Владимир Бабула - Планета трех солнц

— Странно… — покачал головой Мак-Гарди. Возможно, она использует принцип ракеты?.. Но зачем ломать над этим голову, — мы же не на биологической экскурсии…

— Правильно, пошли дальше! — коротко сказал Краус. Подобных сюрпризов лес таил еще немало, но наконец путешественники благополучно миновали чащу.

Повернули направо. На опушке леса росла густая трава, в стеблях которой все время запутывались ноги. Пришлось идти так еще около километра, пока не вышли на голую равнину. Ее замыкал скалистый гребень, несомненно, вулканического происхождения.

— Проксима восходит, это очень хорошо! — сказал Грубер, показывая на зарево над скалами.

Путники остановились, выключили фонарики и стали ждать, когда появится красный свет.

Неожиданно Краус припал к земле. Мак-Гарди до боли сжал руку Грубера, а Грубер задрожал всем телом.

Все с ужасом смотрели на скалу.

Над ней в сиянии Проксимы четко вырисовывался силуэт какого-то человека. Исходя из пропорций головы и тела, можно было подумать, что это — мужчина невысокого роста, словно одетый в долгополый фрак. Он стоял неподвижно и смотрел куда-то вдаль. Казалось, что его круглую голову украшала не то шляпа, не то большие круглые уши. Фигура была слишком далеко, чтобы рассмотреть ее подробнее.

Бежали секунды, тянулись минуты, а фигура все не двигалась…

— Не статуя ли это случайно? — наконец прошептал Краус.

Мак-Гарди зажал ему ладонью рот: странная фигура чуть повернула голову.

— Гаууиии, — раздалось в ночной тьме.

Существо медленно подняло руки, а с ними и фрак, подогнуло ноги и оторвалось от утеса. Как привидение, поднялось в воздух. Фрак превратился в крылья, которыми оно несколько раз взмахнуло. Через мгновение его уже не было видно.

— Вернемся? заикаясь, спросил Мак-Гарди.

Грубер вскочил первым и бросился вниз. У подножия скалы он споткнулся и с криком упал на землю. Мимо него, не останавливаясь, промчались Краус и Мак-Гарди.

— Помогите, я сломал ногу! — заорал вслед им Грубер. Однако его спутники даже не обернулись. Мак-Гарди ринулся прямо в болото, Краус за ним. Земля под ними разверзлась; они отчаянно махали руками и тщетно искали опоры, за которую можно было бы ухватиться.

Мак-Гарди стал звать на помощь. Грубер тем временем на четвереньках дополз до трясины.

— Собаки, вас следовало бы оставить здесь погибать, как вы хотели поступить со мной! — Хватая ртом воздух, он с большим трудом поднялся, стеная от боли, нашел куст, отломил длинную ветку, придвинулся ближе и протянул ее Мак-Гарди. Тот судорожно схватился, подтянулся к берегу. Вырвал ветку у Грубера из рук и, держась за куст, протянул ее Краусу. Едва тот выбрался из трясины, оба снова бросились наутек.

Грубер схватил камень и швырнул его вдогонку, после еще и еще…

Мак-Гарди ворвался в джунгли, как человек, совсем потерявший разум.

Где-то в кронах деревьев послышался глухой удар, и он сразу же почувствовал сильную боль в спине. Потом — снова удар. Мимо его головы пролетел круглый предмет — камень, брошенный Грубером.

— В нас стреляют! — закричал Мак-Гарди Краусу, прячась за толстый ствол. Сорвав с плеча винтовку, он нажал на спуск. По джунглям прокатился грохот выстрелов.

— Защищайся, не стой как столб! — кричал Мак-Гарди.

— Я потерял ружье… Скорее, бежим!

Они остановились только возле подземного лабиринта. Сели на землю и долго не могли перевести дух.

— Что теперь? — спросил Мак-Гарди. — Это была твоя идея!

— Не скули. Пойдем лучше к реке и постираем одежду, потому что мы похожи на чучела.

— А что с Грубером?

— Пусть господь бог сжалится над ним, — может, какнибудь доползет. Из-за сломанной ноги не умирают…

Грубер действительно вскоре приполз. На каждом плече он тащил по ружью.

— Лучше всего было бы вас перестрелять, трусы! — хрипел он. — Ну, я еще с вами рассчитаюсь… Что же мы скажем Молодиновой?

— Что, что! Что ты увидел летающего квартянина, побежал за ним по склону и сломал себе ногу. Что же еще?

Светает.

Ракетопланы и снующие вокруг люди еще тонут в зеленоватом полумраке, а каменная стена над Накрытым столом уже освещена солнцем. Оранжевое сияние превращает хаос обломков скал в золотой водопад.

Сквозь тяжелую мглу над горизонтом прорывается второе солнце. Маленькие облачка дыма над вулканом блестят, словно сверкающий фонтан.

В потоках света просыпается и склон на противоположном берегу реки. Но что произошло с ним за ночь? Еще вчеpa, как желто-зеленое пятно, он скромно дополнял пейзаж, а сегодня изобилует самыми красочными цветами, точно палитра художника.

— Вот была бы картина! — вздохнул Мадараш. — Жаль, что сегодня мы так спешим. Самый совершенный фотоаппарат не может схватить красоту природы так живо и верно, как это умеет сделать рука художника. Я хоть и не художник, но этот вид меня бы увлек! — улыбнулся он.

— Хватит еще времени и на картины! — засмеялся Навратил. — Ну, детки, программа у нас огромная, а время дорого. За работу!

— «Стрела» — старт! — командует Молодинова.

Из хвостовой части ракетоплана вырвалось яркое пламя. Над посадочной площадкой заклубилась пыль. Через несколько секунд «Стрела», ослепительно засверкав в солнечном свете, круто пошла вверх, в стратосферу.

— «Ласточка» — старт! — снова послышался голос Молодиновой, на сей раз в кабине управления ракетоплана. Второй ракетоплан промчался по аэродрому и поднялся в воздух.

Чан-су прижал лоб к окну и внимательно осматривал местность под «Ласточкой». Горные ущелья и джунгли уступили место морю. Два солнца рисовали на его поверхности мерцающие пестрые дорожки, бежавшие за ракетопланом.

Вскоре на горизонте появился второй континент.

— Ракетоплан не самое удобное средство для исследований! — нарушил молчание академик Навратил. — Мы мчимся так быстро, что о местности под нами я не могу получить лучшего представления, чем дает карта, которую составили коллеги на «Луче».

— Медленнее лететь никак не могу, товарищ Навратил, — оправдывался Фратев. — «Ласточка» имеет слишком малую поверхность несущих плоскостей и упадет на землю, как спелая слива.

— Я вовсе не упрекаю вас, дружище, — улыбнулся Навратил. — И даже не советую спускаться ниже. Единственное, что сейчас можно сделать, — повернуть обратно по дуге и лететь точно к Надежде. Кинокамеры работают хорошо? — спросил он Молодинову.

— Все в порядке. Однако и они не очень нам помогут. Взгляните… — показала она на континент. — В низинах все еще стелется туман. Я сейчас включу радиолокатор.