Яна Дубинянская - Клуб любителей фантастики, 2008

— Так в чём проблема?

— В характере доработки. Издатели хотят, чтобы я подкорректировал некоторые свои трактовки, по-иному расставил акценты.

— Но ведь суть от этого не изменится?

— Как сказать. В истории любой страны немало спорных моментов. Да и факты можно подтасовать так, что события предстанут совсем в другом свете. Что и делает мой потенциальный соавтор. А мне предлагается подыграть ему. Например, адмирал Колчак и генерал Шкуро в этой книге должны быть представлены спасителями Отечества.

— А разве нет? Они же пытались избавить страну от большевиков.

— Всё не так просто… Например, есть сведения, что Колчак был связан с британской разведкой, а Шкуро сотрудничал с гитлеровцами.

— Всё это враньё! Коммунистическая пропаганда. У тебя, папа, ностальгия по советскому прошлому.

— По бесплатным операциям на сердце, сынок. И по профессорской пенсии… Да бог с ними, с белыми генералами и большевиками! Но вот что мой возможный соавтор пишет о партизанах. Оказывается, они грабили сельских жителей и провоцировали немцев на уничтожение деревень и массовые расстрелы! Ни слова об их подвигах, которые приблизили Победу. Могу ли я ставить своё имя на одной обложке с его? Ты знаешь, мой отец — твой дедушка — прошёл всю войну. Он же в гробу перевернётся!

— Папа, всё это дело прошлое. А сейчас ты сможешь хорошо заработать.

— Ну, сынок, не ждал я такого от тебя.

— А не ждал, так зачем завёл этот разговор? Что я могу тебе посоветовать, если ты такой упёртый? Ладно, сам решай. Я, собственно, что хотел сказать? Мы с друзьями решили в эти выходные выбраться на природу. Я к Павлу в гараж. Он хочет у своей «Волги» тормоза прокачать перед поездкой.

Ворота в гараж были открыты. Павел копался под капотом машины.

— Привет, пан Козлевич! — дурашливо поздоровался Володя.

— А, это ты, — обернувшись, протянул Павел. — Намучился я с этим драндулетом.

— А ты новую тачку купи!

— Легко сказать! Да у меня хоть такая есть. А ты и вовсе без «колёс».

— У меня всё впереди. Вот выучусь на журналиста, буду сотрудничать в популярных СМИ, доводить до читателей идею, что успех в жизни зависит только от самого человека и не надо жалеть неудачников.

— А ты надеешься на удачу?

— Я надеюсь на свои мозги. Я заработаю много денег. Сейчас такие возможности!

— Это точно: в любой момент есть возможность оказаться выброшенным на улицу! Нет, такой порядок не по мне. В следующее воскресенье иду на митинг. Сам буду выступать.

— Зачем? Там же одни старики с флагами стоят, а ораторы им лапшу на уши вешают. Всё это пустое…

— Старики? Неправда, там и молодёжи много. Всё пустое, говоришь? И тут ты неправ: надо, надо людей расшевелить!

— В семнадцатом году уж так расшевелили, что потом кровью долго харкали.

— А ты не думаешь, что тогда победила ползучая контрреволюция?

— Знаешь что?! Надоел ты мне с этими дикими терминами и желанием раскачать людей. Надают вам по морде, тем всё и кончится! Делать тебе нечего, вот и таскаешься по митингам. Лучше карьеру делай да с девчонками гуляй! Кстати, твоя Наташка поедет с подругой?

— С подругой, — сердито ответил Павел. — И Олег с Костей будут со своими девчонками.

— Я пойду мяса для шашлыка куплю.

— Валяй.

Володя половину ночи не спал, слушал, как в соседней комнате шепчутся отец и мать. Так и заснул под их приглушённый говор и вздохи.

К месту назначения добирались на двух машинах. Павел выбрал место подальше от населённых пунктов. Палатки разбили на берегу реки. Целый день купались, к вечеру разожгли костёр, жарили шашлыки и пили вино, а потом разбились на пары и долго гуляли по берегу реки. Только часа в два ночи забрались в палатки.

Володя и Павел проснулись раньше всех, вылезли из палаток и наблюдали за восходом солнца. Багровый диск медленно всплывал над кромкой темнеющего вдали леса, окрашивая всё вокруг в нежно-розовый цвет. Над просторным лугом поднимался белёсый туман. Четыре палатки, расположенные поблизости, были едва различимы в нём.

Павел потянулся и, шумно выдохнув воздух, сказал:

— Хорошо-то как! Пойду снасти возьму. Рыбы наловим, пока остальные спят.

— Погоди! Взгляни, какие красавцы! — указал в сторону реки Володя.

Павел пригляделся. Вдоль речного берега неторопливо шли два коня, пощипывая влажную от росы траву. Один конь был тёмный, другой — серый. Они казались призраками на этом сказочно красивом лугу. Приятели, не сговариваясь, направились к коням. Вблизи тёмный оказался гнедым, с чёрной гривой и хвостом. Другой конь был белой масти.

— Хороши! — восхитился Володя.

Раньше он увлекался верховой ездой и знал толк в лошадях.

— Посмотри: на них сёдла, стремена и уздечки, — воскликнул Павел.

Кони искоса смотрели на людей своими тёмными бездонными глазами и продолжали щипать траву.

— Интересно, чьи они? — удивлялся Володя. — Село далеко отсюда. Да и не деревенские это кони. Я таких красавцев ещё не видел! Может быть, проедемся верхом?

Он подошёл к белому и похлопал его по шее.

— Съезжу-ка я на нём в село. Мы вчера в магазине были, а хлеб забыли купить. Продавщица говорила, что она в семь открывает.

Володя сбегал за рюкзаком в палатку. Лихо, едва коснувшись стремени, вскочил в седло. Конь встрепенулся, но не испугался. Глядя на приятеля, Павел тоже решил прокатиться. С трудом взгромоздился на гнедого. Володя едва удержался от смеха:

— Да не бойся, не упадёшь. Кони явно объезжены. Ты тут покатайся, а я в село и обратно!

И Володя пришпорил своего коня.

Павел покружился на месте, с трудом привыкая к роли наездника. Его конь, тряхнув гривой, направился к лесу, над которым уже поднялось огромное красное солнце. Павел пытался повернуть назад, но конь не слушался. И тогда всадник перестал сопротивляться воле коня.

Володя приближался к селу. Вчера они с друзьями проезжали здесь. Но сегодня это место показалось ему незнакомым. Дома, прежде пёстрые, стали однообразно серыми. Дорога была грязная, с лужами посередине. Когда успел пройти дождь? Въехав же в село, он очень удивился тому, что крайняя изба была покрыта дранкой, а следующая — вовсе соломой. Потом он проехал мимо небольшой деревянной церкви, которую вчера почему-то не заметил.

Село казалось пустым. Лишь в одном окошке чуть приоткрылась занавеска, но чья-то рука тотчас её задёрнула. И тут из-за угла соседней избы выскочили трое в серых шинелях, с винтовками:

— Стой! Стой, тебе говорят!

Володя не столько испугался, сколько удивился. Ударив коня в бока, он пролетел мимо людей с винтовками. За спиной хлыстами защёлкали выстрелы, над головой просвистели пули. Он не мог понять, что происходит. Сбоку подбежал бородатый мужик в синей рубахе и жердью сшиб растерявшегося всадника на землю. Володя упал в грязь, а конь поскакал дальше.