(Алексрома) Ромаданов - Оживи покойника

- Отпирай!

- Так она тоже заперлась изнутри.

- Цирк какой-то! Шапито! - недобро усмехнулся Федор. - Ты что, не знаешь, как дверь открыть?!

- ... - парень пожал плечами.

- Пойдем, покажу как надо! Эта? - Федор облапил своей широкой ладонью жилистую шею парня и метнул его головой в дверь.

Раздался треск, стон и женский визг. Федор оторвал от косяка разбитую дверь и зашел в комнатушку:

- Кто тут обезьян не любит?

- Брысь, животное! - послышался ответ на русском языке.

Не успел Федор рассмотреть испуганную жрицу любви, как в нос ему шибанул резкий запах, от которого слезы брызнули из глаз. Федор тряхнул головой, и тут раздался глухой хлопок, и на его лице зашумело обжигающее пламя. Федор на ощупь сорвал с проститутки пеньюар, чтобы накрыть хоть чем-то огонь, но легкая материя тут же вспыхнула, и он запылал еще больше. Заорав от боли, он вышиб плечом оконное стекло, выпрыгнул наружу и принялся кататься по земле, стараясь сбить пламя. К счастью Федора, в этот момент очнулся парень, которому он разбил об дверь голову, и, сняв с перегородки кабины водителя огнетушитель, залил его пеной.

Уже в лазарете Федор узнал, что проститутка плеснула ему в лицо жидкость для снятия лака с ногтей на ацетоновой основе, а затем щелкнула зажигалкой... пока Федора тушили, она, конечно же, скрылась. Через четыре дня черная корка полностью сошла с лица, обнажив под собой молодую розовую кожицу, и все закончилось бы не так уж и плохо, если бы кто-то из сослуживцев Федора не услышал, выходя из пивной напротив, как на него брыськнула строптивая проститутка.

Слух об этом происшествии моментально разнесся по всему городку, и стоило Федору появиться в каком-нибудь людном месте, например в офицерской столовой, как в спину ему летело громким шепотом это выразительное русское словечко. Просто проходу не стало, только и слышно отовсюду: "Брысь, брысь, брысь!" Обернешься - у всех такие индифферентные лица, будто их из гипса для Музея героев вылепили. Бросишься отношения выяснять никто ничего не говорил, никто ничего не слышал, - а только отвернешься: "Брысь, Брысь, Брысь! Брысь!" Короче, оставалось только одно: смыть с себя позор кровью той самой проститутки, положив на середину плаца ее голову, - таков был армейский обычай.

Федор навел справки и узнал, что автобус был из Шит-Тауна, пригорода Хелл-Сити, так что оставалось только отправиться туда и разыскать злосчастную проститутку, но командование, как назло, запретило отлучаться из гарнизона ввиду обострения положения на адско-райской границе. И все же честь офицера превыше всего: Федор плюнул на запреты и на взятом напрокат автомобиле поехал в Шит-Таун. В этом захудалом городишке он без особого труда разыскал очаг местной проституции под названием Плаза Фака, который представлял собой небольшую площадь с соответствующими заведениями по периметру. В первом же таком заведении под красным фонарем Федор выяснил, что в Шит-Тауне имеется всего одна русская проститутка по имени Таня, обитающая на соседней улице. Заплатив пять дукатов за информацию, Федор направился по полученному адресу.

Улочка была узкой, темной и вонючей. На ней стояло всего два длинных трехэтажных дома с множеством дверей: у каждой квартиры - свой отдельный вход. Федор нашел нужную дверь и позвонил... никто не открывал. В публичном доме Федору сказали, что интересующая его особа работает по вызову, то есть сидит дома и ждет телефонного звонка, чтобы выехать по адресу клиента, так что найти ее можно было только здесь. Оставалось лишь караулить на улице, но Федору это было не с руки: в своей военной форме он и так привлекал слишком много внимания, а тут еще какая-то старуха в розовом лифчике беспрестанно кричала из окна: "Эй, офицерик, заходи, повоюем! Эй, артиллеристик, заходи, ствол надраю! Эй, танкистик, заходи, поутюжишь!" Федор хотел было полоснуть ее лазерным клинком - как раз бы достал, чтобы много не говорила, но потом передумал, побоявшись случайно вспугнуть главную добычу.

