Владимир Журавлев - Обыкновенные инопланетяне

— Малышка, я бы на твоем месте пользовалась парализатором! — укоризненно сказала старушка нюйке из пище-сидельни.

Бабуся изящно обошла тот факт, что одного-то оформила она сама — и тоже на встречу с посмертием. Маленькая красавица дико сверкнула глазами и молча направила дыродел на скорчившуюся Уй. Ян Хэк мягко шагнул вперед и заслонил женщину.

— Бабушка Нико, осмотрите полицаев и отправьте в мир иной! — распорядился он. — А ты, Уй, брось притворяться! Мэй несильно тебя ударила! Или ты раздеваться до конца стесняешься? Давай-давай, немного осталось! Основное сняла!

Женщина выпрямилась и упрямо отвернулась.

— Я помогу тебе, — решил Ян Хэк и взялся за фиксаторы рубахи.

Уй безучастно позволила себя раздеть. Под рубахой оказался целый арсенал спецсредств на разгрузке. А уже под ним обнаружилось прелестное юное тело в прозрачном тельнике.

— Плечи узковаты! — ревниво заметила Мэй.

Ян Хэк рассмеялся и ласково провел ногтем по щеке злобствующей женщины. У Мэй на мгновение затуманились глаза и дрогнули ноги. Правда, она тут же опомнилась и треснула охальника по руке. Блудодей, несмотря на опасность ситуации, заулыбался подруге по ордену.

— Ян! — возмутился Здоровяк Мень. — Скажи, что с блудодеем делать, и потом уж играйся!

— Раздевай! — улыбнулся Ян Хэк.

— Э… я лучше сам! — подал голос Сунь. — Мень не сможет раздеть так артистично, как я! Никакого наслаждения ни ему, ни мне!

— Я бы на твоем месте не шутил, полицай! — грозно посоветовал Мень, но захват все же убрал.

— Ты просто про мое место не всё знаешь! — огрызнулся юноша, скидывая одежду. — Это называется — напросился к родне подзаработать! Думал, буду сидеть на базе, брехальники слушать, а здесь раздевают, вот-вот потопчут!

— Да кому ты нужен, блудодей конченый? — покривился здоровяк.

— Всем! — мгновенно отозвался Сунь. — Всё, я гол, как только что из мамы! Забирай тряпки!

— Ну тогда и я разденусь! — вдруг сказала молодуха Ики.

— Зачем, ты уже четвертой будешь… или пятой? — взялся отговаривать Мень — и недоуменно замолк.

— Я тоже родня полицайская! — криво усмехнулась нюйка. — Думаю, Ян догадался? Заберите кто-нибудь игольник и висюльку, больше у меня ничего нет. Я поварихой в группу шла.

— Ян, эти двое чистые! — удивленно сказал урод. — Действительно просто родня? Мэй, погляди и ты, вдруг чего заметишь?

— После наладчика? — усмехнулась женщина. — Вряд ли. Разве что… говорят, есть специальная ткань…

— Просто слухи! — качнул пальцами Чень. — Как генератор — да, это может быть. При ходьбе вырабатывается достаточно энергии, чтоб заряжать носимые устройства. Вот Уй такое носит, но и я тоже. Уверен, что и ты…

— Не дождешься! — отрезала беззлобно женщина. — Раздеваться не стану! И так лишних нашли!

— Ян! — напряженно сказала малышка из пище-сидельни. — Отойди! Уй — полицайка-главняк! Ее посмертие дожидается!

— Чень, отбери у психопатки оружие! — сердито распорядился Ян Хэк. — И… тихо! Идут сюда!

Бабушка Нико мгновенно и бесшумно переместилась к двери. Мастер Чень одним движением сгреб арсенал Уй вместе с ее одеждой и отступил к стене.

Они вломились в сарай уверенно и нагло, трое здоровых мордастых мужчин, по виду так настоящие господари. Вломились — и замерли, увидев обнаженную худышку Уй, которую держал за плечо Ян Хэк.

— Ян, они у меня на прицеле! — прошептал от стены урод Чень. — Стрелять?

— Ждем! — прошипела Кошка Мэй, чувствуя, как власть снова выскользает из рук. — Здесь все иное, не забываем! Может, они пришли с миром? Может, даже с помощью?

Один из пришедших заревел и ударил с размаху хувентуса по лицу. Сунь благоразумно улетел в кучу травы и не встал оттуда. Какой смысл лезть в драку без игольника?

Бабушка Нико беззвучно возникла за спинами пришедших, быстро прикоснулась к широким спинам раз и другой — и обидчиков хувентуса не стало. И наступила очень неприятная тишина. Все понимали, что бросили вызов новому миру — и тем самым развернули свои судьбы снова на путь борьбы и смерти. Но ведь не хотели!

— Сунь-члюнь! — наконец раздался из травы голос блудодея. — Опять?! Разве поживешь с вами счастливо до конца своих дней?! Уйду!

Хувентус поднялся, держась за лицо.

— Если хотите жить мирно, убивать нельзя! — завопил он. — Особенно — местных! Поменьше гордости, поменьше! Подумаешь, ударили! Ну побили бы нас, ну и что? Ну худышку Уй растянули бы на травке — ну и что? Зато дальше жили бы спокойно! А теперь за нами все полицаи этого мира станут гоняться! Еще все друзья убитых задумаются, куда делись три господаря! Задумаются — и быстро догадаются про нас! Эти-то приходили просто побить, а другие придут толпой и с оружием! С полицаями даже придут! Но бабушка Нико — гордая бабушка, убивает-не задумывается, вызов всем бросает, самой сильной себя ставит, нас под расправу подставляет! А сама не такая уж и сильная, не господарка даже! Как до столь преклонных лет дожила, непонятно!

Боевики неловко отводили глаза. Хувентус озвучил очень неприятную мысль, посетившую каждого. Может, стоило склониться, потерпеть? Бабушка Нико неуступчиво молчала.

— Уй тоже убить надо! — кровожадно заявила зеленоглазая малышка. — Заодно!

Уй сжалась и спряталась за спину Яна Хэка.

— У кого парализатор? — поинтересовался Ян Хэк, подумав.

— У меня! — смущенно признался Здоровяк Мень.

— Подстрели малышку! — распорядился профессор.

Робкая Весна дрогнула и упала. Толстяк Мень заботливо отнес ее на мягкое, потом подобрал дыродел и сунул себе за пояс.

Ян Хэк забрал у наладчика одежду Уй, сунул в руки полицайке и выразительно покачал пальцами — мол, давай-давай отсюда!

— Ты что делаешь?! — ахнула Мэй.

Уй затравленно отступила к выходу.

— Ты что делаешь?! — завопила Мэй, правда, даже не двинувшись с места.

Полицайка исчезла в темноте.

— Защищаю нас от ошибок, — устало сказал Ян Хэк. — Может, вы и не обратили внимания, но Уй — единственный среди нас специалист-инженер. Или вы считаете, нам специалисты не понадобятся? И еще — я устал убивать! Особенно — женщин. А вы?

— Она может привести местную полицию! — хмуро напомнила бабушка Нико.

— Это вряд ли. Кому интересны разборки среди бродяг в плавнях? Здесь и сканеров нет.

— И она точно не станет с нами сотрудничать! — хмыкнул Чень. — Раздевания она нам не простит! Женщина! Не то что блудодей.

— Я могу еще раз раздеться! — с готовностью предложил юноша, увернувшись от тяжелой руки Меня. — Ики тоже! Правда, Ики?