Пола Волски - Наваждение

Аврелия перестала плакать и теперь стояла, сцепив руки и нахмурив брови, погруженная в размышления. Элистэ легонько потянула ее за руку.

- Идем, пора собираться.

- Но я никак не могу решить... все так сложно... Ну, ладно. Ничего лучшего сейчас, видимо, не придумаешь. Кузина, я не представляю, как упаковать саквояж, это выше моего разумения. Следовало бы поручить такую работу одной из моих горничных, но, разумеется, этого нельзя делать. Пожалуйста, одолжи мне свою служанку, ладно?

- Как только сама управлюсь со сборами, тут же пришлю ее к тебе.

- Ой, вот спасибо! Ты моя самая верная подруга!

Отбросив сомнения, Аврелия крепко расцеловала кузину, и девушки рука об руку побежали наверх.

Против ожиданий сборы заняли у Элистэ довольно много времени. Перво-наперво понадобилось послать Кэрт в сад извлечь закопанные ценности. Потом ей пришлось выбирать из своего обширного гардероба самое необходимое, без чего нельзя обойтись изгнаннице в Стрелле. От прочего предстояло отказаться. Бросить чуть ли не все изысканнейшие и безумно дорогие творения мадам Нимэ - граничило со святотатством, но мысль оставить в Шеррине Принца во Пуха была еще более неприемлемой.

- Не выйдет, госпожа, - высказалась Карт. - Вы не сможете нести песика, как сумку. Ничего не получится.

- Делай, что тебе говорят, - сердито одернула ее Элистэ. - Две дырки спереди, две - сзади, по одной с каждой стороны. И не спорь, а делай, как велено.

Карт вздохнула и принялась за прерванную работу. Острым краденым ножиком она вырезала отверстия для воздуха в кожаном саквояже единственном, который Элистэ разрешили взять с собой. Потрудившись в молчании минуты две или три, Карт подняла голову и заметила:

- Госпожа, Пуху такое придется не по вкусу. Он не привык прятать свой норов.

- Ничего, научится. Я же научилась.

- Он зайдется от лая.

- Не зайдется, после того как я его обработаю. Ну-ка, проказник, глотай. - Элистэ принялась скармливать собачке ломтики шоколадного торта, пропитанного вишневой водкой.

- Фу, госпожа! Он только испортит нам ковер, всю комнату провоняет!

- Нет. Вот увидишь, он сразу уснет.

Но Принц во Пух отнюдь не спешил засыпать. К вящему удивлению Элистэ, он внезапно утратил интерес к торту, повел носом в сторону Карт, передернул шелковистыми ушами, с секунду приглядывался, а затем вскочил с яростным лаем.

- Что это на тебя нашло, шалун ты этакий? Прекрати!

Но Принц во Пух залаял еще пронзительней, спрыгнул с колен хозяйки, бросился к Кэрт и принялся настойчиво подпрыгивать и кружиться у ее ног.

- Что тебе нужно. Пушок? - спросила Кэрт. - Хочешь на улицу? Отложив саквояж, она поднялась с пола. Щенок подскакивал, цепляясь лапами за ее подол. - Вот нахальный чертенок! Счастье твое, что ты такой миленький и тебе все прощают. Ой, а это еще что такое?

Непроизвольным жестом одернув длинный подол, Кэрт стряхнула нечто крохотное и золотистое, затаившееся в его складках. Взмахнув металлическими крылышками, гнида Нану с жужжанием взлетела и заметалась по комнате в поисках выхода или укрытия. Кэрт, взвизгнув, отшатнулась, затем схватила с кушетки подушечку и яростно замолотила по воздуху. Гнида метнулась прямиком к окну, которое по случаю холодной погоды было закрыто и не забрано сеткой, три раза ударилась о стекло, налетела на парчовую портьеру, уцепилась за нее и повисла, испуская беспорядочный стрекот.

- Раздави ее! Возьми книгу! - приказала укрывшаяся за креслом Элистэ.

