казалось, что он смотрит прямо на нас.

- Тихо ты, - отозвался Клод.

Медленно, не отрывая глаз от лесника, он засунул руку в карман и достал оттуда одну изюмину. Клод аккуратно уложил ее на правую ладонь и коротким быстрым движением подбросил высоко в воздух. Описав дугу над кустами, изюмина упала рядом с двумя курочками, которые тут же обернулись. Одна из них незамедлительно прыгнула к тому месту, где упала изюмина, и ткнула клювом в землю.

Я посмотрел на лесника. Он по-прежнему стоял неподвижно.

Клод бросил на поляну вторую изюмину, потом третью, четвертую, пятую...

В этот момент я заметил, что лесник отвернулся и осматривает лес позади себя.

В мгновение ока Клод выхватил из кармана пакет и высыпал его содержимое на правую ладонь.

- Стой, - только и успел сказать я.

Он широко размахнулся и с силой швырнул всю пригоршню на поляну.

Изюмины опустились на землю с легким шорохом, как капли дождя на сухую листву. Среди фазанов поднялась суматоха - все до одного, то ли увидев, то ли услышав, как падают изюмины, устремились на поиски лакомства.

Реакция лесника тоже была молниеносной: резким движением он обернулся назад, на поляну. Фазаны с бешеной скоростью клевали изюм. Лесник направился было вперед, и я даже испугался, не начнет ли он выяснять, в чем дело. Однако он остановился, поднял глаза и стал рассматривать край поляны.

- За мной, - шепнул Клод. - Только нагнись, нагнись.

Он развернулся, встал на четвереньки и с проворством обезьяны ринулся в лес. Я - за ним.

Так мы пробирались ярдов сто. Потом он скомандовал:

- Теперь бежим!

Мы поднялись на ноги и рванули что было духу, а через несколько минут, успешно миновав полосу кустарника, вновь оказались на тропинке.

- Отлично сработано, - тяжело дыша, сказал Клод. - Нет, ты видел, а?

- А по-моему, ты все испортил.

- Что?! - возмутился он.

- Конечно, испортил! Как мы теперь туда вернемся? Ведь лесник наверняка понял, что возле поляны кто-то был.

- Ничего он не понял, - успокаивал меня Клод. - Через пять минут в лесу стемнеет, хоть глаз выколи, и он слиняет домой ужинать.

- Я бы с радостью к нему присоединился.

- Да, с тобой каши не сваришь, - устало заметил Клод и, опустившись на кочку под кустом, закурил.

Небо над нами было еще дымчато-голубым, а в том месте горизонта, где недавно скрылось солнце, - даже чуть желтоватым. В лесу и правда быстро темнело, тени и пространство между деревьями, еще минуту назад светло-серые, чернели на глазах.

- Как быстро действует снотворное? - спросил Клод.

- Смотри, кто-то идет, - ярдах в тридцати я неожиданно увидел в темноте человека, молча направлявшегося в нашу сторону.

- Еще один лесник, - ответил мой приятель.

Мы ждали, пока лесник подойдет поближе. Под мышкой у него было ружье, а позади семенил черный лабрадор. За несколько шагов лесник остановился. Собака тоже встала и принялась разглядывать нас из-за хозяина.

- Добрый вечер, - приветливо, по-дружески поздоровался Клод.

- Э-э, да я вас знаю, - вместо приветствия произнес лесник, подходя поближе. Перед нами был высокий сухощавый человек лет сорока с пронзительным взглядом, скуластым лицом и, что придавало его внешности особенно грозный вид, массивными кулаками. - Я обоих вас знаю.

Клод не ответил.

- Вы ведь с бензоколонки, а? Губы у него были тонкие и сухие, с каким-то коричневатым налетом.

- А ну-ка убирайтесь отсюда, - сказал он. - Чтоб духу вашего здесь не было.

Когда он говорил, верхняя губа у него приподнималась и обнажала неровный ряд мелких зубов, один из них совсем черный, остальные желтые.

- Я вам что сказал, - повторил он. - Убирайтесь отсюда вон!

- Здесь, слава богу, не частные владения, - отозвался наконец Клод, так что оставьте, пожалуйста, нас в покое.

Лесник взял ружье в правую руку.

- Нечего здесь слоняться. Знаю я, что у вас на уме. А за тобой и я давно наблюдаю, - сказал он, глядя на Клода.

Разговор с лесником у нас явно не клеился, и я предложил:

- Уже поздно. Может, и правда пойдем?

Клод выбросил окурок и поднялся.

- Ладно, - согласился он. - Пойдем.

Мы побрели по той самой тропинке, по которой пришли сюда, а лесник так и остался стоять возле леса. Вскоре его .фигура растворилась в полумраке за нашими спинами.