Михаил Башкиров - Пасьянс "Эквивалент"

Когда на сплошной крыше открылось все великолепие парков, скверов, газонов с вкраплениями поблескивающих бассейнов, Лотос и Незабудка достигли последней площадки.

На бронированной двери выделялась свежей шлифовкой фигурная ручка.

Вдруг дверь качнулась и выпустила на площадку тяжелого, массивного энергоробота с обнаженными клеммами по бокам.

Лотос оттеснил Незабудку к иллюминатору.

Робот начал важно спускаться по ступеням.

— Подожди здесь, — Лотос протиснулся в оставшуюся щель, и за дверью захрустело битое стекло.

— Ну, что там?

— Входи… Нас, кажется, опередили.

— Какой разгром! — Незабудка остановилась перед роботом, старательно полирующим сорванную панель.

— Все экраны разбиты, — Лотос устроился в кресле напротив искореженного пульта. — Видишь, из дыры торчит стальной прут? Орудовали им.

— Но если бы генератор отключили, в Городе сразу бы почувствовали перемену. Значит, этот пульт не имеет к генератору никакого отношения.

— А почему ты подумала, что генератор расположен именно наверху?

— А как иначе он может воздействовать сразу на весь Город?

— Тогда получается, мы в ловушке.

— Дверь по-прежнему открыта.

— Странно… Ведь создатели Башни должны были предугадать поведение инакомыслящих. Каждый пробравшийся в Башню первым делом бросится наверх. И тут его встречает… фальшивый пульт. Раскурочил, успокоился… А настоящий генератор спрятан где-нибудь внизу и его психоэнергия лишь передается наверх по незаметным, вроде бы рядовым кабелям.

— По-моему, генератора вообще нет в Башне, а Башня — приманка для отлова глупышек вроде нас. — Незабудка выдернула железный прут из пробоины и ударила им в основание кабелей.

Лотос ослеп от вспышки, вжался в кресло и долго не открывал глаза. Потом взглянул на стену, на обугленное пятно. У его ног лежал почерневший шлем.

Выбежав на лестницу, Лотос устремился вниз, распинывая мелкую, суетливую обслугу. На одной из площадок наткнулся на энергоробота, подзаряжающего пылесосы, шарахнулся от него к стене и, заметив какую-то дверь, наддал плечом. А за дверью — экраны с действующими индикаторами, над экранами табло, а на нем голограммы Незабудки, Репея и самого Лотоса. Незабудка в платье городской поры, беспечная, веселая. Из-за плеча выглядывает тень. Репей с книгой, а Лотос с теннисной ракеткой.

— Что же ты наделала, — Лотос вошел, не отводя глаз от табло, — милая моя!

Вдруг Незабудка исчезла, а Репей оторвался от книги и протянул руку к Лотосу с ракеткой.

— Я здесь! — Лотос шагнул ближе, и его изображение пропало, а Репей начал меняться: отделилась его тихая тень, и вот он уже в шлеме и куртке.

— Останься, мне плохо!

Но голограмма Репея трансформировалась в цветную схему, голубое кольцо-Город, желтый круг-пустырь, а посередине мерцающей звездочкой Башня.

И тут заработал ближний к Лотосу экран: возникла комната с грустно сидящим на полу Репеем.

— Где ты? — Лотос погладил экран пальцами. — В Доме Забвения?

— Кто говорит? — Репей поднял голову.

— Репей, дружище, это я, Лотос.

— Ты тоже попался? — Репей вскочил.

— Нет, я в Башне.

— Где ты избавился от тени?

— В мокром коридоре.

— Ты шел по воде?

— Нет… Репей, хватит проверять… Я серьезно в Башне.

— Значит, Незабудка принесла нейтрализатор!?

— Я потерял ее, потерял, потерял! Незабудки больше нет и никогда не будет!

— Генератор нашли?

— Отвяжись со своим генератором! Его давным-давно не существует.

— Успокойся, Незабудку все равно не вернуть.

— Ты же любил ее!

— Горе мешает тебе сосредоточиться. Пойми, ты должен во имя будущего, во имя Незабудки обнаружить генератор, и тогда горожане разнесут Дом Забвения на кусочки и выпустят меня. Не поддавайся на уловки.

— Мы с Незабудкой поднялись наверх, и там разбитый пульт за бронированной дверью.

— Пультов может оказаться сколько угодно… Важно отключить сам генератор, а его могли разместить и за пределами Башни.

— Тебе плохо?

— Наоборот, слишком хорошо — полное комфортабельное одиночество. Я как очутился в Доме Забвения, сразу понял, что лифт разбрасывает по автономным квартирам. Ну, не теряй время… Если Башня служит только ретранслятором, расширь круг поиска. Генератор вряд ли вынесли за пояс защиты.

— Незабудка…

— Не надо, прошу, не надо… Отключайся.

— Прощай.

Экран погас, а на табло по-прежнему пульсировала схема — Город, пустырь, Башня.

— Где расположен генератор?

Табло не отреагировало.

— Как устроена Башня?

Звездочка в середине пустыря дрогнула.

— Город!

Все экраны заработали разом. Замелькали лестницы, площадки, комнаты, скверы, корты, бассейны, коридоры.

— Библиотека!

На всех экранах поплыли сумеречные, бесконечные ряды книг.

— Библиотекарь!

На Лотоса уставилась армия незнакомых лиц: молодых, старых, улыбающихся, задумчивых, озабоченных.

— Я Лотос!

В ответ экраны продемонстрировали Лотосу его комнату, его корт с новым спаррингом, его две коробки с трехэмблемниками.

— Незабудка!

На одном из экранов качнулся пустой флакон из-под «нейтрализатора», а на соседнем экране застыло чужое, скорбное лицо с Незабудкиными глазами.

— Я еще вернусь! — Лотос выбежал на площадку.

Энергоробот подзаряжал теперь увлажнители. Протиснувшись вдоль стены, Лотос спустился на площадку с лифтом и принялся ощупывать стену. А когда стена разомкнулась, перед Лотосом предстала не кабина лифта, а решетчатый трап над провалом шахты, ведущий в ярко освещенный горизонтальный туннель.

Миновав туннель, Лотос очутился в коридоре с чередой стандартных дверей. Тянуло ароматизированным сквозняком.

Лотос ударил ботинком в первую дверь, и резкий запах выплеснулся из темного проема в коридор. Лотос вошел — на потолке зажглись тусклые плафоны.

В комнате на широком диване, заваленном книгами, лежала мумия. На ее вдавленной груди трепыхалась от сквозняка пухлая тетрадь. В изголовье парикмахер грациозными манипуляторами причесывал массивную пергаментную голову и седые волосы спадали на угловатый лоб.

Прихлопнув ладонью тетрадь, Лотос обошел смежные комнаты и, плотно прикрыв входную дверь, зашагал по коридору вдоль квартир, в которых скалились гениальные создатели Башни.

Когда Лотос спустился по узкой лестнице из коридора к бронированной двери, точно такой же, как наверху Башни, тяжелый запах догнал его.

Дверь была знакомо приоткрыта. И внутри, в просторном зале, торчал разбитый пульт. А возле кресла валялась очередная мумия с железным прутом в кулаке.