- Но, госпожа, а вдруг она ужалит?

- Эту гадость ты наверняка занесла в дом на себе, когда выводила во Пуха гулять! Сама виновата, сама и справляйся!

Кэрт послушно сдернула башмак, ударила, промахнулась и разбила стекло. Начиненная смертоносной информацией тварь скользнула к образовавшемуся отверстию. Кэрт хлопнула по ней рукой и с криком отпрянула, прижав ко рту ужаленную ладонь. Гнида изменила направление, свернула к большому псише [большое зеркало на подвижной раме] и зависла перед ним с громким жужжанием. Схватив подвернувшуюся под руку книгу Шорви Нирьена "Надежда", Элистэ подбежала, хлопнула по насекомому изо всех сил, но угодила в зеркало. Псише разлетелось вдребезги. Кэрт и Элистэ завизжали. Принц во Пух, заливаясь лаем, как бешеный запрыгал по комнате, а гнида метнулась в сторону.

Отчаявшись, Элистэ запустила в нее книгой, и озлобленная тварь бросилась ей прямо в лицо. Защищаясь, Элистэ вскинула руку и тут же завопила от немыслимой боли, пронзившей все ее тело. Открыв глаза, она обнаружила, что гнида глубоко вогнала жало в ее запястье, не может его вытащить и яростно жужжит. Элистэ впервые увидела эту тварь так близко, что смогла разглядеть тельце в броне изогнутых блестящих чешуек, изящно сочлененные ножки, золотые филигранные крылышки и дюжину выпуклых, разделенных на крохотные фасетки глаз. То было блистательно слаженное миниатюрное устройство, сделавшее бы честь любому мастеру-ювелиру и бесконечно отвратительное в своем совершенстве. Девушка на миг застыла, охваченная брезгливым ужасом, потом взяла себя в руки и распорядилась:

- Щипчики!

Кэрт поспешно исполнила приказание. Кривясь от боли и отвращения, Элистэ сняла эту гадость с запястья, не сдержалась и охнула, когда жало вышло из плоти, оставив после себя каплю крови. Гнида дергалась, щипчики вибрировали в пальцах Элистэ, и она сжала их еще крепче.

- Книгу! - приказала Элистэ, и Кэрт вложила в ее протянутую правую руку многострадальную "Надежду". Элистэ опустилась на колени, прижала "шпионку" к паркету и с размаху обрушила на нее том, расплющив хрупкий корпус и крылышки из золотой фольги. Дернулась ножка-другая - и все было кончено.

- Какая пакость. Жуть, одно слово, - сказала Кэрт, с отвращением рассматривая поблескивающие останки. - Ну и гадость!

Элистэ согласно кивнула. Она с рассеянным видом лизала ранку; запястье уже начало опухать.

- Я и не знала, что они жалят.

- Руку нужно смазать, - решила Кэрт, достала флакон с притиранием домашнего изготовления и принялась обрабатывать распухшее запястье. Простите меня, госпожа, мне так стыдно, что эта маленькая дрянь проскочила в дом вместе со мной.

- Это не твоя вина. Надеюсь, гнида была только одна.

- Ну, если окажутся другие. Пух их живо учует. А что говорить, госпожа, если спросят, из-за чего поднялся весь тарарам?

- Скажем правду, только и всего. Про этих тварей все знают. Кстати, взяла бы доску для раскатки теста и загородила разбитое стекло, чтобы новые не залетели.

Кэрт послушно исполнила приказание; в комнате стало чуть темнее.

Элистэ воспринимала происходящее как во сне. Рука горела, сердце бешено стучало, но она не обращала на это внимания. Пройдут часы - и Шеррин останется позади: стены, давящие на нее со всех сторон; металлические насекомые и Чувствительницы; злоба экспров. Народный Авангард и "Гробница"; прожорливое чрево Кокотты, поглотившее стольких Возвышенных; постоянный ужас, под гнетом которого она жила все эти месяцы.