Роберт Шекли - Игра агента X

Форстер ждал нашей реакции, но её не последовало. Наше оцепенение вызвало у него явное раздражение.

— Я думал, что беседа с вами доставит мне удовольствие, однако, похоже, это совсем скучное занятие. Я полагаю, нам нет нужды терять драгоценное время.

Не торопясь, он вынул из кармана пиджака тяжелый автоматический пистолет системы «браунинг». И как раз в этот самый момент я пришел к выводу, что не хочу умирать. Нет, серьезно. Я хотел жить — если возможно, ещё лет тридцать или сорок, или хотя бы ещё тридцать-сорок минут, если это все, на что я мог рассчитывать. Я ужасно хотел жить, выйти из того блаженного оцепенения, в котором находился, чтобы вернуться к жизни: пусть к поражению или боли, но к жизни… Для того, чтобы жить, я был готов ползти на четвереньках и умолять, врать и красть, стать коммунистом или федералистом, арийцем или православным, ацтеком или испанцем или кем угодно, в зависимости от ситуации.

Я даже был готов стать Агентом Х — и как ни странно, это было самым трудным.

— И что теперь? — спросил я у Форстера.

— Сейчас я вас застрелю, — рассмеялся он.

— В затылок?

— Возможно. Вы боитесь, мистер Най?

— Конечно. Но в большей степени разочарован.

— Это вполне понятно. В вашем положении.

— Вы не понимаете, — пояснил я. — В гораздо большей степени я разочарован в вас.

— О чем вы говорите? — удивился Форстер.

— О вашей трусости, — ответил Агент Х.

Я почувствовал, как его люди чуть-чуть подались вперед. Форстер поднял свой пистолет и взвел курок.

— За такие слова, — пообещал он, — я пущу вам пулю между глаз.

— Это не имеет значения, — сказал я ему. — Ваша пуля не изменит того неоспоримого факта, что даже мертвым я буду лучше, чем вы живой.

Форстер помолчал какое-то мгновение, потом сказал:

— Мистер Най, вы пытаетесь спровоцировать меня на какие-то действия, которые дадут вам возможность сражаться. Вы это делаете довольно неуклюже, впрочем, ваши намерения вполне объяснимы. Это бесполезное занятие. Наше время личного соперничества позади. Я должен выполнить определенную работу и обязан сделать это как можно лучше.

Мой окаменевший рот растянулся в усмешке.

— Как и следовало ожидать, вы пытаетесь спрятаться за своей работой, Форстер. Вам повезло, что у вас есть этот пистолет, иначе я бы вас разделал под орех.

Мои хвастливые слова явно задели его, но не потому, что в них была правда, а как раз наоборот. Он знал, что может легко справиться со мной, и его раздражало, что обстоятельства не позволяют ему доказать это.

— Надо отдать должное вашей тактике, мистер Най. С другой стороны, что ещё вы можете сказать при нынешних обстоятельствах?

Все верно. Но Форстер сейчас произносил эти слова для своих людей. Он пытался убедить их в своей правоте. Ему следовало застрелить меня три минуты назад и оставить объяснения на потом.

— Ваше поведение можно было бы оправдать, — продолжал я свою партию, если бы вы были какой-то мелкой сошкой. В этом случае вы даже не помышляли бы о том, чтобы вступить со мной в единоборство. Это было бы слишком нелепо. Хотя раньше я полагал, что вы человек такого же калибра, что и я.

Сделав паузу, я театральным жестом закурил сигарету.

— У нас с вами примерно одинаковая карьера. Но только с небольшой разницей. Я приобрел хоть и небольшую, но устойчивую славу бойца — вы же приобрели репутацию весьма компетентного бюрократа.

Форстер от ярости слова не мог вымолвить. Разумеется, то, что я говорил, было чертовски несправедливо, но я всегда считал, что самое несправедливое — это умирать.

— Конечно, у вас много хороших качеств, — сказал я ему. — Вы человек не без искры божьей, жесткий и достаточно умный. Но, к сожалению, сражаться один на один вы не умеете.

— Хватит разговаривать, — отрезал Форстер.

— Мне очень жаль, что я вынужден вам это говорить. Согласитесь, лучше услышать это от меня, чем от ваших собственных подчиненных.

— Ну, все, хватит, — завопил он, поднимая пистолет.

— Полагаю, что вам надо немедленно меня убрать, — быстро проговорил я, — а то я ещё всякого могу вам наговорить.

— Да ты полный псих! — закричал Форстер. — Ты что, действительно уверовал в свою репутацию?

Я приказал себе откинуться на спинку стула и скрестил на груди руки. Усилием воли заставил себя презрительно улыбнуться:

— Форстер, — произнес я, — я мог бы справиться с вами любым оружием, в любое время, при любых обстоятельствах и убить вас без особых усилий. Я мог бы поменять ваш меч на консервный нож и все равно располосовать вас снизу доверху. Вы должны всегда поручать другим сражаться вместо вас, а то какой-нибудь парень с дурным характером точно снесет вам башку, пока вы возитесь с предохранителем.

Один из людей Форстера не сумел сдержать улыбку. Это было хорошо, но что ещё лучше — Форстер это заметил.

Гвеши и Кариновски уставились на меня, раскрыв рты. Я посмотрел на них, потом снова повернулся к Форстеру.

— Эти бараны, — сказал я, указывая на своих партнеров, — уже не фигуры. Гвеши всегда останется любителем, а Кариновски играет весьма незначительную роль в общей игре. Борьба всегда шла между вами и мною. Что вы думаете по этому поводу, Форстер?

Он стоял и с бешенством смотрел на меня. Затем лицо его смягчилось, он поднял брови, медленно сказал:

— Я думаю, что вы блефуете.

— Вот как?

— Да, несомненно. Все это пустые слова — слова человека, которого загнали в угол.

— Вот этого вы уж никогда точно не узнаете, — возразил я.

— Узнаю, — сказал Форстер. Он поставил пистолет на предохранитель и сунул его в карман.

Один из его людей обратился к нему:

— Извините меня, сэр, но было бы неразумно позволить…

— Заткнись! — рявкнул Форстер. — Наши отношения с Наем никого не касаются. Все остается в силе. Если я буду драться с Наем и проиграю, вы знаете, что делать, да?

Мужчина нехотя кивнул головой.

— Согласно вашему досье, вы прекрасно владеете античным оружием. Это правда?

— Попробуйте.

— Попробуем. Если я вас правильно понял, вы готовы убить меня любым оружием?

— Верно.

— Абсолютно любым? Вы уверены?

— Выбирайте сами, — ответил я и понял, что угодил в тактическую ловушку. Форстер собирался убить меня, но он хотел это сделать на своих условиях. Эта схватка нужна ему, чтобы преподать урок своим людям и, в конечном счете, своему начальству. Она должна показать Форстера с хорошей стороны. В своем желании потянуть время я был поставлен в такие условия, что должен был с готовностью согласиться на любое оружие, которое выберет Форстер.