Владимир Плахотин - Браслет

       - Ну? Что за аврал?

       - Угадал, - согласно кивнул я. - В самую пору объявлять тревогу. С минуты на минуту сюда может заявиться Бей собственной персоной. Надеюсь, не надо напоминать, кто это?

       - Ну как же! - отозвался Санька. - Главный пакостник! Такую рожу вряд ли забудешь!

       - С определениями попрошу быть поосторожнее, - нахмурился я. - Вполне возможно, что он сейчас слышит наш разговор. Если вы помните, это существо с болезненным самолюбием, ужасно обидчиво и нервно реагирует на непочтительное упоминание своего имени. Но позвал я вас вот зачем: нам с Настей надо срочно уходить с Земли. Во-первых, потому, что общение с ним доставляет лично мне мало удовольствия, а во-вторых, чтобы отвести удар ото всех вас. Тебя, Санька, я сейчас переправлю домой...

       - Не согласен! - возопил тот. - Ведь сам же сказал: "Мы - одна команда!" Вместе и расхлёбывать!

       - Но...

       - Никаких "но"! - поддержал его Пашка. - Мы - с тобой!

       - Это кто это "мы"? - подбоченилась Наталья. - Куда намылился?! А я? А дети?

       - Вот видишь... - начал было я, но Пашка перебил:

       - Погоди... - И, обращаясь к жене, постучал кулаком по лбу: - Балда! О тебе ж с детьми и беспокойство! Слышала? "Надо отвести удар". Не будет нас, не будет и опасности!

       Наталья моментально зашлась длинным и цветистым монологом относительно частых Пашкиных загулов, на что тот пытался возражать, что сейчас не тот случай, но вставить что-либо в Натальину арию ему плохо удавалось.

       Я дал им немного отвести душу, буквально всем существом чувствуя уходящие секунды, каждая из которых могла оказаться роковой, но потом, всё-таки, решил вмешаться:

       - Если на то пошло, приглашаю всех совершить круиз по Галактике.

       - Слышишь? - обрадованно подхватил Пашка. - И тебя зовут!

       Наталья испугалась:

       - Ещё чего! - И сказала первое, что пришло в голову: - А работа как?

       - Вот балда! - рассвирепел Пашка. - Не сказать ещё хужей! Какая, к чертям, работа?! Ты хоть соображаешь, чего говоришь?! До сих пор не усекла, что под его крылышком нам будет не жизнь, а лафа?!

       - Это что ж, всю жисть ходить в нахлебниках? - зло отозвалась Наталья.

       - Тьфу! - в сердцах сплюнул Пашка и, махнув рукой на супругу, повернулся ко мне: - Заводи, Володь! Никуда она не денется! С нами полетит!

       - Ишь ты! Рабовладелец! "Никуда не денется!" Ещё как денусь! - стала в позу строптивая супруга. - И вообще, - это относилось уже ко мне, - куда это вы собрались "лететь"?

       - Ну, как "куда"? - растерялся я от неожиданно язвительного напора. - Пока - на одну из планет, пригодную для жизни. А там - видно будет.

       - Что?! - оторопела Наталья. - На другую планету?!!

       - Здрасссьте-пжалста! - выкатил глаза Пашка. - А ты доси и не поняла?! Тебе ж, дурья башка, говорят: "На Земле оставаться опасно!" "На Земле"! Скрутят, и "Ох!" не успеешь сказать!

       - Да ты-то кому там, на фиг, нужен?! - окрысилась Наталья. - Это вот ему, - кивок в мою сторону, - есть чего терять, а ты тут при чём? Ну и даже если, не дай Бог, конечно, случится чего, какой ему от тебя-то прок? Так, обуза одна. Сам-то он - шмыг! - и был таков, а тут - целый колхоз! Думать за всех, оберегать!..

       - Вот тут как раз никакой сложности не вижу, - попытался я внести ясность. - Дам браслету задание и в момент опасности он мигом перекинет нас в другой мир, потом - в третий, и так далее. В принципе, мы будем неуязвимы.

       - Ещё чего! - фыркнула Наталья. - Цыганская жизнь? Не по мне это! Только, как говорится, развиднелось, деньги в кои веки объявились, самое время пожить по-людски, а тут - на тебе! - в бега! Нет, гости дорогие, вы уж не обижайтесь, а я с вами не ходок! Тем более - неизвестно куда и что там ещё будет! Нет-нет-нет! - отвернулась она, защищаясь поднятыми руками. - И не уговаривайте меня!

       - Ну что ты с этой бабой станешь делать! - хлопнул себя Пашка по бокам. Раздираемый противоречивыми чувствами, он чуть не плакал.

       - Шерше ля фам! - глубокомысленно изрёк Санька, пристроившийся в уголке на диване рядом с притихшими пацанятами.

       - Значит, так! - решительно подвёл я итог бесполезной дискуссии. - Оставайся с семьёй, а я, немного погодя, наведаюсь, посмотрю, что тут у вас и как. Если будет сильно плохо...

       - Если будет сильно плохо, - перебил Санька, - ты уже ничего не сможешь поправить. Как я понял, браслет против Бея - не помощник?

       - В принципе - да, - неохотно согласился я. - Но, если исходить из того, что ему нужен только я, то об особой опасности для них говорить не приходится. Хотя, кто его знает? Существо с больной психикой...

       - Ну мать, ты ещё об этом горько пожалеешь! - сверкнул Пашка глазищами и, подойдя к окну, нервно отдёрнул занавеску, стал к нам спиной, сунул руки в карманы и сделал вид, что происходящее в комнате его больше не интересует.

       Я воспринял это, как сигнал к отступлению, поскольку дорога была каждая минута. А без нас они найдут общий язык гораздо быстрее. Муж да жена, как говорят, одна сатана.

       Экран вновь отсёк половину комнаты, и на нём нарисовалось изображение Зеркальной планеты, поскольку другой, пригодной для жизни, я ещё не знал. А родина Лори уж очень негостеприимна, чтобы сейчас, в горячке, туда соваться. Правда, оставалась ещё планета из шарового скопления, где делали браслет, но этот вариант останется на тот случай, когда совсем подопрёт. Да и свиньёй надо быть, чтоб по каждому пустяку тревожить хозяев браслета. Ведь, по сути, ещё ничего не произошло. Одни страхи да опасения.

       Я подошёл к убитому горем Пашке и положил ему руку на плечо:

       - Ладно, Паш, пора нам. Извини: навёл шороху и опять смываюсь. Сам видишь - обстоятельства.

       С кислой физиономией он повернулся ко мне и пожал протянутую руку:

       - Ещё лет на дцать?

       - Да ну! Теперь часто буду заныривать. Я, вроде, как в ответе за вас: наследил тут... Ну ладно, давай, пошли мы.

       Я помахал рукой пацанятам, вырастил перед ними гору сладостей и кивнул Наталье:

       - Сильно не ругай его. Он хотел, как лучше.

       - А получилось, как всегда! - со злой насмешкой продолжила та. - Не надо ему адвокатов. Я сама знаю, что он из себя представляет. А за деньги - спасибо, - уже более миролюбиво произнесла она. - Да и за всё остальное, - кивнула она в сторону пацанов, которые, кстати сказать, на подарок вовсе не обратили внимания, а во все глаза пялились на раскинувшееся от края до края зеркальное поле иного мира.

       Я уже ступил на упругую и слегка зудящую поверхность за кромкой экрана, когда Пашка, жалобно смотревший мне вслед, вдруг, загоревшись последней надеждой, повернулся к жене и с надрывом в голосе протянул: