Мэри Джентл - Отряд (Аш - Тайная история - 2)

- А если ты заплатишь мне, чтобы я воевала на твоей стороне, спокойно сказала Аш, - я скажу тебе ровно то же самое.

- Я не буду доверять врагу!

- А каменному голему, после всего этого?

- Да уймись ты!

Мерцающий свет масляных ламп отражался от доспехов, кольчуги, от красных каменных конечностей голема.

"Годфри, - в изумлении думала Аш. - Но как?"

- Я могла бы нанять твоих людей, - рассеянно сказала Фарис, - но чтобы они воевали не под твоим командованием: ты могла бы пригодиться мне в другом качестве. Ты нужна отцу, - добавила она. - Он мне это говорил еще до того, как заболел. Сиснандус говорит, что он все еще требует, чтобы ты явилась.

"Смотри, какое дерьмо! Еще бы ему не требовать!"

- Твой "отец" Леофрик хочет расчленить меня, чтобы узнать, как функционируешь ты, - Аш перевела взгляд на лицо Фарис и увидела, что та ошеломлена. - Ты этого не знала? Сейчас он, вероятно, хочет этого еще больше! Если ты и я можем слышать мертвеца...

- К оружию! - проорал голос снаружи.

О Боже милостивый, не сейчас! Не то время, чтобы прерываться!

В наружную дверь командного здания ударили кулаком. Слышались крики, но Аш не сводила взгляда с лица визиготки.

- А может быть, - сказала она, - это вовсе не Леофрик и этот Сиснандус хотят вернуть меня в Карфаген. Ты знаешь, кто отдает тебе приказы, Фарис?

- К оружию! - снова рявкнул мужской голос за дверью комнаты.

Фарис развернулась, оторвавшись от взгляда Аш; протопала к двери и, не дожидаясь слуги, отшвырнула портьеру.

- Доложите по форме, ариф, - резко бросила она.

Офицер с нашивкой арифа на форме проговорил, задыхаясь:

- Нападение на лагерь!..

- С какого фланга?

- Юго-запад. Мне так показалось, аль-саид* [Командир].

- A-a. Что-то новенькое. Прислать ко мне командира лагеря техники, но сначала послать сигнал тревоги командиру восточного лагеря. Ко мне сюда срочно арифа Альдерика и его отряд. Рабы! Одеть меня!

Она влетела назад в комнату, промчалась мимо Аш, которой пришлось отступить назад, чтобы сохранить равновесие. В голове потрясенной Аш мелькнуло: "И я так же выгляжу, когда облачаюсь в доспехи?"

- Я пока не отсылаю тебя в Карфаген. Отцу придется подождать. Мне нужен город. Я отсылаю тебя назад в Дижон, девчонка, - Фарис подняла глаза от разложенных на кровати одежд и неожиданно улыбнулась: - С эскортом. На всякий случай, чтобы тебя в пути не подстерегла засада.

"Назад в Дижон. Прямо в Дижон!"

Несколько рабов пробежали мимо Аш, двое-трое узнали ее и очень удивились. Они стали стаскивать халат и рубаху с визиготского генерала и надевать на нее весь полный доспех, начиная с нижнего белья.

- Ты даешь мне эскорт?

- Сейчас для меня важно, чтобы ты была в Дижоне. Мне нужен город! Потом снова поговорим. Об этих... Диких Машинах. И о твоем мертвом священнике. Позже.

Аш затрясла головой, разрываясь между злостью и разочарованием;

- Нет. Сейчас, Фарис, Ты ведь знаешь, что такое война! Не оставляй ничего на завтра.

В комнату ворвался еще один ариф.

- Командир, теперь они напали на восточный фланг!

Аш открыла рот и чуть не выразила вслух своего сомнения: "Два нападения?" Но снова закрыла рот.

- Вот это и есть настоящее нападение. Всех в ружье! Ты, значит, явилась, чтобы нас отвлечь? Чтобы эти смогли сделать вылазки из города? Ну ладно, ты свою плату все-таки получишь!

