Сергей Лексутов - Вольные Астронавты

Зотик со свистом повертел пальцем у виска, спросил насмешливо:

— Откуда в двадцатом веке бризантные пушки?

Ареф с минуту глядел на него, отвесив челюсть, наконец, шумно глотнул и терпеливо пояснил:

— Чужая пушка… Другой, понимаешь, цивилизации…

Зотик в полной прострации осел в кресле. Тут послышался голос Шкипера:

— Готово, штурман…

На обзорной сфере очертилась рамка, звезды внутри нее исчезли, и появилось изображение Галактики. Зотик привычно отметил взглядом местоположение Солнца на краешке боковой ветви, там запульсировала зеленая точка, от нее протянулся лучик и пронзил насквозь рукав Галактики, прошел черную пустыню межспирального пространства, пронзил второй виток галактической спирали, и исчез в черноте межгалактического пространства.

— Что это такое? — спросил Зотик.

— Я рассчитал примерную траекторию этого бризантного снаряда.

— Да ну!? — недоверчиво вскричал Зотик.

— А что тут сложного? Время взрыва было известно, угол встречи с Землей — тоже.

— Ну, и каков конус вероятности?

— Да всего три угловых секунды.

Лучик начал чуть заметно вращаться, выписывая очень узкий конус. Зотик с минуту наблюдал за ним, потом тихо сказал:

— Интересно… Сколько миллионов звезд в этом конусе?

— Да всего тысяч двести. А если отбраковать звезды первого поколения и двойные, тройные системы, то вообще останется тысячи две.

— Слушай, а нам надо? Искать эту цивилизацию…

— Не знаю… — задумчиво протянул Ареф. — Вообще-то, я бы поискал. Это подозрительно; если снаряд к нам летел с субсветовой скоростью от двух, до восьми тысяч лет, то те, кто его послал, давно бы до нас добрались на т-кораблях… Это все же интересно, почему они до нас не добрались…

— Н-нда-а… Интересно… — задумчиво протянул Зотик. — Послушай, Ареф, а ты серьезно думаешь, что наша встреча с равными по развитию должна закончиться войной?

— А ты что, по-другому думаешь?..

— Не знаю… — протянул Зотик. — Понимаешь, когда я был совсем молодым, я ни о чем не задумывался; носился на «Призраке» от звезды к звезде, сражался, грабил… Четко знал, что это абсолютно противозаконно, потому как за мной вечно гонялись крейсера. Но стоило мне пересечь границу Нейтральной зоны, как крейсер тут же поворачивал оглобли. А ведь большинство колоний Нейтральной зоны не имеют систем ПКО, и капитан крейсера мог бы просто взять на прицел административный центр, и потребовать выдачи пирата. Я это к тому говорю, что мы, земляне, почему-то напридумывали кучу законов, которые соблюдаем. Вернее, играем в игру, что будто бы свято чтим законы, а правительства федераций жестко контролируют соблюдение правил. Кто-то, когда-то сочинил закон о невмешательстве в дела чужих цивилизаций. И — пожалуйста, всем запрещено даже появляться на орбитах возле этих планет. Хотя между собой мы насмерть деремся; за независимость, за колонии, за планеты, богатые металлами, за металлические астероиды, за планеты, пригодные для жизни… Хотя, те же Сады Господни, о-очень пригодны для жизни землян. Да и Фал с Валькирией…

— Во-во, — Ареф весело ухмыльнулся, — а вдруг у другой цивилизации не нашлось умника, который сочинил подобный закон? И у них нет никаких моральных препятствий и гуманистических соображений относительно того, что должны уступать каким-то чужакам планеты, пригодные для жизни, и так необходимые им самим металлы, а также другое неорганическое и органическое сырье, и тем ограничивать развитие своей цивилизации.

— Так значит, моя точка зрения, не специфически пиратская?! — удивился Зотик.

— Черт ее знает, твою точку зрения… — задумчиво пробормотал Ареф. — В двадцатом и двадцать первом веке земляне орали в космос на всех диапазонах. Мол, мы здесь, мы тута!.. А потом один философ, как дважды два, доказал, что другие цивилизации не обязательно должны быть гуманистами, особенно если им жить негде. Ведь он же и доказал, что биосфера любой планеты может выдержать определенное, и довольно ограниченное количество человеческих особей. Кстати, Земля уже вплотную приблизилась к этому пределу, несмотря на биотроны. И, тем не менее, на Земле художники, композиторы, писатели форменным образом соревнуются в воспевании добра, красоты, гуманизма и любви, без конца воспевают красоту Земли, и на всех углах повторяют, что людям незачем лезть в космос, коли на Земле так хорошо. В цивилизованных странах запрещена всякая пропаганда насилия, войны и прочих антигуманных действий. Спортивные состязания мгновенно останавливаются, если хоть у одного участника появится малейшая царапина. А в Нейтральной зоне разрешено все; бои без правил, мотогонки на выбывание, костоломные матчи, одни бесконечные драки и дуэли между пиратами чего стоят! А фильмы о войнах? В федерациях снимаются фильмы, где сражения происходят в штабах, полководцы блистают интеллектом, их возлюбленные верны и прекрасны, как ангелочки. А фильмы, снятые в Нейтральной зоне — огонь, дым, кровь, жесточайшие натурные сражения. Короче — настоящая война. Самое интересное, что большинство в парламентах обеих федераций за то, чтобы ликвидировать Нейтральную зону, и законодательство ее стран привести к общечеловеческим морально-этическим и гуманистическим нормам. Однако сколько уже времени Нейтральная зона безмятежно существует и поплевывает на ноты других стран, то и дело направляемые правительствами в ответ на делишки капитанов кораблей, приписанных к космопортам Нейтральной зоны. А для многих добропорядочных граждан, Нейтральная зона давно стала любимым местом проведения отпусков. Так что, кто-то на самом верху, в федерациях, считает, что в гуманистическом и благоустроенном мире необходимо сохранять рассадник бардака и всяких безобразий. Мало ли что?.. Вдруг придется формировать заслон для всего человечества от какой-нибудь инопланетной агрессии? Всякие изнеженные плейбои — не солдаты… Еще в Москве, в нашем старом доме… Ты помнишь наш старый дом?

Зотик помнил. С ностальгической грустью он представил трехэтажный особняк, с кирпичными стенами метровой толщины, с обширным подвалом, в котором была размещена настоящая кочегарка, с настоящими чугунными печами, которые нужно было топить углем. По преданию дом построил их предок в конце двадцатого века, когда в России произошла очередная революция, диктатуру свергли и люди смогли не только довольствоваться квартирами-клеточками в казенных домах, но и сами строить себе жилье.

— Помнишь нашу библиотеку? — продолжал Ареф.

— Еще бы! Там столько всего… — Зотик прикусил язык, потому как к своему стыду даже приключенческих романов прочел очень мало, с детства предпочитал искать живых приключений по одичавшим лесам России.