Иэн Бэнкс - Инверсии

– И там есть горы, да? Это одно из… как же их теперь называют? Полутайные? Да, Полутайные королевства. В течение полугода до них не добраться. Но это маленький рай. Ведь верно?

– Полу рай. Весной, летом и осенью там прекрасно, а вот зимой – ужасно.

– Три сезона из четырех – для большинства людей этого вполне достаточно.

– Но не в том случае, если четвертый сезон длится дольше трех остальных, вместе взятых.

– И там случилось что-то похожее на твою историю?

– Возможно.

– И ты был одним из этих людей?

– Может быть.

– Иногда, – сказала Перрунд, выпрямив спину и напустив на лицо раздраженное выражение, – я понимаю правителей: им никак не обойтись без палачей.

– О, я их всегда понимаю, – тихо сказал ДеВар. – Вот только… – Он словно оборвал себя на полуслове и замер, молча одергивая на себе одежду. Он поднял глаза на темноватые тени, гулявшие по световому куполу под потолком. – Может, у нас есть время сыграть во что-нибудь? Что скажешь?

Перрунд несколько мгновений молча смотрела на него, потом вздохнула и тоже распрямила плечи.

– Скажу, что лучше нам, пожалуй, сыграть в «Спор монархов». Ты, видимо, создан для этой игры. Хотя есть и другие, – сказала она, делая знак слуге у дверей вдалеке. – Например, «Лжец» или «Тайна».

ДеВар откинулся к спинке дивана, глядя на Перрунд, которая смотрела на идущего к ним слугу.

– А еще «Саботаж», – добавила она. – И «Хвастовство», и «Полуправда», и «Врунишка», и «Господин дезинформатор», и…

7. ДОКТОР

У моего хозяина есть план насчет твоей хозяйки. Маленький сюрприз.

– Интересно!

– Но мне больше нравятся большие сюрпризы. А?

– И мне тоже.

Последовали и всевозможные другие комментарии и свист с разных концов стола, хотя – задним числом – ничего остроумного.

– И что ты имеешь в виду? – спросил я. Фолечаро, ученик герцога Валена, только мигнул. Это был коренастый парень с копной каштановых волос, которые не слушались ничего, кроме ножниц. Он был занят чисткой сапог, а остальные из нас были поглощены вечерней трапезой в шатре на Долине Вида. Случилось это в один из дней 455-й Циркуляции. На этой первой остановке старшие слуги и ученики обычно обедали вместе. Хозяин Фолечаро позволил ему присоединиться к нам, но за проступок – а Фолечаро совершал их регулярно – наказал его дополнительной работой. Этим и объяснялась чистка сапог. На следующий день для него были приготовлены древние доспехи, слегка проржавевшие, он должен был выдраить их до того, как мы тронемся в путь.

– И что это за план? – Я продолжал гнуть свое. – Что может герцогу понадобиться от доктора?

– Скажем так: у него есть подозрения, – сказал Фолечаро, постучав себя по носу щеткой.

– Насчет чего?

– У моего хозяина тоже есть подозрения, – сказал Юнур, разламывая пополам кусок хлеба и подбирая подливку на своей тарелке.

– Вот уж в самую точку, – неторопливо произнес Эплин, паж начальника стражи Адлейна.

– Есть-есть, – мрачно настаивал Юнур.

– Он по-прежнему проверяет на тебе свои новые идеи, Юнур? – спросил один из пажей. Он повернулся к другим. – Как-то раз мы видели Юнура в банях…

– Только один!

– В каком это было году?

– Так вот, – продолжил паж, – видели бы вы, какие на нем шрамы. Уж можете мне поверить, Но л йети для него хуже зверя!

– Он всему меня учит! – сказал Юнур, вставая. В глазах его сверкнули слезы.

– Заткнись, Юнур, – сказал Джоллис. – Чего тебя так трогает вся эта болтовня? – Невысокий, но довольно изящный, старше всех нас, Джоллис был пажом герцога Ормина, у которого служила доктор после семьи торговцев Мифели и до того, как король призвал ее на службу к себе. Юнур снова сел, бормоча что-то себе под нос – Так какие планы, Фолечаро? – спросил Джол-лис.

– Забудем об этом, – сказал Фолечаро. Он начал насвистывать и демонстративно погрузился в чистку сапог, а через некоторое время стал говорить с сапогами, словно хотел убедить их чистить самих себя.

– Этот мальчишка невыносим, – сказал Джоллис и взял кубок с разведенным вином – ничего крепче нам не разрешалось.

Немного спустя после ужина мы с Джоллисом гуляли по краю лагеря. Впереди и по обеим сторонам от нас тянулись холмы. Сзади, за входом в долину Вида, где-то далеко-далеко за ближним кругом Кратерного озера, в разноцветных огненных сполохах медленно заходил Ксамис, погружаясь за изогнутую кромку моря.

Облака, улавливающие частично затухающий свет Ксамиса, а частично – позднее утреннее сияние Зигена, были залиты золотом с одной стороны и красным, охрой, киноварью, оранжевым, алым… настоящее буйство цветов. Мы брели мимо готовящихся к ночлегу животных. У некоторых из них (в основном у хавлов) были мешки на головах. У животных поизящнее на глазах имелись шоры, а лучшие размещались в походных стойлах. У самых мелких животных глаза были закрыты первым подвернувшимся под руку тряпьем. Один за другим ложились они на землю и засыпали. Мы с Джоллисом, курившим длинную трубку, шли среди них. Он был моим старейшим и лучшим другом еще со времен моей – очень недолгой – службы у герцога, перед тем как меня послали в Гаспид.

– Возможно, это просто болтовня, – сказал он. – Фолечаро нравится звук собственного голоса, и еще ему нравится делать вид, будто он знает что-то такое, что неизвестно другим. Я бы не стал об этом беспокоиться, но если ты считаешь, что тебе следует сообщить об этом твоей хозяйке, то, конечно, так и надо поступить.

– Так, – сказал я.

Я припоминаю (оглядываясь на себя тогдашнего, неискушенного юнца, теперь, из умудренной зрелости), что сомневался, как мне поступить. Герцог Вален был влиятельным человеком и большим интриганом. Таких людей лучше не иметь врагами кому-нибудь вроде доктора, но мне приходилось думать о своем настоящем хозяине, а не только о хозяйке. Не говорить никому из них? Или одному. Но если одному, то кому именно? Или обоим?

– Послушай, – сказал Джоллис, остановившись и повернувшись ко мне (мне показалось, что он выждал момент, когда вокруг никого не оказалось, прежде чем сообщить мне последние сведения). – Если это поможет – я слышал, что Вален послал кого-то в Экваториальную Кускерию.

– Кускерию?

– Да. Ты знаешь о ней?

– Вроде как знаю. Это, кажется, порт, да?

– Порт, город-государство, святилище морской компании, логово морских чудищ, если верить некоторым людям… но дело в том, что это едва ли не самая северная точка, куда доходят люди из южных земель, и у них там, по слухам, немало посольств и миссий.

– Да?

– Так вот, один из людей герцога Валена был послан в Кускерию найти там кое-кого из Дрезена.