Не ожидая подтверждения, скрывая свою огромную усталость за злобной улыбкой, визиготка подняла кверху руки, а рабы через голову надели на нее ее кольчугу, и она извивалась всем телом, руками и шеей, пока кольчуга не обтянула ее тело.

"Мне нужно побыть с ней еще одни час! - Аш просто расстроилась. - Я чувствую, что она готова поговорить..."

Пока ребенок-раб шнурками привязывал кольчугу к поясу, Фарис говорила:

- Альдерик доведет тебя до ворот, когда мы отобьем эти атаки. Мы еще поговорим... сестра.

Ошарашенная быстротой всего происходящего, Аш вдруг поняла, что уже, спотыкаясь, выбирается из палатки, спускается по ступенькам в освещенный луной лагерь, и оказалась среди мечущихся фонарей, бегущих солдат с пиками и загнутыми назад луками, назиров, хрипло выкрикивающих приказы; и весь этот переполох был настолько упорядоченным, насколько он может быть в лагере при неожиданном ночном нападении. К тому моменту, как она нацепила свой шлем и вновь обрела ночное зрение, двое из людей арифа Альдерика, звеня сапогами о мерзлую землю, уже поспешно тащили ее к чему-то огромному и темному - к городским стенам Дижона.

"Она не может отослать меня так просто! Не ответив на мои вопросы!.."

Вокруг созданной экспромтом зоны ожидания двигались люди с факелами. У нее окоченели ноги в сапогах.

Откуда-то с востока доносился звон скрещивающихся стальных клинков.

"Два нападения? Одно - это мои. Может, Роберт тоже выслал своих через ворота для вылазок? На него похоже. Значит, двойная неразбериха".

- Поспешим и подождем, - заметила она назиру Альдерика, худощавому человечку в залатанной кольчуге. Он молча сверкнул улыбкой. Типичный для этой армии человек.

После невыносимо долгого ожидания шум боя отдалился. Теперь в визиготском лагере двигались только факелы; слышались разочарованные крики легионеров - дежурных пожарных; доносилось ржание боевых коней. Она подумала: может, спросить, не разбудили ли еще и поваров; но не стала; оказалось, что она просто с ног падает от желания уснуть и уже не осознает, как долго они тут проторчали.

- Назир! - в круг света факелов въехал верхом ариф Альдерик, сделал знак своим людям, и отправились: Аш в середине, вокруг восемь человек; от холода она снова обрела бдительность, несмотря на полусонное состояние.

Она спотыкалась, спускаясь в траншей, уже выйдя за частокол; из ноздрей не уходил запах земли и пороха; потом они оказались на открытом пространстве, за последними барьерами обороны. Впереди, по ту сторону пустой территории, земли, изрытой воронками от снарядов, уже виден был свет факелов - вверху, на заборах, висящих на парапетной стенке, над северо-западными воротами.

- Удачи тебе, - грубо сказал ариф. Она взглянула в лицо Альдерика выражение его было еще немного виноватым и поэтому добрым.

Он со своими людьми растворился в темноте, остался позади, ушел по траншеям туда, к своим кострам.

- Да провались ты! - отозвалась Аш, слова ее растворились в холодном воздухе.

"Она меня отпустила. Угу. Потому что может себе это позволить. Она посылает меня в осажденный город. Потому что хочет, чтобы я предала Дижон. Она не думает, что я уйду просто в никуда.

И она думает, что в любой момент сможет предоставить меня в распоряжение Леофрика...

Сука!"

Аш остановилась как вкопанная на разбитой, изрытой колеями неровной земле, по щиколотку в грязи. От холодного ветра из глаз текли слезы по онемевшим от холода, покрытым шрамами щекам. Через подкладку шлема откуда-то справа доносился шум реки; вода еще не замерзла. Ближе, прямо перед глазами, плясали в ночном зрении отвесные высокие стены, а прямо над ней - огни над северо-западными воротами Дижона.