Сергей Калашников - Золушка с планеты принцесс (СИ)

Неимоверное движение мохнатого тела не позволило ухе ошпарить столь неудержимого едока — он необычным манером подскочил, извернулся в полёте и приземлился на все четыре лапы.

— Ложку, — произнёс этот «снежный человек», освобождая голову.

— Сколько раз я тебе говорила, что обычаи Хомо не из пустого места появились? — укоризненно сказала Ёжка, протягивая ложку.

Некоторое время было тихо — Мишутка ел. Потом он перекатился на бок и вытянулся на песке: — Лепота.

Словно по команде, Степан и Генка последовали его примеру: — Петь! Сегодня чесать тебе, — пробормотал Геннадий и смежил веки.

Пётр вынужден был почёсывать животик Мишутки, поворачивающегося и переползающего, чтобы подставлять нужные места.

Потом всё затихло. Взглянув на Ёжку, озадаченно разглядывающую пустые миски, Пётр Ефимович спросил: — Может быть ты расскажешь, как ему удалось, — кивок в сторону Степана, — настолько сплести интересы людей и инопланетян?

— Никак не удалось, — ответила женщина. — Он не смог помешать и смирился. Эту партию вёл другой человек. Так этот, — взгляд в сторону дремлющего тирана, — до сих пор с ним ругается и иначе, как скотиной, не называет, но, хотя бы, под руку больше не подпихивает.

— А у котят ваших сейчас что? Тихий час?

— Нет, они активны. Садок обнесли, лодку разграбили и добрались до охранников. Один из них попался Босечке и сейчас выслушивает нотацию от Баюна. Зато остальные приклеивают твоих Хомо к дёрну. Да не кипешись — нормальный ход поршней. Сюда они явиться не посмеют.

Краем глаза Пётр заметил, что вторая банка варенья, до которой не дошли руки у разнежившегося Мишутки, медленно ползёт куда-то вправо, явно намереваясь уйти за спину Ёжки. Непонятно, какая неведомая сила её влечёт. Версия о «не посмеют» не подтверждалась.

Таша сидела в служебном помещении космопорта, увешанном большими экранами, и смотрела на то, как Дашутка провожает Мишу и Веру. Тут же было отлично видно и прощание Петра Егоровича со Степаном Асмоловым.

— В общем, ты понимаешь, ну не стоит обещать избирателям, что вернёшь Прерию под юрисдикцию России. Лучше намекни на взаимовыгодное сотрудничество и культурный обмен. Денежкой или перевозом через космос я тебе пособлю, а ты ко мне теоретических физиков отпускай — пришла пора разбираться с антигравитацией.

— А лицензию на гравитационные движки ты мне гарантируешь?

— Не всё так однозначно, Петруша. Не надо на меня давить, — звуковое сопровождение было хорошего качества, просто как в кинотеатре.

— Надавишь на тебя, — ухмыльнулся гость. — Внук рассказал мне об игровом клубе на набережной, где школяры отрабатывают задачи противокосмической обороны. Да, наши эксперты оценили их навыки, как твёрдые. Так что мог и не пугать меня инопланетянами — ни кто с Земли с позиции силы разговаривать с тобой и не подумает. И финансово Прерию не подогнёшь, и никакими санкциями тебя не пронять.

Открой секрет — что ты поставляешь для Идалту?

— Шампунь от блох, керамические солонки и небольшие партии планшетников позапрошлого поколения. Остальное — по мелочам.

— А фермикам?

— А фермики — часть нашего общества. Или мы — часть ихнего Улья. Тут просто не перечесть точек соприкосновения. Многие их люди носят имена, данные Хомо. И среди Хомо встречаются экземпляры, имеющие статус в иерархии Улья. Процесс интеграции находиться в стадии развития — это, мне кажется, дело на века.

На расстающуюся молодёжь подслушка направлена не была. Или просто писалась, не транслируясь на динамики. О чем щебетали Даша и Вера было не слышно. Мишка стоял в стороне, дуясь, словно мышь на крупу. Он явно не хотел возвращаться на Землю.

Глава 8

Вернувшись домой, девочки застали на кухне незнакомого мужчину, который, повязав передник, колдовал у плиты.

— Сеть, идентифицируй этого человека, — сказала Даша.

На ближайшей стене тут же появился прямоугольник с изображением личного дела незнакомца.

— Здравия желаю, товарищ майор, — тут же продолжила маленькая хозяйка дома. — Знакомься, Наташа, это наш шеф — руководитель службы безопасности Прерии.

— Обращаться ко мне следует по имени — Серджио, — улыбнулся гость. — Я пасту приготовил по древнему итальянскому рецепту. Марш за стол.

Некоторое время присутствующие не разговаривали — ели. А уж потом, когда отодвинули тарелки и принялись за чай, беседа продолжилась.

— Прежде всего приношу извинения за отвратительную подготовку операции — чистая импровизация получилась. У нас крайне слабая агентура на Земле, поэтому сведения о прилёте на Прерию Петра Егоровича поступили буквально в последний момент. Наталью вообще пришлось вводить в игру, считай, с колёс.

Ну а теперь, когда аврал завершился, пора подумать о твоём, Наталья Дмитриевна, устройстве тут уже на постоянной основе. Можно построить дом или дворец, можно поселить тебя в отеле с полным пансионом или удочерить в хорошую семью. Одного не могу предложить — самого наилучшего — лесной школы. Ты нам тут нужна, в столице. Чтобы постоянно была под рукой и встречала пассажирские рейсы в космопорте. Ну не хватает нам вас, ведьм, на слежение за всеми направлениями.

— Я Наташу к бабе Тане отведу, — едва дождавшись паузы в словоизвержении шефа, вставила свою «копеечку» Даша.

— А кто она, эта бабушка? — полюбопытствовала Таша.

— Атаманша банды не меченных, — пояснил Серджио. — И мама Дашиной мамы.

— Не поняла! На богатой Прерии, в её столице орудует городская банда?

— Люди ведь разные, Наталочка, — продолжил шеф. — И формы организации для каждого комфортны свои. Семья, род, община, трудовой коллектив, экипаж, стая — в том или ином виде существуют в нашей жизни всякие варианты устройства ближнего круга, и каждый человек в своё время знакомится с некоторыми из них.

— Ну, банда, так банда, — кивнула Таша. Ей показалось неудобным спорить, тем более, что сбежать с теми деньгами, то упали на счёт — это же элементарно.

— А вот план занятий для тебя, рядовой Романова, — новенькие визоры пискнули, сообщая о приёме файла. — И не теряйте времени — садитесь писать отчёты, пока впечатления ещё свежи.

Описывая события и дополняя факты отметками о чувствах, которые испытывали поднадзорные по ходу развития событий, Даша долго колебалась в отношении одного довольно интимного обстоятельства, касающегося Веры — дочери начальника службы безопасности будущего (вероятно) президента бывшей метрополии.