Гэвин Лайл - Успеть к полуночи

Демонстрация была организована в гостиной большого отеля на Монпарнасе скорее всего потому, что Париж на левом берегу Сены Рон считал "более парижским". Это была длинная узкая комната в белых и золотистых тонах с длинными алыми портьерами, прекрасно воссоздававшими обстановку времен первой мировой войны, когда отеля еще не было и в помине, что в известном смысле оправдывало наличие маленьких жестких стульев, предназначенных для зрителей.

Едва мы с Мерленом вошли, Рон бросился к нам с таким видом, словно мы были членами французского кабинета министров или законодателями моды, но, увидев меня, резко произнес:

- Ты опоздал!

- Как и оппозиция. - Я представил ему Мерлена. - Анри Мерлен, месье Рон Хопкинс. A vrai dire, c'est Mer-cedes Melloney (По правде говоря, это Мерседес Меллони (фр)).

- Enchante (Очень приятно (фр))., - вежливо улыбнулся Мерлен. Рон был в темно-зеленом смокинге со светло-зелеными лацканами и розовой орхидеей в петлице, что должно было отражать гомосексуальные настроения, царившие, по его мнению, во всей французской индустрии моды. Однако и в этом костюме он выглядел английским, как ростбиф и гомосексуальным не более чем дворовый кот.

Быстрым взглядом окинув Мерлена с головы до ног, он показал на демонстрационную дорожку в центре комнаты.

- Места для тебя и твоего приятеля в первом ряду. И не вздумай теперь уйти в сторону.

Я сердито посмотрел на него, и мы, наступая на ноги, начали проталкиваться к нашим местам. В основном аудитория состояла из женщин того типа, которые либо стареют не толстея, либо толстеют не старея. Пара фанфаристов в медных шлемах с плюмажами протрубили сигнал, означавший начало просмотра очередной коллекции, и из арки, увитой розами, выплыло полдюжины манекенщиц. Где-то по дороге Мерлену удалось обзавестись программкой.

- Номер тридцать семь, - прочитал он вслух. - Называется "Printemps de la Vie", "Весна жизни". Какое великолепное название! Когда "Ле Мэтр" впервые создал эту модель, ее назвали просто "Весна". Ваш Хопкинс отлично разбирается в том, какая одежда может привлечь внимание стареющих женщин. Если под этим названием я обнаружу ту же самую модель, это обойдется ему в миллион франков.

- Она не будет точно такой же, - заверил я его. Мерлен снова уткнулся в программку.

- А эти страшилища... предполагается, что это платья для коктейлей?

Манекенщица в черном облегающем платье легкой походкой прошлась по дорожке и остановилась, скользнув безразличным взглядом над нашими головами.

Мерлен посмотрел на нее и проворчал: - Какого пола это создание?

Лицо девушки окаменело.

Я поморщился. Она была худощавой, но в меру.

- Очень сексуально, - громко и отчетливо произнес я. - Лично я готов изнасиловать ее прямо здесь. - Похоже, это заявление не вызвало у нее восторга.

Мерлен пожал своими толстыми плечами.

- У этих англичан один секс на уме. Запомните, секс и мода не связаны между собой, но вы в вашей Англии считаете, что если женщину-изнасиловали, то это только из-за того, что на ней было модное платье. Канетон, вы забыли все, что знали о Франции. - Он искоса посмотрел на меня.

Я почувствовал этот взгляд, даже не поворачивая головы.

- Подождите до окончания суда. Кстати, что за работу вы хотели мне предложить? Быстро и тихо Мерлен произнес:

- Клиент хочет добраться из Бретани до Лихтенштейна. Кое-кто этого очень не хочет. Возможно, Придется пострелять. Не возьметесь помочь?

Я закурил сигарету и выпустил струю дыма прямо под ноги манекенщице.

- И как же он собирается туда добираться? Самолетом? Поездом? И сколько за это платят?

- Скажем, двенадцать тысяч франков - почти тысячу фунтов. Я бы посоветовал ехать на машине, так гораздо проще и... оставляет больше возможностей. Ведь вам придется пересекать границы. Или вы забыли, где находится Лихтенштейн?

- Между Швейцарией и Австрией. А что этот тип делает в Бретани, если он должен быть в Лихтенштейне?

Снова протрубили фанфары, и манекенщицы скрылись в арке. Следующая сцена: платья в стиле "sportif" (Спортивный).

- Сейчас он не в Бретани, - сказал Анри. - Пока что он на яхте в Атлантическом океане. Завтра к вечеру он будет у берегов Европы, и ближайшее место, которого он сможет достичь, это Бретань. C'est tres simple (Это очень просто (фр.). Оттуда вы доставите его в Лихтенштейн. Основная проблема заключается в том, что есть люди, которые знают, где он и что ему необходимо как можно скорее оказаться в Лихтенштейне.

На мой взгляд, это была не единственная проблема; во всяком случае, не из тех, за которые платят двенадцать тысяч.

- Мне известны только две веские причины, по которым стоит ехать в Лихтенштейн, - сказал я. - Первая - пополнить свою коллекцию марок за счет нового ежегодного выпуска. Вторая - зарегистрировать там свою фирму, чтобы не платить больших налогов. Судя по всему, ваш клиент не очень-то похож на коллекционера.

Мерлен тихо засмеялся.

- Его фамилия Маганхард.

- Я что-то про него слышал, но не могу вспомнить, как он выглядит.

- Его никто не знает в лицо. Есть только фотография для паспорта, всего одна, снятая восемь лет назад. И не во Франции.

- Я слышал, что он связан с компанией "Каспар АГ".

- О таком человеке ничего нельзя толком узнать. - Мерлен потянулся. Как вы понимаете, я не могу много вам рассказать. Возможно, он сам расскажет больше, но поверьте, он очень много потеряет, если быстро не попадет в Лихтенштейн.

- Тайна клиента? Давайте-ка определимся четко: я встречаю Маганхарда в Бретани и на машине везу его в Лихтенштейн, убирая с дороги всех, кто мешает. Все очень просто, да? Тогда почему бы ему не отправиться туда самолетом или поездом, попросив защиты у французской полиции?

- О да, конечно, - кивнул Мерлен, взглянув на меня с печальной усмешкой. - Есть еще одна проблема - его разыскивает французская полиция.

- Да что вы говорите? - Я вскинул брови в притворном удивлении. - И за что же?

- Его обвиняют в изнасиловании, которое якобы имело место прошлым летом на Лазурном Берегу.

- Там до сих пор обращают внимание на такие пустяки?

Мерлен снова усмехнулся.

- К счастью, Маганхард покинул Францию до того, как женщина обратилась в полицию. Я посоветовал ему не возвращаться.

- В газетах про это не писали. Во всяком случае, мне ничего не попадалось.

- Как вы верно заметили, - он пожал плечами, - летом на Лазурном Берегу изнасилование - это не более чем вариация на тему, но оно до сих пор незаконно.

- Возможно, я не буду лезть из кожи вон, помогая насильнику избежать правосудия.

- Что ж, возможно. Но полиция опасности не представляет, поскольку не знает, что он во Франции. Лишь его конкуренты в курсе, что он должен попасть в Лихтенштейн.