Делать было нечего - Федор отправился в магазин за гражданской одеждой. Далеко отходить было нельзя, поэтому он зашел в первую попавшуюся лавочку на углу. Выбор для его гулливерского размера был небогатый, и пришлось взять какие-то дурацкие цветные шорты молодежного фасона и желтую майку с надписью "СЪЕШЬ ЛИМОН". Примерочной в лавочке не оказалось, так что переодеться прямо на месте покупки не удалось.

Федор зашел в расположенный по соседству бар, выпил для приличия стакан виски и прошел в туалетную комнату. Запершись в кабинке, он переоблачился в цивильную одежду, аккуратно сложил форму, чтобы не помялась, положил ее в только что освобожденный бумажный пакет с ручками и, выйдя из кабинки, осмотрел себя в зеркале. Перемена была разительной: вместо видного мужчины в офицерском звании он увидел переростка-дегенерата в коротких штанишках. Не сдержавшись, он брезгливо харкнул в свое отражение и вышел из туалета. Возле самой двери стоял лейтенант с двумя рядовыми.

- Можно вас на минуту? - вежливо обратился лейтенант к Федору. - Мы - военный патруль. Вы не видели там человека в форме капитана?

"Кретины! - быстро подумал Федор. - Однако они меня ищут, значит, сюда уже сообщили, что я самовольно ушел из части, и кто-то меня заложил, - он покосился в сторону бармена: тот усиленно подавал патрулю знаки, мол, это он и есть. - Ладно, с тобой еще сочтемся!"

- Высокий такой? - спросил Федор, вставая так, чтобы загородить собой бармена.

- Да, - лейтенант вынул из кобуры пистолет.

- Только что в окно из сортира вылез!

Патруль рванул в одну сторону, а Федор - в другую, на выход. На бегу он выдернул из-за пояса лазерный клинок, свое коронное бесшумное оружие, и махнул раскаленным лучом в сторону бармена, но подлый доносчик юркнул под стойку, только несколько бутылок звякнули срезанными горлышками. Сбив с ног входившую в бар парочку, Федор выбежал на улицу и свернул за угол, но не успел пробежать и тридцати метров, как сзади раздался резкий хлопок, и возле самого уха прожужжала свинцовая пчела. До перекрестка оставалось всего метров двадцать, и Федор прибавил скорости, чтобы поскорее забежать за угол, а там уже встретить преследователей во всеоружии...

Опять хлопок - и вторая "пчела" ужалила Федора прямо в затылок. Он споткнулся о невидимый барьер и, взвыв от боли, перевернулся через голову... Распластавшись на тротуаре, он увидел краем глаза подбегающих к нему радостного лейтенанта с пистолетом и двух солдат. Всего каких-нибудь пять метров они не добежали: ноги их отвалились и остались на месте, а сами они полетели вперед с удивленными лицами. "Сука!" - прохрипел позеленевший от страха и злобы лейтенант, подъехав на животе по асфальту к самому носу Федора. Федор разрубил ему череп, чтоб не мучился, заткнул клинок обратно за пояс, прикрыл рукоятку майкой и тяжело поднялся. Вдоль позвоночника стекала теплой струйкой кровь, в глазах было темно... Хорошо еще, что Федор делал специальные упражнения для укрепления головы, часами бившись ею о чугунную болванку, и благодаря этой многолетней тренировке череп его стал практически непробиваемым. Федор осмотрелся и обнаружил, что находится всего в десяти шагах от нужной ему двери. Вся надежда была теперь на то, что женщина, за которой он охотится, окажется дома и не узнает его. Наложив ладонью на лицо кровавый грим, Федор подошел к двери и настойчиво позвонил. Щелкнул замок, и на пороге появилась русая девушка в коротеньком платьице. При виде окровавленного человека она отшатнулась, и Федор ввалился в небольшую комнатушку, почти все пространство которой занимала широченная кровать.