Роберт Хайнлайн - Фрайдэй

— Да, ты торопилась. Тебя здесь не было, а потом ты оказалась здесь, а Мел падал на пол. «Должен быть мертвым»? Я не знаю, но я не буду его оплакивать. Он — крыса. Он был крысой.

Иен медленно сказал:

— Мардж, ты, похоже, не понимаешь, что убийство полицейского — серьезное дело. Это единственное преступление, за которое в Британской Канаде можно получить смертный приговор.

Когда люди так говорят, я их не понимаю; полицейский — такой же человек, как все. — Иен, для меня серьезное дело — это когда в моих друзей целятся из пистолета. Когда целятся в Дженет — это преступление, которое карается смертной казнью. Но мне жаль, что я тебя расстроила. Сейчас нам нужно избавиться от тела и машины. Я могу помочь. Или исчезнуть. Говорите, что делать, но быстро: мы не знаем, когда начнут искать его — и нас.

Пока я говорила, я обыскивала труп — сумки не было, мне пришлось обыскивать карманы и быть при этом осторожной, потому что его сфинктеры расслабились, как это обычно бывает. Слава Богу, получилось немного — он только слегка замочил брюки и пока еще не вонял. Точнее, не очень. Главное было в карманах его куртки: бумажник, документы, деньги, кредитные карточки, всякий хлам, который говорит человеку, что он живой. Я взяла бумажник и «Рэйтеон»; все остальное было мусором. Я подобрала эти дурацкие наручники. — Есть какой-нибудь способ избавиться от металла? Или это должно последовать за трупом?

Иен продолжал стоять на месте. Жорж мягко сказал:

— Иен, ты должен принять помощь Марджори. Она, бесспорно, является специалистом.

Иен пришел в себя. — Жорж, берись за ноги. — Мужчины потащили тело в большую ванную. Я опередила их и бросила оружие, наручники и бумажник Дики на свою кровать, а Дженет положила рядом его фуражку. Я поспешила в ванную, на ходу раздеваясь. Наши мужчины как раз дотащили туда свой груз. Когда они опустили его, Иен сказал:

— Мардж, тебе не нужно раздеваться. Мы с Жоржем его оттащим. И избавимся от него.

— Хорошо, — согласилась я. — Но позвольте, я его вымою. Я знаю, что нужно делать. Раздетой мне будет легче, а потом я быстро приму душ.

Иен озадаченно на меня посмотрел, потом сказал:

— Зачем, пусть остается грязным.

— Хорошо, если ты так скажешь, но потом пользоваться ванной будет нельзя, пока вы не смените воду, а ванну очистите. Я думаю, быстрее будет вымыть тело. Разве что… — В этот момент вошла Дженет. — Джен, ты говорила, что можно сливать воду в резервуар. Сколько времени это занимает? Полный цикл?

— Примерно час. Там небольшой насос.

— Иен, если ты разденешь тело и засунешь его под душ, я вымою его за десять минут. Как насчет его одежды? Она тоже отправится в подземелье, как вы его там называете, или у вас есть способ уничтожить ее? Будет ли она проходить через туннель?

После этого все пошло быстро, Иен помогал как мог, и все мне подчинялись. Дженет тоже разделась и настояла на том, чтобы помочь мне вымыть труп, Жорж положил одежду в стиральную машину, а Иен поплыл через туннель, чтобы сделать кое-какие приготовления.

Я не хотела позволять Дженет помогать мне, потому что я владела аутотренингом, а она, почти наверняка, нет. Но, с аутотренингом или без, держалась она хорошо. Только пару раз наморщила нос. И, конечно, с ее помощью все шло быстрее.

Жорж принес мокрую одежду. Дженет положила ее в пластиковую сумку и выжала воздух. Вернулся Иен, вылез из ванны с концом веревки в руках. Мужчины обвязали ею труп под мышками, и вскоре он исчез.

