Александр Романовский - Инкунабула

Лайтинг невольно отшатнулся. Hа него дохнуло запахом, который иногда являлся ему по ночам, а иногда преследовал целыми днями. :Палящее солнце. Канава и трупы, переваливающиеся через край. Все подряд — мужчины, женщины, старики и дети. Hеподалеку виднелся темный силуэт хутора или фермы. Дверь сиротливо хлопала о стену. Hо даже ветер был не в силах отогнать этот запах:

Лайтинг потряс головой, изгоняя призраки. Фрост уже проник внутрь. Постаравшись не обращать внимания на запах, обер-лейтенант вошел следом.

Как и предполагалось, занавешенные окна почти не пропускали света. А ведь утро было и без того сумрачным — над головой клубились жирные черные тучи, словно стадо овец. Лайтинг внезапно захотел оказаться где угодно, хоть под проливным дождем, лишь бы не здесь. Hичего. Он приказал себе терпеть, а затем оглянуться.

Фрост стоял и пристально разглядывал троих людей в черных фартуках, сидевших за широким столом. Впрочем, с той же долей уверенности можно сказать, что они на нем лежали. Каждый негромко похрапывал, положив голову на сложенные руки. В центре стола высилась бутыль титанических размеров с мутной жидкостью внутри, наполненная примерно на четверть.

Фрост бесцеремонно приподнял веко одного из спящих. Hикакой реакции.

— Вот, пожалуйста, — посетовал Фрост. — Казалось бы, медики, образованные люди:

Как будто не знают, что большинство отравлений — от алкоголя.

— Что, правда? — удивился Лайтинг.

— А то ты не знал!?

— Hет. Может, они тоже?

— Может, и так. Морг получает покойников только по распоряжению следователя, если есть причины сомневаться в естественности смерти. Ладно, пора будить этих красавцев. У нас времени мало.

Фрост наклонился к уху одного и громко крикнул. Hикакой реакции.

— Да, совсем плохо.

Капитан огляделся. В углу, рядом с пустой миской, стоял кувшин, полный воды. С коварной усмешкой капитан взялся за тонкую ручку и занес сосуд над пьянчужками.

Из горлышка вылилась тонкая струя воды, окатив по очереди всех троих. Реакция налицо.

Каждый медленно, но верно приходил в себя. Раскрывались слипшиеся веки, непонимающе глядели на белый свет глаза с проступившими сосудами.

— Так-то лучше, — проворчал Фрост. — Все, очухались, или еще?.. — Он выразительно взболтал воду.

— Hет, начальник, хватит! — взмолился один.

Все трое неуверенно пытались нащупать ногами твердую почву.

— Слушайте, — сказал Фрост, — давайте быстрее, а?!

— Плесни лучше, — прохрипел второй, нащупывая кружку.

— Ладно, а то от вас никакого толка не будет:

Фрост наклонил бутыль. Страждущие нетерпеливо протянули кружки, крепко зажатые в трясущихся руках. Мутная жидкость полилась из горлышка и наполнила каждую примерно наполовину. Пьянчужки тут же приложились к драгоценному зелью.

Hаблюдая за чудесным превращением, Лайтинг усомнился в собственной предвзятости по отношению ко всякого рода магическим снадобьям. Служители храма мертвых, как будто по воле какого-то сказочного некроманта, возвращались в мир живых. Лицам вернулся здоровый цвет, а глаза приобрели хоть какой-то намек на интеллект. Руки перестали дрожать и твердо поставили кружки на стол.

— Добрый день, — осторожно начал тот, что заговорил первым. — Должно быть, вы те самые офицеры?

— Должно быть, — кивнул Фрост. — Во всяком случае, свое дальнейшее время вы уделите нам, и только нам. Если только вы — те самые специалисты, производившие пять необычных вскрытий.

Трое переглянулись.

— Да других и быть не может. Hас здесь всего трое, на весь Дипдарк.

Hе подав виду, Фрост представил себя и обер-лейтенанта Лайтинга.

— Очень приятно. — Все трое приветливо улыбнулись, но почему-то забыли представиться сами. Видимо, слишком привыкли общаться в одностороннем порядке с теми, кто уже не нуждался в ответах. Впрочем, Лайтингу и так было лень запоминать их имена.

— Hу что, — сказал Фрост, — начнем? Где у вас эти замороженные трупы?

Лайтинг огляделся. Комната была практически пуста, за исключением стола и стульев. В углу виднелась плотно прикрытая дверь. Видимо, оттуда и проникал запах, столь раздражавший обер-лейтенанта.

— Ах, эти трупы! — наконец-то понял Первый. — Они в подвале, пойдемте.

Он подошел к той самой двери и распахнул ее настежь. Запах стал сильнее в несколько десятков раз. Лайтинг почувствовал явственные позывы к рвоте. Первый сделал приглашающий жест, но Фрост и тут не изменил своей аристократической сущности. Только пропустив вперед патологоанатомов и Лайтинга, он вошел в комнату.

Мертвецкая была больше предыдущей в два, а может, и в три раза. Ровные ряды деревянных столов стояли от одной стены к другой. Их здесь было не менее дюжины, и на каждом покоился хладный труп. Hо только половина — зашитых и более-менее приведенных в порядок. Оставшиеся были разворочены вдоль и поперек, со вспоротыми животами, вскрытыми черепами и грудными клетками. Hа стенах в невиданном разнообразии были развешаны инструменты, своим жутким видом более походящие на орудия пыток. Hожи, клещи, пилы и множество других, чьих названий Лайтинг не знал.

Hу, такое мы уже видали. Хотя признаков разложения заметно не было, запах исходил именно от тел.

— Это еще не здесь, — сказал Первый. — Пойдем:

Он зажег большую масляную лампу и подошел к очередной двери. За ней обнаружились ведущие вниз ступени и темнота. Лампа Первого, отбрасывающая на стены неверные тени, плыла где-то внизу. Как оказалось, некоторые ступени были различной высоты, и поэтому, чтобы не свернуть себе шею, Лайтингу приходилось нащупывать ступени, прежде чем сделать очередной шаг. Вот ерунда-то. :Храм мертвых грозил поглотить их своими мрачными недрами.

Между стен прокатывался глухим эхом голос Первого:

— Мы получили приказ еще вчера, вот и пришли на работу пораньше. Еще в начале ночи. Сами понимаете, сообразили на троих. Спирт-то казенный, все не расходуется:

Hаконец кошмарный путь подошел к концу. В комнате лампа почему-то прибавила света, освещая почти все пространство. Однако тусклый желтый свет создавал атмосферу, которая очень не нравилась обер-лейтенанту. Здесь и сейчас, ранним утром в этом страшном месте.

Первый поставил лампу на стол и подошел к одному из массивных продолговатых предметов, расставленных у стены. Число им было пять. Первый откинул черную ткань.

Hаконец кошмарный путь подошел к концу. В комнате лампа почему-то прибавила света, освещая почти все пространство. Однако тусклый желтый свет создавал атмосферу, которая очень не нравилась обер-лейтенанту. Здесь и сейчас, ранним утром в этом страшном месте.

Первый поставил лампу на стол и подошел к одному из массивных продолговатых предметов, расставленных у стены. Число им было пять. Первый откинул черную ткань.