Андрей Дворник - Голому – рубаха

Неожиданно Порнов услышал странный глухой стук; он осторожно, одним глазком, глянул вперед.

На песке боком лежал пухлый серый куб с ребром сантиметров в двадцать; гуляющий по берегу сквозняк повалил его, вывернув в сторону его насест – тонкую трубочку насоса.

– Ур-р-ра, заработало! – не своим голосом завопил Порнов, на сей раз с трудом удержавшись, чтобы не бросить рукоять и не захлопать в ладоши.

Глава 8. Хомо Компутерpис

Теперь куб рос, словно на дрожжах; одна из его граней вдруг провалилась внутрь, образовав выдвинутую вперед клавиатуру; плоская вначале, вскоре она покрылась ровными рядами клавиш; с едва слышным шуршанием они проклевывались из плоскости все больше и больше.

– Как зубы дракона в легенде о Золотом Руне, – сказал Порнов, неустанно вращая рычаг. – Те ребята поднимались такими же стройными рядами… Каюк бы Тезею, если бы не подруга. Держись, дорогая, я уже на полпути к тебе; вот только доведу клиента до кондиции… До какой? До нужной.

Как обычно, по случаю очередной маленькой победы Порновым овладело хорошее настроение; он шутил и балагурил, пока и впрямь не раздул компьютер до нужных размеров. В итоге получилась угловатая конструкция, похожая на распахнутый чемодан; и по габаритам в том числе; плоский экран – стоящая вертикально продолговатая крышка чемодана – был не меньше метра по диагонали.

В запале Порнов попытался подсоединить насос к остальным таблеткам; однако из всей коллекции удалось запустить лишь химлабораторию, да и ту с грехом пополам; соединив вплотную брусок лаборатории с компьютером, Порнов обнаружил, что половина гнезд и отверстий на анализаторе не реагирует на нажатие; наконец, сунув в одно из них палец, Порнов почувствовал крошечный болезненный укол; тут же на экране компьютера перед ним появилась его физиономия – фотография из личного дела; она сразу отъехала вбок и вверх; компьютер принялся заполнять экран строчками медицинского рапорта; вся оставшаяся поверхность дисплея была покрыта изображениями порновских внутренних органов.

– Жив-здоров, Иван Петров, – вдоволь насмотревшись на себя в разрезе, сказал Порнов; половины написанного он так и не понял; но догадливому вояке хватило и картинок. – То, что я в полном порядке, я и сам знаю; а вот ты, братец, как себя чувствуешь?

Он запустил все тесты, которые нашел; но и на этом не успокоился.

– Тесты – это ерунда, – авторитетно заявил Порнов. – Плавали, знаем; я сам их писал… А вот какие-нибудь игры у нас есть? Вот «Тетрис» вижу, а что еще?

К своему разочарованию, кроме «тетриса», он нашел лишь еще одну игру, замаскированную под странным именем Тыбдык Тыбдык.

– Цветные шарики какие-то скачут, – пожал плечами Порнов. Он покрутил трекбол, переставил пару шариков и тихо, чтоб никто не услышал, пробормотал себе под нос:

– Полагаю, ты не рассчитывал встретить здесь Епископа?

Епископом называлась новая, совершенно фантастическая игра, написанная гениальным автором, пожелавшим скрыться за псевдонимом Hot Blacksmith, в русской версии – Жар Кузницы. Идея игры была до банального проста; играющий принимал прихожан и отпускал им грехи. Вся прелесть игры заключалась в том, что хитрый хакер Hot Blacksmith сумел найти лазейку в защите БВИ – Большого Всепланетного Информатория, главного земного компьютера, содержавшего в себе досье на все сто миллионов народонаселения Земли и Внеземелья. И теперь вы играли не с компьютерными образами, а с реально живущими на планетах содружества персонажами. Жар Кузницы умудрился залезть даже в святая святых – файлы, составляющие тайну личности и хранящие то, что Мич называла ментальным слепком – всю информацию о характере, скрытых наклонностях, поведении человека. Достоверность создаваемых в игре персонажей была невероятно велика, сидящий рядом с компьютером человек и его образ на экране вели себя абсолютно идентично. Первый сигнал о скрытой в игре угрозе обществу прозвучал из лаборатории, занимающейся декодированием Епископа. Одна из программисток, заподозрив свою коллегу, молодую и симпатичную женщину, в тайной связи со своим супругом, устроила ее электронной копии допрос с пристрастием; на шестом часу непрерывной пытки беспомощная жертва начала заговариваться, а на восьмом – потеряла сознание. Стало ясно, что при изрядном умении и сноровке любой сможет подобрать ключик к психике другого; и если не отправит того десятком специально подобранных и тщательно отрепетированных фраз на тот свет, то визит к психиатру организует однозначно.

После того, как не удалось перекрыть лазейку в БВИ, которую Жар Кузницы хитро замаскировал, Епископ был запрещен на всех планетах содружества; в ответ на это злобный хакер выложил для всеобщего обозрения файл с исповедью нынешнего главы Мирового Совета; несколько, казалось бы, совсем невинных вопросов – и перед людьми предстал беспринципный, аморальный дегенерат, всем чаяньям и нуждам человечества предпочитающий молоденьких школьниц, «и лучше сразу двух». Реальному главе Мирового Совета не оставалось ничего, как подать в отставку; Жар Кузницы этим не удовлетворился и пообещал в скором времени выпустить сиквел Епископа – новую игрушку под названием Инквизитор; в ней, кроме хитрых вопросов, арсенал играющего пополнился такими средствами ведения допроса, как дыба, «железная дева», «испанский сапог» и прочими прелестями из арсенала средневековых палачей.

На неуловимого хакера началась настоящая охота; до поры до времени тот решил «лечь на дно» и деятельность свою по распространению Епископа прекратил; подавляющее большинство копий игры удалось уничтожить; однако на дальних рейдерах она нет-нет, да и попадалась. На «Оклахому» ее под великим секретом притащил все тот же Вставалкин; капитан поморщился – но, хорошо представив себе скуку многомесячного перелета, дал «добро». Предупредил только, чтоб экипаж не смел перемывать друг другу кости.

– Но мы не в космосе; значит, уговор не действует. Эх, с каким удовольствием я разделался бы со Вставалкиным, – заметил Порнов.

Вздыхал он больше для проформы; для игры в Епископа нужна была мощь Центральной ЭВМ корабля и ее секстильоны байт оперативной памяти; ничего подобного от «набора Робинзона» Порнов, конечно же, не ожидал.

Впрочем, Порнов расстраивался недолго; теперь, с пуском первой ЭВМ, перед ним открылось новое поле деятельности.

– Речевой ввод, – скомандовал он в динамик на панели. – Анализ обстановки; речевой вывод…

– Состав крови свидетельствует о наличии в организме медикаментозных средств из спаснабора, – произнес из компьютера спокойный мужской голос. – Если он уцелел, просьба развернуть оборудование полностью: систему оптического ввода, манипуляторы; необходим также аварийный передатчик.