Дэвид Эддингс - Сапфирная роза

Элана обаятельно улыбнулась, но красивые глаза ее были полны тоски и печали.

- Моя бедная Элана, - произнес Спархок дрогнувшим голосом.

- Не бедная, мой любимый рыцарь. Теперь у меня есть ты, и я самая счастливая на свете.

- Однако, Элана, нам надо серьезно поговорить.

- Не хочу, Спархок. Не сейчас.

- Я думаю, ты неправильно поняла меня, когда по ошибке я отдал тебе свое кольцо, - произнес Спархок и тут же пожалел об этом. Выражение лица ее было таким несчастным, а глаза такими огромными и печальными, словно то были не слова, а увесистая пощечина. - Пожалуйста, не пойми меня неправильно, - поспешно сказал Спархок. - Просто, мне кажется, я слишком стар для тебя, вот и все.

- Для меня твой возраст не имеет значения, - упрямо возразила Элана. - Ты мой, Спархок, и я никогда не позволю тебе уйти от меня.

- Я был обязан сказать тебе об этом, - бормотал растерянный Спархок. - Это мой долг.

- Хорошо, теперь, когда ты покончил со своими обязанностями, поговорим о более приятном. Когда мы с тобой обвенчаемся - до или после того, как вы с Вэнионом отправитесь в Чиреллос и убьете Энниаса? Ты знаешь, я всякое слышала о том, что происходит между мужем и женой, когда они остаются наедине, и мне все это так любопытно.

Спархок стоял красный как рак.

5

- Королева спит? - спросил Вэнион Спархока, когда тот вернулся из королевской опочивальни.

Спархок утвердительно кивнул головой.

- Личеас рассказал вам что-нибудь полезное? - поинтересовался Спархок.

- Да, и многое из того подтвердило наши догадки, - ответил Вэнион. Лицо магистра было тревожным. Выглядел он уже гораздо лучше, хотя бремя носимых им мечей несомненно сказалось на нем. - Милорд Лэндийский, обратился он к графу, - покои королевы тщательно охраняются? Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь подслушал наш разговор.

- Да, милорд, - заверил его лорд Лэнда, - у комнат стоит охрана, а в коридорах прогуливаются ваши рыцари, так что вряд ли какой храбрец захочет сунуть сюда свой любопытный нос.

Тут в комнату вошли Келтэн и Улэф со злобными ухмылками на лицах обоих.

- Однако, у Личеаса сегодня выдался тяжелый денек, - самодовольно хмыкнул Келтэн. - Мы с Улэфом всю дорогу до темницы делились своими познаниями во всевозможных страшных пытках и казнях. Бедный мальчик чуть не грохнулся в обморок, когда мы в красках расписали ему зрелище сожжения заживо на костре.

- Или когда мы предложили ему запытать его до смерти на дыбе, добавил Улэф. - Кстати, на обратном пути у нас была возможность полюбоваться тем, с каким энтузиазмом солдаты церкви занимаются починкой дворцовых ворот. - Генидианец поставил в угол свой топор. - Лорд Вэнион, ваши рыцари осматривали улицы Симмура и обнаружили, что пропало заметное количество жителей города.

Вэнион удивленно взглянул на него.

- Кажется, в городе царит достаточно нервная обстановка, - объяснил Келтэн. - Энниас держал в своих руках весь город, и некоторые изо всех сил старались помочь первосвященнику, надеясь на его расположение. Их соседи знали об этом, и теперь, после столь неожиданной смены власти, они хотят доказать свою преданность новому правителю, причем как можно более наглядно. Несколько человек повешены прямо на улицах, поджигаются дома. Мы с Улэфом посоветовали рыцарям положить конец этому самоуправству, пока огонь не перекинулся на весь город.

- Это просто необходимо сделать, - сказал лорд Лэнда. - Подобные уличные бесчинства и самосуд - враг любого правительства.

