Кеннет Балмер - Пробуждение чародея

— Прекрасно, Холл. Не знаю, как остальные, а на меня вы можете в этом положиться.

— И на меня, Холл, — Фиб подняла на него глаза. Она все еще суетилась с расписанием полетов, и я вдруг почувствовал в ней внезапный нервный подъем, что немало меня озадачило.

— А кто сказал, что мы вообще вас возьмем? — поинтересовался Бреннан.

Фиб убрала расписание подальше и закрыла его своим телом. Смотрелась она в такой позе совсем неплохо.

— Я спрячу расписание, если вы не разрешите мне поехать с вами! — пригрозила она. Мы засмеялись. Вопреки, а скорее даже из-за того, что задуманное нами дело обещало быть очень опасным, мы находили удовольствие в такой безобидной болтовне. Мы еще не достигли того состояния, когда люди общаются в основном с помощью испуганных восклицаний.

— Мы успеваем на полуночный рейс из Хампдена, — сообщила Фиб, закончив просматривать расписание. — До этого у нас еще будет время, чтобы собраться здесь.

— Почти все, что нам нужно, мы сможем раздобыть в Багдаде, — подчеркнуто произнес Бреннан. — Но, возможно, вы захотите взять какие-то личные вещи. Я не имею ничего против. А сейчас нам лучше всего посвятить Джорджа в свои планы. Ведь он тоже наверняка захочет поехать.

— Ведь это будет такое захватывающее приключение, — мечтательно сказала Фиб. Я заметил подозрительные искорки в ее глазах, да и разрумянилась она что-то сильнее обычного. Потом я взглянул на Бреннана, и до меня постепенно стал доходить смысл нашей затеи.

На этом наша милая беседа была внезапно прервана — пронзительный вопль ужаса донесся из соседней комнаты, вслед за этим раздался яростный рев, послышались чьи-то крики, топот металлических ног роботов и, наконец, безошибочно всеми узнаваемое шипение позитронного излучателя, работающего на полную мощность.

Мы рванулись к двери.

Бреннан дернул за ручку, и мы в изумлении застыли на пороге. Забавная картина открылась перед нашими глазами.

Лотти обеими руками вцепилась в Помфрета, так что я сначала и не разглядел, что Джордж сжимал в ладони направленный в потолок пистолет. Бененсон обмяк в своем кресле, как смятый фантик от жевательной резинки. На ковре расплылась здоровая лужа крови, при искусственном освещении выглядевшая словно гигантская капля малиновых чернил. Резкий запах горелой плоти немилосердно ударил в нос.

— Джордж, с вами все в порядке? — Фиб первая открыла рот, разрушив эту ужасную немую сцену.

Помфрет сглотнул. Его левая рука твердо покоилась на талии Лотти.

— Все хорошо, — проскрипел он. Потом сглотнул еще раз и уже обычным голосом добавил: — Ну и громадина!

— Я ничего не понимаю, — вмешался дворецкий Чарли. — Каковы будут ваши инструкции, босс?

Только Помфрет мог умудриться заменить обычное обращение «сэр» на адреналиноповышающее «босс».

— Подожди секунду, Чарли, я и сам еще плохо понимаю, что здесь происходит. — Лотти попыталась отодвинуться, и Помфрет чуть-чуть усилил хватку. Почувствовав это, она вновь соблазнительно откинулась ему на руку. Джордж положил пистолет на ручку кресла и освободившейся рукой обнял Лотти еще крепче. — Все будет в полном порядке, Лотти.

— Мне все это совсем не нравится, — выпалил Чарли своим стрекочущим металлическим голосом. — Что-то…

— Что, черт возьми, здесь произошло?! — взревел Бреннан.

Окно с темно-голубыми шторами, которые задернулись, когда последний солнечный лучик покинул небосвод, внезапно начало вспучиваться, раздуваться, словно воздушный шарик, в который накачивают воздух, Занавески, стекло, металлические карнизы — словом, все окно неестественно выгнулось, словно огромный мыльный пузырь. Осколки стекла полетели в стороны, подобно осколкам снаряда. Я оглянулся в поисках Фиб и увидел, что Бреннан уже схватил ее за талию и увлек под прикрытие перевернутого обеденного стола.

— Это еще один! — завизжала Лотти.

Смятый фантик в кресле конвульсивно дернулся.

Помфрет снова схватился за оружие.

Холл Бреннан, все еще обнимая Фиб Десмонд за талию, другой рукой выудил из внутреннего кармана небольшой пистолет. Я разглядел, что это был «Крейтон-40», — такая вещица способна прожечь дырку в мамонте с расстояния в полмили.

В дьявольском шуме разламываемого окна, из каскада падающих голубых занавесок возникла сияющая фигура.

Мельком взглянув на нашего непрошеного гостя, я понял, что еще один любовно взлелеянный миф пора отправлять на свалку.

После этого я повел себя совершенно недостойным образом, присоединившись к Фиб и Бреннану, которые залегли за столом.

Бреннан тяжело, прерывисто дышал, его лицо преобразилось — выражение необычайного удивления, смешанного с благоговейным страхом, проступило на нем.

— Точно такой же, как те — на стенах дворца Саргона в Кхорсабаде! — пробормотал археолог.

Я подтолкнул его.

Существо, столь необычным образом проникшее к нам в комнату, оторвало от пола свое массивное туловище и, замахав тяжелыми, медного цвета крыльями, устроило настоящий ураган, вмиг разбросавший по разным углам все осколки и обломки. Чудовище выпрямилось во весь рост (он был не менее двенадцати футов), его копыта отливали серебром, а бычьи бока, волосок к волоску, горели яркой бронзой. Медно-красные крылья с необычайно красиво уложенными перьями гордо и неподвижно застыли за его спиной. По широкой груди спускалась кудрявая позолоченная борода, растущая на странном лице, которое имело одновременно зловещее и идиотское выражение — пухлые губы, совершенно безумные и безмятежные миндалевидные глаза. И все это венчала золотая корона, которая, словно в насмешку, победоносно сидела на этой ужасной голове.

— Ламассу, — прохрипел Бреннан, — стерегущий джинн!

— Крылатый бык с человеческой головой! — удивилась Фиб. — И совершенно живой!

Существо, которому Бреннан только что дал название, двинулось вперед, и Фиб ласково заворковала:

— Стерегущий джинн… тише-тише, малыш…

— Следи за ней, Холл! — накинулся я на Бреннана.

Мой вопль, должно быть, отрезвил их обоих.

— Не дайте ему уйти на этот раз! — заорал Помфрет из другого угла комнаты. Но отчаянные попытки Лотти сесть на него верхом помешали ему точно прицелиться, и Джордж, к счастью, так и не рискнул нажать на спусковой крючок, в противном случае крыша дома оказалась бы на полу.

Крылатый бык заревел: ужасный звук, заставивший все вокруг завибрировать, звонко отозвался у меня в голове. Ударив копытами, он дольками нарезал ковер на полу. Страшная голова повернулась, и темные, красивой формы глаза остановились на нас троих, скорчившихся под прикрытием стола. Бородатое лицо исказилось.