Владимир Плахотин - Браслет

       Настя с Натальей стояли у низкой изгороди павильона и весело перекликались с мальчишками, яростно атакующими своих сверстников. Пацанята сияли - рот до ушей! Ну, ещё бы! В их коротенькой жизни выпал такой длинный и насыщенный одними удовольствиями чудесный день!

       Зрителей было больше, чем ездоков, раз в десять. Они столпились возле ограждения и закрывали собою наших женщин. Чтобы не прозевать нужный момент, я поднял экран чуть выше уровня голов людей. Обзор улучшился.

       - Ну, и где же твой "мужик"? - холодно спросила Настя. Она так и стояла посреди комнаты, скрестив руки на груди.

       - Увидим, - коротко обронил я сквозь зубы.

       И мы, действительно, увидели! Ждать пришлось недолго. Я так и не усёк того момента, когда возле Насти нарисовалась фигура мужчины в чёрной куртке и лыжной шапке, натянутой чуть ли не до плеч. Он сутулился и во время разговора с женщинами зябко поводил плечами. Лица я не видел, потому что он стоял к нам спиной.

       - Вот он! - злорадно выкрикнул я и мельком взглянул на свою подругу. Выражение её лица в этот момент претерпевало значительные метаморфозы: от оскорблённого достоинства до удивлённой растерянности. Она вся подалась к экрану, всматриваясь в незнакомца.

       Я повернул изображение на сто восемьдесят градусов и ахнул: возле Насти, чуть придерживая её за локоть, стоял мой старый знакомый - Кирюша! Нелепая лыжная шапочка, шедшая ему, как корове седло, и гладко выбритые щёки не смогли сбить меня с толку: эти бегающие глазки я узнал буквально сразу же. Он подобострастно улыбался и что-то говорил Наталье.

       Меня удивил отрешённый вид Насти. Всем своим видом она выражала покорность судьбе и ничуть не противилась тому, что нахал продолжал держать её за локоть.

       - Кто это?! - поражённо воскликнула Настя.

       - Ты это у меня спрашиваешь? - едко усмехнулся я.

       - Но я его в первый раз вижу!!!

       - Не кричи, - примиряюще сказал я и притянул её к себе. Она удивлённо покосилась но не воспротивилась. - Разрешите представить! - театральным жестом повёл я рукой в сторону экрана. - Кирюша! Тот самый Кирюша, о котором я тебе рассказывал. Мой, так сказать, боевой сотоварищ. Уцелел, стервец! Неужто, его тоже отремонтировали? Или вовремя слинял?

       - Но почему же я не помню этого типуса?! - возмутилась Настя.

       - А вот этому я как раз не удивляюсь, - вздохнул я. - С нашими-то возможностями внушить можно всё, что угодно. Только, - усмехнулся я, обращаясь к изображению, - коряво работаем, уважаемый! Наследить изволили!

       - Так ты считаешь, что он стёр себя из моей памяти? - догадалась Настя.

       - Ну да! Это ж ясно, как божий день!.. Если повар нам не врёт? - хитро посмотрел я на неё и на всякий случай чмокнул в щёку.

       - Это что за намёки?! - напряглась она.

       - Не обращай внимания, - прижал я её покрепче. - Ничто человеческое и нам не чуждо!

       - Ревность тоже?

       - Ревнует, значит, любит!

       Настя хмыкнула и, потупив взгляд, многообещающе приподняла бровь.

       А сюжет на экране продолжал развиваться по протоптанной ранее дорожке. Настя что-то равнодушно сказала Наталье, потом всем корпусом, как сомнамбула, повернулась к Кирюше, и он, всё так же, не выпуская локтя, повёл её сквозь толпу.

       Я приказал Сезаму следовать за ними.

       Однако ничего интересного мы не увидели. Кирюша довёл Настю до знакомого киоска, что-то коротко сказал ей и... просто растворился в воздухе! В буквальном смысле слова. Никто из прохожих даже не обратил внимания на не совсем обычное явление: каждый был занят своими проблемами.

       Настя села на лавку и застыла в позе, в которой я её и нашёл.

       - Нет, ты мне скажи, как это понимать? - Настя с досадой постучала кулачком себе по лбу. - Ведь здесь даже и близко ничего нет!

       - Есть! - убеждённо сказал я. - Только за семью печатями! Профессионалы поработали!

       - А почему во множественном числе? Он же один был...

       - Так тут же явно торчат уши Бея! Это и так понятно. Посланничек-то - от него! Значит, вскорости надо ждать и дорогого гостя... Самого... - озабоченно нахмурился я.

       - Ты думаешь?

       - Уверен.

       Тревога отразилась на её лице:

       - Что же теперь делать?

       - Прежде всего, - с сомнением глянул я на неё, - узнать, зачем именно ты ему понадобилась. Хотя... я и так догадываюсь...

       - Но как? - Настя беспомощно пожала плечами. - Я же ничего не помню...

       - Я бы попробовал. Позволишь?

       Ноздри её гневно затрепетали:

       - Мне скрывать нечего!

       - Ну и ладненько. Сядь вот сюда и расслабься...

       Как это ни прискорбно, но Кирюша в Настиной голове напрочь отсутствовал. Единственной информацией, которую мне удалось выудить у неё под гипнозом, был мой рассказ о встрече с ним в бытность мою рекрутом Бея, да ещё вот только что состоявшийся неприятный разговор. И всё. А то, что было на экране, она видела в первый раз, как и я.

       Так что визит в Настино подсознание ничего не дал. Блок был поставлен крепко и умело. А психотерапевт из меня получился никудышний.

       - Значит, так, - подвёл я итог своим изысканиям. Пора созывать совет в Филях, пока нас тут не накрыли. Будем вырабатывать тактику и стратегию отхода.

       Настя серьёзно кивнула. От былой обиды не осталось и следа.

       Поскольку было уже не до церемоний, я открыл проход прямо перед своими порядком продрогшими друзьями и призывно замахал руками:

       - Скорее! Скорее! Времени - в обрез!

       Оказавшиеся рядом посетители аттракциона изумлённо уставились на возникший из ниоткуда сияющий прямоугольник и в охватившем их онемении молча наблюдали, как в него нырнули Пашка с Санькой, и как растерявшаяся Наталья, тревожно оглядываясь на нас, начала созывать детей. Но куда там! Ненасытимое это чувство - игра! Пацаны стали капризничать, ни в какую не соглашаясь вылезать из машин. Пришлось вмешаться мне. Болтая в воздухе ногами и вереща, то ли от страха, то ли от удовольствия, мальчишки поднялись над машинами и вплыли к нам в комнату. Я опустил их на диван, подождал, пока Наталья осторожно переступит светящийся порог, и дал отбой браслету.

       - А вы, сударыня, всё хорошеете, - поздоровался Санька с Настей, хитро поглядывая на меня.

       Пашка, зябко передёргивая плечами, лениво поинтересовался:

       - Ну? Что за аврал?

       - Угадал, - согласно кивнул я. - В самую пору объявлять тревогу. С минуты на минуту сюда может заявиться Бей собственной персоной. Надеюсь, не надо напоминать, кто это?