Виктор Меньшов - Я боялся - пока был живой

- Точно Филина, мы с ним вместе корочки покупали, Филина обутка. Ты что же, дед, на атомы, что ли, моего дружка распылил?! Вовик! Он же без осадка в осадок выпал!

- Ты что же это наделал, пень старый! - подступился Вовик к Арнольдику. - Ты же человека, можно сказать, под ноль ликвидировал!

Арнольдик безразлично пожал плечами.

- Ты меня не пугай. Я вас больше не боюсь. Когда я был живой, я боялся, а теперь я считай что умер. Мертвому кого бояться? Теперь вы меня бойтесь.

- Где это ты, дед, видел, чтобы братва таких, как ты, боялась? широко ухмыльнулся Вовик.

- А где это видано, чтобы фронтовик, кавалер ордена "Славы", просто порядочный человек, шпаны из подворотни боялся?

Арнольдик демонстративно повернулся спиной к опешившим от такой наглости бандитам, и попросил растерянную Нинель:

- Дорогая, будь так добра, дай мне, пожалуйста, пиджак от выходного костюма. Этот я испачкал в супе.

Нинель нерешительно пошла к шкафу, удивленно оглядываясь на мужа.

- А ты, дорогой, уверен, что тебе нужен именно пиджак от выходного костюма?

- Ну, почему обязательно пиджак от выходного костюма? - весело подмигнул ей Арнольдик. - Я согласен, например, на клубный пиджак, или могу надеть пиджак для верховых прогулок. Как скажешь, дорогая.

Заметив, что Нинель никак не может понять, что он от нее хочет, Арнольдик поспешил ей на помощь.

- Как ты не поймешь, дорогая, что я не могу, просто не имею права, выглядеть перед этими... запуганным грязнулей. И вообще, как, по-твоему, для чего существует выходной пиджак? Я думаю, что для выходов. Разве сегодня не подходящий случай?! Будем считать, что сегодня - мой выход.

Нинель покачала головой, вздохнула, но все же послушно полезла в стенной шкаф, служивший гардеробом, приговаривая:

- Не волнуйся так, дорогой. Ты думаешь, мне жалко выходной пиджак? Просто ты его обязательно испачкаешь, а потом нам не в чем будет отвести тебя в гости... аааа!

Она в ужасе отскочила от открытого шкафа.

- Там... там... - пыталась она сказать что-то непослушными губами. Там, в шкафу, - мертвый негр!

Арнольдик посмотрел на нее с недоумением.

- Дорогая, ты не ошиблась? Откуда у нас, в стенном шкафу, мог появиться мертвый негр?

- Наверное, его привели... принесли с собой эти...

Нинель показала пальцем на Шмыгло и Вовика.

- Совсем сдурела, старая?! - уже не на шутку рассердился Вовик. - Нам какие-то безумные старики попались: газ взрывают, по голове лупят, угрожают... Ой, как башка гудит! Ну, дед, погоди, я тебе все припомню, только бумагу мне подпиши. Делать мне больше нечего - мертвых негров по Москве таскать, да еще в стенные шкафы прятать.

Вовик открыл дверцы шкафа и остановился, разинув рот.

Из шкафа вышел... негр!

- Зачем меня по голове огрели и в шкаф засунули? - спросил негр, не на чистейшем, но на русском языке. - Что за дурацкие шуточки?

- Да это же Филин! - обрадовался Вовик. - Только какой-то сырокопченый! Это не мы тебя, Филин, в шкаф запихали, это все дед...

- Он что, совсем озверел, ваш дед? Вовику по чайнику съездил, теперь мне, да еще и в шкаф засунул.

- Да никто тебя никуда не засовывал, это дед газ взорвал, - пояснил Шмыгло. - А тебя взрывной волной в шкаф забросило. Да еще и дверцы прикрыло. Надо же!

- А зачем дед газ взрывал? - тупо спросил Филин.

