Джон Браннер - Поймай падающую звезду

— Ты хочешь сказать, что он… — Креоан не смог договорить.

— Тупица, — резко произнес Ху. — Почти такой же, как Аррхихарр.

Великая печаль наполнила их сердца. Наступило молчание.

Как и предсказывал Ху, уже через несколько минут «братья» с ним согласились, хотя Креоан не мог найти этому объяснения. Неужели им было достаточно пустых обещаний и предвкушения новых пиршеств? Но каковы бы ни были причины, они согласились оторваться от дел и учить новичков ездить верхом на удивительно послушных мясных существах.

К концу дня трое путешественников сели на своих скакунов и присоединились к стаду, которое в этот день уходило в город.

— В какой город мы поедем? — спросил Креоан.

Ху пожал плечами.

— Мы можем отправиться по любой дороге, кроме той, по которой вы пришли. Нам не на что рассчитывать, кроме собственной интуиции.

Они оглянулись и помахали на прощание рукой пастухам, среди которых стояла и Мэдал — такая маленькая и хрупкая по сравнению с ее новыми «братьями».

— Я надеюсь, — грустно проговорила Чалит, — что она сделала правильный выбор.

— Такой же правильный, как и мы, — с иронией ответил Креоан и направил своего скакуна вслед за Ху.

XIII

Они ехали по местам, не похожим на те, через которые шли раньше. Природа здесь была более убогой, чем на равнине с желтой травой или среди развалин города с гигантскими дождевиками.

Низкие кустарники с красными, бордовыми и морского цвета листьями карабкались по склонам, окружавшим узкую долину, но большая часть земли была каменистой, лишь кое-где поросшей мхом. Несмотря на тряску и сильный запах, испускаемый шкурой животного, Креоан мог бы даже получать удовольствие от поездки, если бы не одно обстоятельство: мясо, казалось, было так радо идти навстречу смерти, что его сумасшедший смех делал невозможными не только разговоры, но и размышления.

Временами Ху подъезжал к Креоану и Чалит на своем скакуне и предлагал то сок кактуса, то холодное мясо. Креоан, сам тому удивляясь, чувствовал сильный голод и ел с удовольствием. Но Чалит с огромным трудом заставила себя немного поесть.

— Ты, наверное, думаешь, что эти мясные существа подобные людям? — спросил ее Ху. — Ты ошибаешься.. Я прожил среди них всю жизнь, наблюдал за ними и ни разу не видел, чтобы они вели себя, как человек. У них нет собственной воли, они не разговаривают друг с другом и никогда ничего не создают. Они лишь подражают человеку, и если бы было какое-нибудь другое существо для подражания, я думаю, они бы с радостью копировали его.

Становилось всё теплее. Стадо без устали шло вперед и вперед. Наконец добрались до реки, и Ху, взглянув на темнеющее небо, сказал:

— Мясо прибывает в город ночью. Значит, через несколько часов мы будем на месте.

Скакуны шлепали по грязи, перепрыгивали лужи, и ездокам потребовалось приложить немало усилий, чтобы не свалиться на землю. Когда спустилась ночь, смех вожаков стада начал понемногу затихать.

— Мы, должно быть, почти у цели! — воскликнул Креоан. — Посмотрите!

Он показал туда, где стаи огоньков кружились в воздухе.

— Там должен быть город!

Но Ху не обратил на его слова никакого внимания.

— Мне тут что-то не нравится, — пробормотал он. — Разве вы не видите, что животные нервничают? Что-то пугает их.

Он втянул ноздрями воздух, тряхнул головой, не понимая, что за запах принес ветер, и перевел скакуна на рысь.

Остальные тоже пришпорили своих животных.

Скоро они уже не сомневались, что запах, который их насторожил, — запах тления.

— Вы ничего не слышите? — спросил Ху. — Где-то далеко… Чей-то смех… Как у мяса, но растерянный и слабый!

Они поднялись на плоскую вершину горы, возвышавшейся над городом, надеясь увидеть, что там случилось, но огоньки, роившиеся и внизу, и над ними, закрывали от них панораму. Пришлось, так ничего и не узнав, спускаться вниз по извилистой тропке, такой узкой, что скакуны могли идти по ней только гуськом.

— Что это за блестящие порхающие штучки? — спросил Ху.

Креоан подозвал свистом одного огонька и показал ему.

Через некоторое время они выехали на окраину города, и перед ними открылась невероятная картина. Огромные стада мяса, ослабевшего и истощенного, бесцельно бродили по дороге и пустырю. Они перекрывали дорогу новым стадам, и, несмотря на все старания, Ху со стадом вынужден был остановиться.

— Почему они не идут дальше? — испуганно воскликнула Чалит. — Я думала, что мясо направляется в какое-то определенное место и там добровольно умирает?

— Так и должно быть, — недоуменно покачал головой Ху. — Ясно, что до этого места в городе добраться невозможно. Слезайте!

Креоан и Чалит с радостью подчинились и слезли со скакунов, разминая затекшие ноги. Но Ху и не думал об отдыхе, и они покорно последовали за ним.

Через некоторое время путешественники, к своему ужасу, оказались среди массы валяющихся тел. Мертвое мясо лежало повсюду — на дорогах, лужайках, возле домов. Нелегкая и ласковая смерть, которая была им обещана, настигла их — вдали от кактусов, своей обычной пищи, они просто гибли от голода. Туши, валявшиеся на окраине города, были совсем свежие, некоторые даже шевелились, но в самом городе повсюду попадалось уже совершенно разложившееся мясо, а в центре, куда с огромным трудом все-таки пробрались путешественники, на улицах валялись чистые белые скелеты.

— Так вот почему этот город не благодарил нас за мясо! — с гневом воскликнул Ху и, не глядя на Чалит и Креоана, скованных ужасом, начал яростно пинать скелеты.

Дав волю чувствам, он, наконец, успокоился и только тогда увидел, что Креоан с растерянным видом рассматривает что-то круглое и белое, мерцающее в фантастическом свете кружащихся огоньков. Поскольку город был мертв, в их цветах не было никакого порядка — только сумасшедшее кружение невообразимой радуги.

— Это… Это череп?.. — спросила Чалит прерывающимся голосом.

— Череп, — кивнул Ху и непонимающе посмотрел на Креоана.

— Но я думал, что вы не отправляли мясо, когда оно было еще таким маленьким, как это, — сказал Креоан.

— Конечно, не отправляли! — ответил Ху.

Он положил скалящийся череп себе на плечо, и на мгновение Креоану показалось, что это сама Смерть, глядящая на них.

— Значит, это человеческий… — прошептал он. — Значит, они мертвы — жители этого города…

Ужасная мысль пришла ему в голову, и он умолк. Возможно, их путешествие бессмысленно… Может быть, по какой дороге бы они ни пошли, — везде их ожидало бы разорение и смерть… Может быть, их собственный город был последним обитаемым в целом мире…