- Между прочим, - с любопытством обратился к Спархоку Келтэн, - ты правда сделал предложение королеве?

- Это было недоразумение.

- Я так и думал, просто не могу тебя представить в роли мужа. Однако, мне кажется, она будет настаивать.

- Ничего, что-нибудь придумаю.

- Я желаю тебе всего самого лучшего, но откровенно говоря, думаю, что у тебя мало шансов продержаться. Я видел, как Элана глядела на тебя, когда была еще маленькой девочкой. Кажется, для тебя наступают интересные времена, Спархок, - усмехнулся Келтэн.

- Как приятно иметь друзей, - ехидно заметил Спархок.

- Настала для тебя пора основать свое гнездышко. Скоро ты станешь совсем стар для того, чтобы мотаться по белу свету, выискивая, с кем бы скрестить свой меч.

- Да ты же не моложе меня, Келтэн.

- Я знаю, но это совсем другое дело.

- Вы решили с Улэфом, кому достанется Личеас? - прервал их разговор Тиниен.

- Этот вопрос еще обсуждается, - ответил Келтэн и подозрительно взглянул на талесийца. - Улэф пытался всучить мне свои "кости"...

- А что тебе не нравится?

- Да то, что на одной из них я заметил четыре шестерки.

- Да, что-то многовато, - согласился Тиниен.

- Вот и мне так кажется, - Келтэн вздохнул. - Откровенно говоря, я не думаю, что Элана позволит нам убить Личеаса. Ну ничего, ведь еще остается Энниас.

- И Мартэл, - напомнил ему Спархок.

- О да, конечно!

- Куда он отправился после того, как король Воргун прогнал его из Лариума? - спросил Спархок. - Я стараюсь приглядывать за Мартэлом, чтобы он не попал раньше времени в какую-нибудь переделку.

- В последний раз, когда мы видели его, он торопился на Восток, сказал Тиниен, поправляя плечные пластины своего тяжелого доспеха.

- На Восток?

- Именно, - кивнул головой Тиниен. - Мы полагали, он отправится на Юг, в Умантум, однако все произошло иначе, и после сожжения Комбы он заспешил в Сарриниум - возможно из-за того, что корабли Воргуна патрулировали Арсианский пролив.

Спархок что-то проворчал, затем снял перевязь с тяжелым мечом и положил на стол.

- А что все-таки поведал вам Личеас? - спросил он, усаживаясь в кресло.

- В целом не так уж много нового. Видимо, Энниас посвящал его далеко не во все свои дела, однако, что удивительно, Личеас все же неплохо о них осведомлен. Вероятно, он не такой уж дурак, каким кажется.

- Телэн! - неожиданно раздался голос Кьюрика. - Будь так добр, не делай этого.

- Я же только посмотреть, - обиженно запротестовал мальчик.

- Все равно не трогай, а то еще поддашься соблазну.

- Личеас рассказал нам, что его мать и Энниас уже с давних пор были страстными любовниками, - продолжил Вэнион, - и именно Энниас предложил Ариссе обольстить своего брата. Он толковал ей о какой-то достаточно странной доктрине Церкви, которая позволит соединить узами брака Алдреаса и его сестру.

- Церковь никогда не допустит подобного бесстыдства, - заявил Бевьер.

- В истории Церкви случалось многое, что не согласуется с современной моралью, - сказал Вэнион. - Одно время ее влияние в Каммории было настолько слабым, что там возник обычай кровосмесительных браков в королевских домах. И Церковь дала свое согласие на это, чтобы продолжить свою деятельность в этом королевстве. В любом случае, Энниас рассуждал так - Алдреас слабый человек и король, и Арисса, став его женой, будет истинной правительницей Элении. А Энниас, имевший свой определенный подход и влияние на Ариссу, будет диктовать ей свои условия. Сначала этого было достаточно для первосвященника, но потом честолюбие увлекло его мыслью получить место Архипрелата в Чиреллосе. Я полагаю, это случилось лет двадцать назад.