Через двадцать минут все мы были чистые и сухие, а в доме не осталось никаких следов пребывания лейтенанта Дики. Дженет вошла в мою комнату, когда я перекладывала вещи из бумажника Дики в пластиковый пояс для денег, который она мне дала: в основном деньги и две кредитные карточки, «Америкэн экспресс» и «Мэйпл лиф».

Она не делала глупых замечаний насчет «обкрадывания мертвых» — и я все равно не стала бы ее слушать. В эти дни действовать без действительной кредитной карточки или наличных денег невозможно. Джен вышла из комнаты, быстро вернулась с вдвое большей суммой денег. Я взяла их, сказав:

— Ты знаешь, что я понятия не имею, как и когда смогу отдать их.

— Конечно, знаю, Мардж. Я богата. Богатыми были еще мои дедушка с бабушкой. Послушай, дорогая, в меня целился из пистолета человек… а ты напала на него, с голыми руками. Как я могу тебе за это отплатить? Присутствовали оба моих мужа… но именно ты набросилась на него.

— Не думай так о мужчинах, Дженет; у них нет моей подготовки.

— Я это поняла. Когда-нибудь я с удовольствием об этом послушаю. Может так случиться, что ты попадешь в Квебек?

— Вполне возможно, если Жорж решит уехать.

— Я так и думала. — Она протянула мне еще денег. — У меня в доме не много К-франков. Здесь все, что есть.

В этот момент вошли мужчины. Я глянула на палец, потом на стену. — После того, как я его убила, прошло сорок семь минут, значит, он не связывался с центром около часа. Жорж, я собираюсь попробовать вести полицейскую машину. Ключи у меня. Если только ты не пойдешь со мной и не поведешь сам. Ты идешь? Или ты останешься и будешь ждать следующей попытки арестовать тебя? Так или иначе, я ухожу.

Дженет неожиданно сказала:

— Давайте уйдем все!

Я улыбнулась ей. — Замечательно!

Иен сказал:

— Ты действительно этого хочешь, Джен?

— Я… — Она остановилась, на ее лице появилось разочарование. — Я не могу. Мама Кошка и ее котята… Черная Красавица, Демон, Звездочка и Рыжик. Мы могли бы запереть дом; зиму он выдерживает на одном встроенном шипстоуне. Но чтобы договориться об устройстве всей семьи, понадобится день или два. Даже одна свинья! Я не могу их просто взять и бросить. Я не могу.

Ответить на это было нечего, поэтому я промолчала. Людям, которые бросают котят, уготованы самые страшные подземелья ада. Босс говорит, что я до глупости сентиментальна, и я уверена, что он прав.

Мы вышли наружу. Только начинало темнеть, и я внезапно поняла, что вошла в этот дом меньше суток назад — а казалось, что прошел месяц. Господи, всего двадцать четыре часа назад я была еще в Новой Зеландии… это казалось нелепым.

Полицейская машина стояла на огороде Дженет, что заставило ее использовать слова, которых я от нее не ожидала. Машина имела форму устрицы, обычную для антиграва, не предназначенного для космоса, и была размером с фургон моей семьи на Южном Острове. Нет, эти воспоминания не огорчили меня; Джен и ее мужья — и Бетти с Фредди — заняли в моем сердце место группы Дэвидсон — Donna e mobile; это про меня. Сейчас мне страшно хотелось вернуться к боссу. Заменитель отца? Возможно — но я не интересуюсь психоанализом.

Иен сказал:

— Позвольте мне глянуть на этот кусок железа, прежде чем вы поднимете его в воздух. С вами может что-нибудь случиться. — Он открыл колпак, влез внутрь. Через некоторое время он вылез. — Можете лететь, если хотите. Но послушайте меня. Там есть опознавательный передатчик. В него почти наверняка встроен радиомаяк, хотя я не могу его найти. Его шипстоун заряжен на тридцать один процент, поэтому если вы хотите добраться до Квебека, забудьте. Вы не сможете держать давление в кабине выше двенадцати тысяч метров. И, что хуже всего, по терминалу вызывают лейтенанта Дики.