- Я тебе все потом объясню, - безнадежно махнул на него Шмыгло, поняв, что в таком состоянии Филин все равно ничего не поймет.

В двери позвонили.

- Иди, открой, - распорядился Вовик, кивнув Арнольдику.

- Там и открывать нечего, двери-то сорвало с петель, - вступил в разговор Шмыгло.

- Значит, вежливые люди пришли: звонят вместо того, чтобы без стука войти. Иди, дед, открывай. Небось, соседи твои, интересуются, что ты здесь взрывать надумал. Объясняйся сам как знаешь. Только ты не забывай, что у нас жена твоя.

Арнольдик вышел навстречу соседу, вежливо кивавшему и улыбавшемуся в проеме, по дороге Арнольдик оглядывал разгром и бормотал:

- А что я скажу? Что я скажу? Я же совсем не умею врать. Что же придумать? Сказать, что я немножко чересчур сильно пукнул?

Он покачал головой и, подойдя к дверям, молча уставился на соседа, который разулыбался и раскланялся ему навстречу.

- Добрый вечер, Арнольд Электронович! Иду вот по лестничной площадке, смотрю, стоит возле мусоропровода дверь. И на двери - номер вашей квартиры. Дай, думаю, подтащу к вам, может, куда носили двери, да забыли на место поставить. А что тут у вас так бабахнуло? Взорвалось что-то?

- Да нет, что вы! Это так получилось тут, знаете... Это такой случай случился с этим, с унитазом...

- У вас взорвался унитаз?!

- Да ничего у нас не взрывалось! - Арнольдик рассердился, усиленно подмигивая соседу и кивая ему головой за спину, вглубь совей квартиры.

Но сосед не понял его сигнализации.

- Что же тогда у вас случилось с унитазом? Он у вас что, с ракетным двигателем?

- Ничего у нас с унитазом нашим не случилось! - продолжал отчаянно делать знаки соседу Арнольдик. - Это я просто... Просто слишком шумно спустил воду. Извините.

- Просто спустили воду?! - сосед оглядел разгром за спиной Арнольдика. - А почему же разнесло всю комнату? И почему вы мне все время подмигиваете? Почему дверь у вас возле мусоропровода стояла?

- Ничего у нас не разнесло. В комнате у нас обычная уборка. А дверь я сам вынес. Я ее носил на улицу. Пыль выбивал. Вот. А подмигивать вы мне первый начали. Я думал, что у вас ко мне какой-то интерес имеется.

- Я? - задохнулся от несправедливых упреков сосед. - Интерес? Да на что вы намекаете?!

- Это, кажется, вы на что-то намекаете, - невозмутимо возразил Арнольдик, подмигнув соседу.

- Кто-то здесь явно сошел с ума! - подпрыгнул от такого откровенного хамства сосед. - Я ему, видите ли, подмигиваю! Нет, это просто форменное хулиганство!

Возмущенный сосед, теряя тапочки, заспешил вниз, возбужденно размахивая руками...

В комнате Вовик встретил Арнольдика следующей фразой:

- Ты чего, дед? Ничего умнее не придумал? Воду он спустил!

- Я вообще не умею врать. А если вам что-то не нравится, идите, и выясняйте отношения с моими соседями сами. И объясняйтесь сами как хотите. Зачем было меня посылать?

Вовик нахмурился и подбоченился:

- Я вижу, дед, что ты выходишь на тропу войны? Остынь малость, горяч больно. Ты учти, что я не всегда такой покладистый и добрый. Я тоже могу рассердиться, а причин для этого у меня побольше твоих будет. Да и пора бы мне уже рассердиться, - он пощупал голову. - Ты меня по башке долбишь, а я терплю, как ягненочек. Я-то тебя пока еще не бью. Но это только пока, ты учти.

Арнольдик хотел что-то возразить, но тут опять позвонили в двери.

- И чего это они звонят? - удивился Вовик. - Дверей-то нет! Смотри, дед, если сосед твой ментов привел - старухе твоей худо будет! Иди!