Андрей Дворник - Голому – рубаха

В следующий миг в глазах Порнова задвоилось; чтобы не упасть, он предпочел остановиться. Перед глазами его закружилась чехарда из белого песка, зеленых листьев, бурой кожуры кокосовых орехов; затем над ним во всю ширь распахнулась серая дымная плоскость бескрайнего неба.

Порнов решил, что он потерял сознание, упал и лежит; но тут оказалось, что небо все сплошь рифленое гребнями волн.

– Нафига на небе волны, – удивился Порнов, открыл-закрыл глаза и обнаружил себя крепко стоящим на ногах. Вокруг простиралось унылое пепелище, песка рядом и в помине не было, калейдоскоп картинок «в мире природы» исчез.

– Да-а-а, крепкая бражка получилась, – проворчал Порнов. – Ведет с нее почище, чем с водки.

Других сюрпризов брага не преподнесла; Порнов беспрепятственно преодолел остаток пути. Пока шел, все размышлял о том, что же такое ему привиделось. Но, добравшись до вулкана, был вынужден отвлечься на решение более актуальной проблемы.

Жар от каменной печки обжигал лицо и опалял брови; подобраться к обожженной посуде без шлема нечего было и думать; хорошо, у запасливого Порнова в кармане нашлось несколько строп от парашюта; связав их друг с другом и выломав в лесу длинный прут, он получил некое подобие рыбацкого спиннинга; привязав вместо крючка изогнутую железную пластинку, он с десятой попытки накинул ее на ручку горшка. Наловчившись, Порнов быстро расправился и с остальной посудой. С тарелками, впрочем, он потерпел фиаско.

– Где это видано, тарелки с ручками делать, – проворчал он; дождавшись, пока посуда остынет, развесил ее на той же жерди. – Ничего, не баре; из горшка похлебаем.

Боясь поколотить посуду, назад он шел крайне осторожно; горшки прыгали на палке, как очумелые; у некоторых от ударов поотлетали ручки; но все же большую часть Порнов доставил к костру целой и невредимой.

Установил по две рогатины с двух сторон костра, одну пару пониже, другую повыше. Перелил в самый крупный горшок брагу и повесил его на нижнюю перекладину; прямо над этим горшком повесил другой, раза в два поменьше, до краев наполненный водой из ручья.

Подставил под верхний горшок плошку и, еще раз придирчиво осмотрев все сооружение, отправился в лес за валежником.

Развел сильный огонь в костре; чтобы довести до кипения объемный жбан, пришлось еще несколько раз сходить за дровами; наконец, брага забулькала, забурлила; на окутанном паром верхнем котелке выступили крупные капли; стекая вниз, они тонкой струйкой пролились в подставленную чашку.

Нацедив первые пятьдесят граммов, Порнов не удержался, заменил посудину и отправился к компьютеру – «сделать анализ»; однако в гнездо на пульте, как и в первый раз, вылил лишь мизерную часть.

– Содержание спирта – семьдесят процентов, – на сей раз компьютер был краток.

– Твое здоровье, боярин, – объявил Порнов и лихо опрокинул стопку в рот.

– Внимание! Обнаружено неизвестное земной науке органическое соединение, – пронзительный вой сирены прозвучал запоздало.

Адская смесь жидким свинцом заполнила горло; уж на что Порнов был тренированным в плане выпивки человеком, и то не выдержал, закашлялся; не видя ничего из-за выступивших слез, шаря в воздухе руками, ища, чем бы залить горящий в глотке бензин, Порнов сложился пополам и скобкой упал на песок; сильная судорога вновь сотрясла его тело; на сей раз он и в самом деле потерял сознание.

Глава 11. Все страньше и страньше

Первое, что увидел Порнов в своем новом агрегатном состоянии, было покрытое саранчой кукурузное поле; у поля был грязный песчаный берег, полого уходящий к морю; вместо кукурузы на поле росли пальмы; вся видимая перспектива: прибрежная полоса, деревья, кустарники – все было облеплено миллионами крабьих панцирей; в воздухе стоял плотный сухой шум; это щелкало, смыкаясь и размыкаясь, великое множество костяных клешней.

Миллионы глаз смотрели на мир; сверху-снизу, сбоку-сзади; и все эти глаза были его, Порнова.

– Интересно, а мои-то собственные куда подевались? – заволновался он. – Что со мной?..

– Все в порядке, – тут же успокоил он себя. – Ты цел – невредим; вот, взгляни.

Из мириад зеркальных чешуек – маленьких экранчиков – главным стал один; дым костра был на нем, рваная скатерть на берегу и распластанная человеческая фигурка рядом с ней.

– Неужели это я? – спросил он; в ответ фигура на песке перекатилась на спину и вытянулась в струнку.

– Прикажи ей сесть, – посоветовал Порнов 1.

– Почему бы и нет? – согласился Порнов 2. – А ну-ка, друг, давай сядем… Ох-хо-хонюшки, тошнит-то как, спасу нет.

Опираясь на руки, фигура села.

– Согнуть ногу, – приказал Порнов 1.

– Опять же дельный совет, – сказал Порнов 2, подтягивая ноги к животу. – Одно из двух: или вырвет, или, наоборот, отпустит.

Вроде как отпустило; да и мир вокруг стал проясняться; по крайней мере, видеть себя со стороны Порнов перестал; окончательно проморгался и обнаружил, что разглядывает собственное уменьшенное отражение в лаково-черном экране компьютера.

– Пить меньше надо, надо меньше пить, – пробормотал он, встал на четвереньки и осторожно, стараясь не расплескать, понес свое тело к пульту; тот раскачивался влево-вправо, как маятник; иногда улетал вверх так высоко, что Порнов, подломив руку, заваливался набок.

Все же упрямства нашему герою было не занимать; преодолев последний дюйм, он, выкинув руку вперед, рухнул носом в песок; сунул указательный палец в знакомое гнездо на панели анализатора.

– Ну-ка, глянь, чего это со мной такое? – давя тошноту, пробулькал он. – Как будто «кислоты» наглотался; чушь мерещится…

– Индольных галлюциногенов в чистом виде в организме не обнаружено, – заметил компьютер. – В вашей крови присутствует неизвестное земной науке органическое соединение, свободно минующее гемоэнцефалический барьер; возможный аналог – диметилтриптамин; замечено изменение структуры ДНК; вынужден буду отметить это в вашем personal file; в личном деле.

– Черт, – выругался Порнов, – говорила мне мама: не тащи в рот всякую гадость; нарвался-таки… Теперь-то что мне делать?

– Предлагаю форсированную биоблокаду: шесть капсул единовременно.

– Ты что, спятил?! – воскликнул Порнов. – У меня же от такой дозы все волосы повыпадают.

– Вот схемы возможных генных мутаций, – компьютер вывел на экран изображение порновского организма и принялся разрисовывать его разноцветными линиями.

– Вариант А: верхняя часть туловища не видоизменяется; существующая пара ног укорачивается вдвое.

– Я же все время падать буду, – выковыривая из аптечки бело-зеленые капсулки на ладонь, заметил Порнов.