Джон Хоукс - Чёрная река

Слева берег зарос кустарником; справа были мощенная плиткой дорожка и кирпичное здание с зарешеченными окнами. Беглецы будто попали в Лондон прошлого, где по улицам ездят кареты, а в воздухе висит сажа из печных труб. Баржа прошла под железнодорожным мостом, несколько раз задев днищем песок и гравий на дне. Каждые двадцать минут приходилось останавливаться, чтобы подняться в шлюзе уровнем выше. Лодка шла медленно, раздвигая носом водоросли.

Около шести, пройдя последний шлюз, прибыли наконец в Камден-таун. Некогда здесь царил разгром, но теперь это была территория ресторанчиков, галерей искусств и воскресных уличных ярмарок. Пристав к берегу, Макинтош выгрузил несколько рюкзаков. В сумках оказалась женская одежда (в Нью-Йорке Вики прикупила запасные вещи для Элис, которые упаковала в розовый рюкзачок с единорогом).

— Сейчас идите прямо по дороге. Встретите парнишку-негра, зовут Уинстон, — напутствовал Макинтош. — Отвезет, куда скажете.

Майя повела Вики и Элис к дороге, которая проходила через Камден. На тротуаре красовалась Арлекинская лютня; рядом стрелка указывала на север.

Они прошли по тротуару ярдов сто и увидели белый фургон с рисунком в виде ромба на борту. Из кабины выбрался молодой круглолицый нигериец. Он открыл боковую дверцу машины и представился:

— Добрый вечер, дамы. Я Уинстон Абоса, ваш шофер и проводник на этот вечер. Для меня честь приветствовать вас в Британии.

Забравшись в салон, который от кабины отделяла стальная решетка, беглянки устроились на приваренных к стенам стальных скамейках. Уинстон поехал узкими улицами Камдена, сделал несколько поворотов. Потом фургон остановился, и боковая дверь резко открылась. Внутрь заглянул крупный бритоголовый мужчина с круглым носом.

Линден.

Француз-Арлекин был одет в длинное черное пальто, под которым носил темную одежду; на плече — футляр с мечом. Линден всегда напоминал Майе иностранного легионера, который никому и ничему не был предан, кроме друзей и сражений.

— Bonsoir,[10] Майя. Ты еще жива? — Линден улыбнулся, будто живучесть Майи — это такая шутка судьбы. — Рад тебя снова видеть.

— Нашел Габриеля?

— Еще нет. Но я уверен, Табула до него тоже не добралась. — Линден залез в машину, сел на скамейку и просунул водителю через решетку листок бумаги. — Добрый вечер, мистер Абоса. Будьте любезны, отвезите нас по этому адресу.

Уинстон вырулил назад на дорогу и повел машину на север через Лондон. Положив огромные ладони на колени, Линден присмотрелся к остальным пассажирам.

— Полагаю, вы — мадемуазель Фрейзер? — обратился он к Вики.

— Да, — испуганно ответила та.

На Элис Чен Линден посмотрел, как на мешок с мусором.

— А это — ребенок из Новой Гармонии?

— Куда мы едем? — спросила Майя.

— Как говаривал твой отец: «Каждому делу — свое время». Сейчас мало сиротских приютов, но один наш друг сикх присмотрел семейный приют в Клэптоне. Хозяйка берет на попечение беспризорных детей.

— Элис получит новые документы? — спросила Майя.

— Я раздобыл свидетельство о рождении и паспорт. Теперь она — Джессика Мои. Родители погибли в авиакатастрофе.

Был час пик, и Уинстон ехал медленно. Однако через сорок минут он притормозил у тротуара и мягко произнес:

— Приехали, сэр.

Линден открыл дверь, и все выбрались наружу. Клэптон находился возле района Хакни и северной части Лондона. Жилая улица состояла из двухэтажных кирпичных домов, построенных где-то в начале двадцатого века. Район, казалось, устал поддерживать некогда респектабельный вид: участки земли перед домами заросли сорняками и были забиты пластмассовыми контейнерами с мусором. На одном дереве висело объявление: «Пропала собака», но прочесть его полностью было невозможно — от дождей строки превратились в размытые линии.

Оглядев улицу и не увидев опасности, Линден кивнул Вики.

— Возьмите девочку за руку.

— Ее зовут Элис, — упрямо заявила девушка. — Называйте ее по имени, мистер… мистер Линден.

— Мадемуазель, ее имя не имеет значения. Через пять минут у ребенка будет новый дом.

Вики взяла Элис за руку. Девочка смотрела на нее испуганными глазами, в которых читался вопрос: «Что вы хотите со мной сделать? За что?»

Майя отвернулась. Все вместе они пошли вниз по улице, к дому номер 17. Там Линден постучал в дверь.

По стене дома, обтекая дверную раму, сбегала дождевая вода. Из-за этого дверь заело — слышно было, как ругается хозяйка, дергая ручку. Наконец дверь открылась. На пороге стояла женщина лет шестидесяти — коренастая, широкоплечая крашеная блондинка с седыми корнями волос. С виду — не глупая. На строгом лице расцвела фальшивая улыбка.

— Добро пожаловать, золотые мои. Я Дженис Стилуэл. — Она оглядела Линдена. — Вы, должно быть, мистер Карр. Мы вас ждем. Наш друг, мистер Сингх, говорил, вы ищете семейный приют.

— Верно, — ответил Линден, глядя на женщину, как сыщик на подозреваемого. — Можно войти?

— Конечно же, конечно! Куда только мои манеры подевались! День сегодня какой-то серый, не находите? Время выпить по чашечке чая.

В доме пахло сигаретным дымом и мочой. На середине лестницы у входа сидел худощавый рыжеволосый мальчишка. Из одежды на нем была только мужская футболка. Увидев гостей, он быстренько забрался на второй этаж. Миссис Стилуэл провела всех в комнату с окном, выходящим на улицу. У одной стены стоял большой телевизор — шла очередная серия мультфильма о роботах. Звук был выключен, но двое детей — мальчик-пакистанец и девочка-негритянка — сидели на диване, уставившись в экран, на котором мелькали пестрые картинки.

— У нас всего шестеро детей, — сказала миссис Стилуэл. — Ваша девочка станет счастливым номером семь. Глорию к нам определил суд, Ахмеда мы взяли сами. — Она раздраженно хлопнула в ладоши. — Ну, хватит! Не видите — гости пришли.

Переглянувшись, дети вышли из комнаты. Хозяйка усадила на диван Вики и Элис. Майя с Линденом остались стоять.

— Кому-нибудь чаю? — предложила миссис Стилуэл. — Чашечку чая не желаете? — Некое животное чутье подсказало ей, что двое Арлекинов опасны. Покраснев, женщина оглядела руки Линдена: мощные пальцы и костяшки, покрытые шрамами.

Из коридора в комнату упала тень. Все оглянулись — вошел старик, дымящий сигаретой, с дряблым лицом алкоголика. На нем были задрипанные брюки и свитер в пятнах.

— Новенькая? — спросил старик, глядя на Элис.

— Мой муж, мистер Стилуэл…

— У нас теперь двое черных, двое белых, Ахмед и Геральд — метисы будут. А эта — наш первый китайчонок. — Мистер Сталуэл хрипло рассмеялся. — Развели тут, понимаешь, Организацию Объединенных Наций.