Ольга Акимочкина - Парк аттракционов

Клеменс отвесил ей крепкую пощечину, от которой Ли отлетела в сторону и двинулся по коридору дальше. «Я вырвусь отсюда, — твердил он про себя. А если не вырвусь, то дорого этим собакам обойдусь!»

— Клем! — кричала ему вслед Ли, но он даже не обернулся.

Резкие сигналы тревоги разжигали в нем ярость. Навстречу ему из-за угла выбежала группа людей в униформах. Клеменс встретил их огнем из трех стволов. Он снова увидел, как впереди полыхнуло голубое пламя и от группы остались обугленные трупы. Сзади подбежала Ли и схватила его за локоть.

— Прекрати немедленно! Что ты делаешь?!! Ты же ни черта не умеешь обращаться с юниганом!

Клеменс повернулся и оттолкнул Ли ладонью. Она, не удержавшись на ногах, села на пол. Мэйпл направил оружие ей в лицо.

— Я тебя убью, если ты будешь мешать мне, — дрожащим от ярости голосом проговорил он.

— Клем, выслушай меня, — запинаясь, попросила Ли. — Ты же убиваешь людей…

— Охотно верю, — отрезал Клеменс. — Если у тебя плохо со слухом, то я повторю, что, если ты еще раз попытаешься меня остановить, я тебя убью!

Он особенно выделил последнее слово.

— Откуда ты взял юниган? Из юнигана так нельзя стрелять! — закричала Ли, прижимая ладонь к щеке.

«Эта штука называется юниганом», — понял Клеменс, взглянув на оружие.

— Убирайся, — процедил он сквозь зубы.

— Клем…

— Убирайся! — и Клеменс, подняв ствол юнигана дал залп из одного ствола в потолок.

Ли закрыла голову руками, защищаясь от посыпавшихся сверху кусков пластика. Клеменс с удовольствием посмотрел на рваную дыру в потолке с бегущими от нее в разные стороны трещинами. Он повернулся к сидящей на полу Ли спиной и зашагал дальше по коридору. Повернув за угол, он дал очередь из одного ствола по мигающим индикаторам тревоги. Они взорвались искрами один за другим. И Клеменс рванулся вперед. Коридор за следующим поворотом закончился двумя движущимися открытыми лифтами. Клеменс заскочил в тот, который спускался вниз. На нижнем этаже он увидел еще одну группу, стоящую наготове у лифта. Клеменс выстрелил первым. Из группы остались живы только двое, да и те выли от боли, хватаясь руками за обожженные места. Клеменс выскочил из лифта и с ревом «Получайте!» — дал длинную очередь по коридору. Одного раненого он прикончил тут же, разнеся выстрелом его тело в клочья. Затем он повернулся ко второму и увидел вытаращенные глаза, полные ужаса. Раненый лежал на полу, судорожно вцепившись пальцами в ткань комбинезона на бедре. Ниже колена у него все спеклось в единую черную массу и на ногу мало походило.

— Как попасть в ангар со спейскрафтами? — зло спросил Клеменс, взяв раненого на прицел.

Тот неуверенно кивнул вглубь коридора.

— Туда, — проговорил он сдавленным голосом.

Клеменс хотел убить и его, но передумал и побежал в указанном направлении по коридору. Он завернул за очередной угол и, не успев остановиться, оказался в кругу охранников, ожидавших его там. У Клеменса не появилось ни страха, ни замешательства. Он только еще больше озверел и бросился на стоящих перед ним людей. Раздавая юниганом удары направо и налево, он вырвался из круга и, повернувшись спиной к коридору, открыл огонь. Но охранники уже успели скрыться за углом и никто из них не пострадал. Клеменс бросил взгляд назад и увидел, что коридор заканчивается широкой дверью с красной надписью: «Шлюзовой ангар». В это время из-за угла высунулась голова охранника. Клеменс дал еще один залп из трех стволов, который разворотил пол коридора. Послышались крики и ругательства. В коридоре раздался громкий голос, от которого Клеменс вздрогнул и завертелся на месте. Его руки еще крепче сжали юниган, а глаза искали цель.

— Клеменс Мэйпл! Прекратите огонь! Вам никто не сделает ничего дурного! — голос был твердым и сердитым.

— Пошли вы!.. — проревел Клеменс и дал очередь по потолку. Он понял, что это был внутренний радиофон.

— Прекратите огонь! — снова потребовал голос.

— Черта с два! — гаркнул Клеменс и, подскочив к двери ангара, ударил ладонью по светящейся панели замка. Но дверь не открылась. В развороченных кусках стен и коридора залегли охранники. «Черт, я прекрасная мишень для них», — подумал Клеменс и еще раз ударил по замку. Но дверь снова не отреагировала. Клеменс повернулся лицом к коридору и понял, что назад он тоже не прорвется. Выкрикивая ругательства, он поливал коридор огнем, не давая охранникам высунуться. Затем, резко развернувшись, дал залп по двери. Его отбросило назад и обдало таким жаром, что затрещали волосы. Из глаз побежали слезы, он вытер их рукавом и посмотрел на дверь. В ней была видна большого диаметра вмятина и пятно выгоревшего покрытия. Клеменс поднял юниган и еще раз нажал на все спусковые кнопки. Но последовал выстрел из одного ствола. Клеменс закрыл лицо рукой, защищаясь от отлетевших горящих осколков. Дверь по-прежнему была цела. Клеменс бросил взгляд на цифровые счетчики юнигана. На четырех из них мерцали нули и только четыре выстрела обещал один. Клеменс взвыл от ярости и отчаяния. Он понял, что отсюда ему уже не вырваться. Ловушка захлопнулась. Охранники осмелели и перебежками стали приближаться к Мэйплу все еще укрываясь за обломками. Они, видно, заметили сбой его юнигана. «Почему они не стреляют?» — подумал Клеменс, прижавшись спиной к еще горячей от выстрелов двери.

— Я пристрелю, как собаку, первого, кто приблизится ко мне! — крикнул он в коридор.

— Мэйпл, это глупо! — отозвался кто-то из охранников. — Бросай юниган, никто не собирается тебя убивать!

— Пошел ты к матери! — проорал ему Клеменс и выстрелил в ту сторону.

Взлетели горящие обломки.

— Не пори ерунды, Мэйпл! — услышал Клеменс тот же голос. — Оставь юниган в покое!

Клеменс выстрелил еще раз. Послышались ругательства. Взглянув на счетчик юнигана, Клеменс увидел мерцающую двойку.

— Скоро тебе нечем будет стрелять, Мэйпл! — опять прокричал охранник. — Кончай дурить!

— Скоро кончу, — пробормотал под нос Клеменс и опустился на пол, устроив на коленях юниган.

— Эй, Коллинз, свяжись с центром, а то у меня что-то с радиофоном! услышал он голос охранника.

Клеменсу стало смешно. И он засмеялся. Смех сотрясал его тело и он громко смеялся, не в силах остановиться. Наконец, он понял, что это истерика и с большим трудом взял себя в руки. Он откинул голову, опершись затылком об обгоревшую дверь и, полуприкрыв глаза, расслабился, продолжая наблюдать за коридором.

«Двоих я еще уложу, — думал он. — А дальше что?» О том, что могло быть дальше думать не хотелось. «Пусть лучше ничего не будет, — решил он. — Последний заряд я оставлю для себя. Надеюсь, что я смогу это сделать…»