Андрей Дворник - Голому – рубаха

На экране перед Порновым красовался кипящий котел; сверху над котлом висел ковшик с водой; под ковшиком, прямо в кипящей жиже, плавала чашка; с днища ковшика в чашку капал конденсат.

– И всего делов, – сказал Порнов удовлетворенно. – Ставим брагу, перегоняем, получаем самогон…

– Первач, – поправил компьютер, – содержание спирта в смеси примерно три четверти.

– Ну, пусть даже семьдесят процентов, хватит за глаза, – сказал Порнов. – Так, на чем бы сусло поставить…

– Брагу, – вновь поправил компьютер. – Дрожжи, сахар, вода,…

– А что-нибудь из флоры не подойдет?

Компьютер вывел на экран длинный перечень наименований:

– Сахарная свекла, томатная паста, мороженый картофель, – читал Порнов. – Картофель бы мне не помешал; а градусов пять ниже нуля – тем паче… Кукуруза, или же маис, кактусы… Кактусы?

– Кактусы, – подтвердил компьютер, – производное – текила, кактусовая водка. Популярные марки: «Два пальца»…

– А я думал, про два пальца наши придумали, – расстроился Порнов. – Слушай, а из кокосов ничего нет? У меня тут этих кокосов – завались; жидкость, мякоть – все сладкое, сахара не надо; перемешать, заквасить – такая выпивка выйдет, почище «Двух пальцев»!

– Выпивка?! – уточнил компьютер.

– Самогон… э-э-э… первач, – спешно поправился Порнов. – Ну-ка, быстро: посчитай, сколько нам кокосов понадобится, если в каждом по пол-литра жидкости и пульпы…

Результаты расчета удручали; выходило, что понадобится не меньше тридцати орехов.

– Четыре здоровых мешка, – прикинул Порнов, – мне даже со стимулятором столько не упереть. Впрочем, можно в несколько приемов натаскать…

Еще вопрос: в чем варить?

Он покрутил в руках шлем.

– Всем ты хорош, – со скепсисом сказал Порнов. – Одно плохо, тепло совсем не проводишь… А жаль, по объему как раз бы подошел…

Тут взгляд его упал на чернеющий у воды глиняный ком.

– Чувствую, быть мне все же гончаром, – объявил Порнов и вместе со шлемом двинулся к воде. Отколупал от глиняного кома кусок податливой массы и раскатал его по макушке шлема; правда, чтобы оторвать его, пришлось помучиться; Порнов приноравливался и так и этак, глина прилипла намертво и больше соскребалась, чем отставала.

– Это не дело, – заметил Порнов, когда у него в руках оказался выпуклый блин, весь какой-то кривой, кособокий и вдобавок прорванный в трех местах. – Тарелку я так еще получу, но вот горшок или чан – сомнительно. Смазать бы шлем сверху; кстати!

Смазка, масло…

Он сбегал к костру и вернулся обратно с пузатеньким пакетиком, доверху наполненным машинным маслом. Теперь дело пошло гораздо веселее; щедро намазав шлем маслом, Порнов лепил на него сверху заранее расплющенные глиняные лоскуты, размером с ладонь и с нее же толщиной. В детстве Порнов увлекался моделированием, и техника папье-маше была ему знакома; вскоре в руках у него было два слепка – две полусферы, аккуратно обрезанные по краям все той же железкой; слепить их по швам было делом пяти минут.

Для перегонки браги Порнову нужны были минимум три разнокалиберные посудины; освоив технологию лепки, он за час произвел на свет еще полдюжины сосудов; из забракованных обрезков рачительный Порнов соорудил-таки несколько глубоких тарелок и вместительных чашек.

К получившимся горшкам и чашкам Порнов любовно прилепил изогнутые ручки и слегка подсушил свою посуду у костра; окончательный обжиг он рассчитывал произвести на каменной кладке магмы.

– Можно было бы специальную печь для обжига сложить, – самонадеянно сказал он, собираясь в дорогу, – да некогда мне.

– Ты бы тоже без дела не сидел, – обратился он к компьютеру. – Прикинул бы, чем можно брожение ускорить; авось придумаешь, чем дрожжи заменить; не ждать же неделю!

Глава 9. Новый визит старого друга

Босиком путешествовать Порнову не улыбалось, пришлось облачиться в скафандр; кондиционер он при этом не включал – берег батареи – и, несмотря на принятую пилюлю, обливался потом. Лишь один раз он сделал исключение – когда, нахлобучив шлем, пристраивал свою глиняную посуду на раскаленный камень; но здесь без охлаждения было просто не обойтись; каменная река все еще таила под застывшей черной корой обжигающую расплавленную массу; так пепел и зола хранят под собой горячие угли костра.

– К завтрашнему утру готово будет; тогда и заберу, – решил Порнов и зашагал по пепелищу вниз, к океану.

Тот встретил его штормовыми бурунами; на берегу вовсю гулял свирепый ветер; забрасывал белой пеной песок, трепал пальмы так, что те гнули свои зеленые макушки чуть не до земли. Порнову прекрасно было видно, как в кронах болтаются и бьются друг о друга черные ядра кокосов.

Лезть на деревья и срывать кокосы при таком ветре не рискнул бы и сумасшедший.

– Пройдусь по берегу, вдруг ураган пару-тройку пальм завалил, – решил Порнов.

Пригибаясь и поворачиваясь спиной и боком к ветру, он двинулся по знакомой песчаной полосе. На первый взгляд, здесь ничего не изменилось; разве что больше стало крабьих нор; и если у пепелища их было перечесть по пальцам, то, углубившись в пляж на километр, Порнов был вынужден больше смотреть не на пальмы, а под ноги; через второй шаг на третий из-под ступни его выскакивал придавленный красно-белый краб.

– Я чувствую, ребята, у вас тут прямо сексуальная революция, – бормотал Порнов, выцеливая очередное место, куда бы поставить ногу. – С каких коврижек вас так разбарабанило; уж не с орехов ли? Может, в них тоже запас тестостерона?

Вначале Порнов рассчитывал до заката дня пройти весь сектор берега от одной огненной реки до другой; конечно, в этом случае ему пришлось бы возвращаться к речке незнакомой дорогой; но если бы судьба смилостивилась и накидала ему под ноги орехов, он наверняка управился бы с этим делом до темноты.

Теперь же о том, чтобы обследовать весь пляж, и речи быть не могло; для этого надо было передавить половину его населения; а между тем обитатели нор недвусмысленно стригли воздух своими клешнями; от башмаков пару раз уже отлетали тонкие белые стружки.

На всем пути ему встретилось только одно поваленное дерево; оно оказалось сухим и бесплодным.

– Проведаю свой причал – и назад, – решил Порнов. – Если ничего не найду, попробую обойтись без орехов; или приду сюда, когда у этих кусачих брачный период кончится…

Сделав еще сотню-другую шагов, Порнов набрел на свой шест; тот все еще торчал из песка; земля вокруг была перерыта-перепахана; тут и там виднелись купола крабьих нор; под самым крупным мог поместиться закопанный наполовину футбольный мяч.

– Это не крабы, это омары какие-то получаются, – вслух сказал Порнов, прикинув примерные размеры обитателя купола.