Сергей Радин - Падающий

- Ты, случайно, не аналитик? Таким тоном заговорил.

Дилан промолчал, потом слабо улыбнулся: "Что ж, возможно. Я многого не помню". После чего он погрузился в молчание надолго, что неудивительно: я вышел из подъезда. Обычно я не задерживаюсь у своего дома, но сегодня, прежде чем идти дальше, медленно заскользил глазами по окружающей местности. Для солнца рановато - жаль. При ярком свете место перед домом выглядит намного веселей. Но светило пока подбирается к верхним уровням. Придётся Дилану удовольствоваться тем, что просто теперь хорошо видно. Я остановил взгляд на небольшой площади, по которой мчались машины, затем перевёл его на сквер за дорогой - кусты, скамейки, плохо видная отсюда верхушка фонтана, сейчас лениво обливаемая водой; открытая площадка, на которой молодые мамы с колясками и детьми на какой-то привязи, чтобы не свалились. Я хотел подольше рассматривать сквер, чтобы Дилан вволю полюбовался зеленью…

Но взгляд буквально утянуло налево от сквера, к соседнему дому. Аптека. Дежурный полицейский. Какие-то треноги, поддерживающие ленты с надписью, не видной отсюда, но хорошо известной по боевикам и детективам.

"Почему тебя так интересует это место?"

Итак, я получил твёрдое доказательство, что Дилан не умеет считывать с мозгов. Иначе бы он сразу узнал, что к полицейскому я имею самое прямое отношение.

Я поправил микрофон мобильника.

- Этой ночью я ограбил аптеку.

"Ты наркоман?"

- Нет. Просто потребовалось неожиданно больше лекарств, чем обычно выдают по рецепту. Дилан, ничего, если я потихоньку буду тебя спрашивать о том, что меня интересует в тебе?

"Если смогу ответить…"

- У меня тысячи вопросов. Если ответишь хотя бы на несколько… Когда ты пришёл в себя? Я видел тебя самым настоящим зверем.

"Неудивительно. На мне испытывают столько средств, что в момент выхода в сознание мозги наверняка вскипели. А в себя… Скорее всего, я пришёл в себя, когда ты заглянул в мои глаза".

- А зачем они испытывают на тебе?..

"Есть предположение, что некоторые наркотические вещества могут так вывернуть мозги наизнанку, что гипноблокада рухнет сама собой".

- Ты это знаешь или помнишь?

"Всё - урывками".

- Почему именно я? Ты снишься мне с двадцать одного года. Каждую ночь.

"Возможно, одинаковое излучение мозга. Одна волна, на которую я настроился в момент, когда мне ввели первый наркотик. Возможно. Я ведь тебя столько лет не помню".

- А сколько тебе лет?

"Не знаю. И вот что я ещё только что вспомнил. Однажды у меня был опыт подсоединения к сознанию другого человека. Ещё до клетки".

- Сознательный опыт? Ну, то есть ты специально это сделал?

"Не помню. Так, промелькнуло воспоминание".

Я спустился в метро, вошёл в вагон. Мне нравилось впечатление, что я прогуливаю Дилана после долгих лет сидения в клетке. Поэтому, ни капли не стесняясь как прежде, я всматривался в лица пассажиров, улыбаясь при мысли, что с моей помощью клетка для него больше не будет местом, где сходят с ума. И ещё поймал себя на странной мысли: заговори со мной Дилан неделю назад, я бы точно побежал к психотерапевту, и не к нашему штатному психологу, а к какому-нибудь научному светилу.

"Подожди немного, - попросил взволнованный Дилан. - Вот эта девчушка. Посмотри на неё ещё раз".

Через проход от меня (нас - улыбнулся я) сидела женщина с двумя детьми, девочкой и мальчиком. Мальчику лет восемь, и он явно осознавал своё взрослость, сидел слегка чопорно. Но девочка, лет пяти… Она вертелась как юла, с жадным интересом глядя на окружающий мир и людей. Она успела познакомиться со всеми, кто сидел напротив и по бокам. Мать, демонстративно усталая, только пожимала плечами, беспомощно глядя на дочь, бойко разговаривающую с пассажирами. Редко кто из них сердился. Почти все улыбались её словно взбитым светлым кудряшкам, огромным любопытным глазам и бесконечным вопросам.

- Чем она тебе так приглянулась? - улыбаясь, спросил я.

"Она сама жизнь", - вздохнул Дилан.

На работе босс самолично объявил короткий день в честь праздника матери.

Я быстро завершил всё то, что хотел, и предложил Дилану воспользоваться компьютером, чтобы вспомнить хоть что-то о себе. Дилан было заговорил, что не знает, с чего начать, как вдруг умолк. И умолк так, что я не сразу, но сообразил: он исчез из головы. Ушёл. Будто его кто-то позвал, и он положил трубку неотключённого телефона, намереваясь в скором времени вернуться. Странно. Без него я почувствовал какую-то пустоту. Конечно, я смутно предполагал, что общаться без пауз мы не сможем. Но чтобы так резко… Наверное, к нему пришли. Или что ещё.

До обещанного боссом часа свободы осталось всего ничего. Сначала я позвонил маме и сообщил о радости, её ожидающей, в лице заскучавшего сына. Мама отозвалась с энтузиазмом в том смысле, что сейчас немедленно примется готовить пироги, ибо в последний раз, когда она меня видела по веб-камере, выглядел я хр… э-э… не очень. Я улыбнулся. Мама обожала стряпать. Вот только редко бывала оказия. А без причины что за стряпня? Судя по всему, меня ждут яблочный пирог и сырная ватрушка на полстола.

Изображая рабочее рвение при виде пробегающего мимо босса, я уткнулся в компьютер и первым делом набрал новости по городу. В криминальной хронике взахлёб рассказывалось об аптечном ограблении. Говорили о трёх обкурившихся наркоманах, решившихся на дерзкий налёт в поисках дурмана: двое погибли, в состоянии эйфории вломившись в витрину аптеки; третий в том же состоянии, кажется, решил, что у него выросли крылья. Тело погибшего ищут.

"Втроём? Вы там были втроём?" - удивлённо спросил "вернувшийся" Дилан.

- Не сейчас, - прошептал я.

А через минуту народ радостно загомонил и счастливой волной отпущенных на волю покатил к выходу с работы. Уже на подходе к метро я с сожалением сказал:

- Эх, не то надо было смотреть. Надо было всё-таки тебя поискать.

"Как ты можешь меня искать, если у тебя нет отправных точек?"

- Сразу видно преподавателя. Начнём с того, что надзиратели в тюрьмах носят униформу определённого цвета, с нашивками. Если бы ты мне описал эту форму…

"Боюсь, в моём случае это не надзиратели и не тюрьма. Но форма у них и правда есть, - задумчиво признал Дилан. - А разве ты не видел её?"

- Не успел разглядеть.

"Постараюсь в следующий раз присмотреться к нашивкам".

- Ты куда-то уходил? На несколько минут?

"Да, приходил доктор осматривать мои синяки и шишки. Теперь выгляжу жертвой дорожного происшествия - весь в бинтах и пластырях".

- Заботливые какие, - проворчал я. - Ночью избили - днём починили.

"Это сразу чувствуется - мой уход?"

- Да. - С этим словом я прыгнул в вагон метро. Закрывающиеся двери едва не шлёпнули меня по заднице. Прыгнул-то в последний момент. Когда вагон уже двинулся.