Нагару Танигава - Меланхолия Харухи Судзумии (Перевод с английского)

«Вуууш», звук ветра, разрываемого воздуха. Нагато с силой пнула меня пяткой назад.

— Ты чего…

Я не успел договорить, когда рядом сверкнуло копьё; я едва разглядел, как оно пронеслось в миллиметре от кончика моего носа и упало вдалеке на землю.

— Посмотрим, сколько ещё ты сможешь защищать его. Увернись-ка!

В следующую секунду Нагато уже стояла передо мной, пронзённая дюжиной тёмного цвета копий.

— …

Оказалось, Асакура атаковала Нагато и меня со всех сторон сразу. Нагато удалось кристаллизовать часть копий и уничтожить их, но пытаясь защитить меня от оставшихся, она закрыла меня своим телом. Тогда-то я этого не понял, поскольку всё происходило слишком быстро.

Очки Нагато сорвались с её лица и мягко отскочили, упав на пол.

— НАГАТО!

— Не двигайся, — проговорила Нагато, указав на копья, застрявшие у неё в груди и животе. Под её ногами начала растекаться лужа крови. — Я в порядке.

Боже, какой же это порядок?

Нагато вытащила из своего тела копьё, даже не вздрогнув. Окровавленный дротик с ледяным звуком упал на землю и тут же превратился в стол. Так вот из чего они сделаны!

— Не думаю, что, получив такие повреждения, ты сможешь меня остановить. Сейчас я тебя добью!

На другом конце свёрнутого пространства мерцал силуэт Асакуры. Я заметил улыбку на её лице, потом она медленно подняла руки — если мне не пригрезилось, сияние лилось с них до самых кончиков пальцев — и вдруг они удлинились вдвое. Нет, куда больше, чем вдвое!..

— Умри же!

Руки Асакуры всё росли, извиваясь, как множество щупалец, и подбираясь со всех сторон. Маленькая фигурка Нагато, не в силах двигаться, отчаянно пошатнулась… В следующее мгновение мне в лицо плеснула кровь.

Левая рука Асакуры разорвала Нагато правую часть живота, а её правая рука продырявила левую грудь, прошла насквозь и наткнулась на стену. Кровь брызгала у Нагато изо рта, текла по её белым ногам и сливалась со всё расширяющейся лужей на полу.

— Всё кончено, — тихо прошептала Нагато и схватилась за щупальца. Ничего не происходило.

— Что кончено? — поинтересовалась Асакура голосом победителя. — Хочешь сказать, три года твоей жизни?

— Нет, — ответила смертельно раненая Нагато таким тоном, как будто бы с ней ничего не случилось. — Начинается отключение интерфейса данных.

Практически тотчас же все предметы в комнате засветились ярким светом, начали кристаллизовываться и растворяться в воздухе; стол позади меня тоже превратился в песок и рассыпался.

— Не может быть…

Песок, не переставая, сыпался с потолка; на этот раз ошеломлённой была Асакура.

— Ну ты даёшь.

Копья в теле Нагато тоже превратились в песок.

— Исследование программы заняло некоторое время. Но теперь всё кончено.

— …Значит, ты уже заложила разрушительные факторы задолго до того, как проломилась сюда? Неудивительно, что ты казалась слабой — ты уже употребила свои боевые данные заранее… — уныло констатировала Асакура, когда её руки начали рассыпаться в пыль. — Да, жалко; похоже, я действительно лишь дублёр. Мне казалось, это был бы хороший выход из тупика.

Асакура снова выглядела обычной одноклассницей и смотрела на меня с улыбкой.

— Я проиграла. Здорово, что ты сумел выжить. Но лучше будь начеку, объединение информационных сущностей не так едино, как ты мог подумать, среди нас полно тех, кто, как я, имеет собственное мнение. Всё как у людей, экстремисты вроде меня будут действовать по-своему. И, кто знает, даже повелители Нагато-сан могут изменить своё мнение и предпочесть тебя убить.

Теперь она была с ног до головы покрыта переливающимся кристаллическим веществом.

— Но пока это время не пришло, я желаю вам с Судзумией-сан удачи и всего наилучшего. Прощайте.

Сказав так, Асакура тихо рассыпалась на маленькие холмики песка, которые растворялись и дальше, пока окончательно не исчезли. В их кристаллической пыли старшеклассница, известная, как Асакура Рёко, навсегда покинула нашу школу.

Внезапно раздался стук. Обнаружив, что Нагато валяется на полу, я поспешно вскочил.

— Нагато! Держись! Я вызову скорую!

— Не надо, — Нагато взглянула на потолок своими широко открытыми глазами. — Физические повреждения для меня ничего не значит. Главное — восстановить эту область пространства.

Буря из песчинок остановилась.

— Удаление смешанных субстанций, реконструкция комнаты.

Когда она договорила, знакомое помещение 10-го «Д» класса возникло у нас на глазах. Это было похоже на перемотку плёнки: всё в комнате вернулось в своё исходное состояние.

Доска, учительский стол, недостающие парты и стулья выросли из белых песчаных дюн и стали точно такими, какими я видел их сегодня до окончания занятий. Не могу описать, что творилось тогда у меня в мозгу. Если б я не видел всё это собственными глазами, я бы подумал, что это сложнейшие компьютерные спецэффекты.

Окна выросли из стен вместе со своими непрозрачными стёклами; за ними вновь появилось закатное солнце, заливая меня и Нагато оранжево-красным светом. Я заглянул к себе в парту — всё содержимое было на месте, и кровь, которая забрызгала моё лицо, теперь полностью исчезла. Просто потрясающе. Это, по-моему, магия какая-то!

— Ты точно цела?

Я опустился на колени рядом с Нагато, которая всё ещё лежала на полу. Мне подумалось, что её форма была порвана в нескольких местах, когда её проткнули те копья, но теперь все дыры исчезли.

— Поскольку вычислительные мощности были направлены на операции с данными, я просто ненадолго обратила интерфейс связи.

— Тебе помочь подняться?

Удивительно, но Нагато, не сопротивляясь, взяла меня за руку и как только собиралась вставать…

— Ой, — ахнула она, — я забыла регенерировать очки.

— …Вообще-то я думаю, что ты лучше смотришься без них. Четырёхглазые девчонки — не мой идеал.

— Что значит «четырёхглазые»?

— Э-э, ничего-ничего, просто глупый комментарий…

— Ясно.

Сейчас было не лучшее время для таких банальных разговоров. Я жестоко пожалел о своих словах через пару секунд. Надо было бежать из класса прочь, даже если бы пришлось бессердечно бросить Нагато.

— Йо!

Дверь класса внезапно открылась.

— Забыл-забыл… Совсем забыл…

Напевая идиотскую песенку, в класс вошёл Танигути. Чёрт.

Танигути, наверняка, не ожидал, что кто-нибудь ещё остался в классной комнате. Когда он обнаружил нас, он застыл в изумлении, широко открыв рот, как придурок.

В этот момент я пытался приподнять Нагато, но если смотреть со стороны, то выглядело всё так, как будто я медленно укладываю её на пол.