Владимир Гай - Путешествие в неизвестность

Возле палаток Юрий построил небольшую кухню, где готовились однообразные и несоленые блюда.

Каждый день у людей появлялись неотложные заботы: мужчины пересаживали кусты, ограждающие оазис от пустыни, копали каменистый грунт, подготавливая ниву, поливали молодые деревья. Женщины шили одежду, варили еду.

Дни текли один за другим. Люди потеряли им счет, забыли о календаре. Не считали дней, недель, месяцев. Здесь не было ни осени, ни зимы; казалось, всегда стояло горячее сухое лето и никогда не шел дождь.

Как-то мужчины решили пойти на разведку вглубь пустыни и вернулись только через неделю. Возвращение мужчин превратилось в настоящий праздник.

— Мы принесли соль! — сказал небритый и обожженный солнцем Ярослав, доставая из мешка темные комки.

— Соль! Это замечательная находка. Я сегодня сварю зеленый борщ из листьев, такой, как когда-то варила на Украине, — радостно сказала Мария.

Елена лизала комок и радовалась, как ребенок:

— Очень вкусно! Я проголодалась — давно не ела соленых блюд…

— Однако, мы наладили свое хозяйство. Есть и хлеб, и вода, и соль.

— Получается, что трудолюбивым людям нигде не страшно… Честно признаться, я думал, что мы здесь погибнем, но…

— Говорят, трудно бывает лишь первые тридцать лет, а потом человек привыкает ко всему, — сказал Юрий.

— Даже камень мхом обрастает… а мы ведь живые люди…

Прошел год, а может, и два.

После четвертого урожая четверо жителей новой планеты торжественно отпраздновали день жатвы.

К этому дню уже подросли кусты живой изгороди, защищавшей оазис от сыпучих песков, и они засеяли большой участок поля.

Настал день, когда у них появилось свободное время, но привыкших к труду людей влекло к творчеству. Неподалеку от колодца Ярослав воздвиг крест, а на постаменте из мягкого камня вырезал барельеф Елены. Скульптор неутомимо работал над новыми творениями.

В тени под пальмами появилась новая скульптура женщины со скрипкой в руках. Моделью послужила Елена. Она с большим удовольствием ежедневно позировала, находя в этом истинное наслаждение.

На листах бортового журнала, найденного в ракете, Елена записывала ноты новой музыки, а Юрий свои стихи, в которых сравнивал пустыню с черноморскими степями.

Все чаще в оазисе слышалось пение и игра на скрипке. Новые марсиане любили музыку и искусство.

Однажды вечером, после концерта, когда костер освещал бронзовые лица сидящих вокруг людей, Елена мечтательно обратилась к своим друзьям:

— Мне кажется, я теперь счастлива. Я отдохнула и успокоилась от волнений и тяжелых переживаний там, на Земле. Мы в бесплодной пустыне собственными руками создали достойные условия для жизни. Быть может, у меня будет сын — сын, рожденный в пустыне. Я буду петь ему колыбельные песни, которые мне пела мать на далекой родине. Я буду рассказывать ему предания об Украине. А может, он вырастет здесь рыцарем-победителем?

— Да, Елена! В твоих словах для меня открылся великий смысл моей жизни! — решительно сказал Ярослав, обнимая жену…

ЗОЛОТЫЕ СИЛУЭТЫ

Караван двугорбых верблюдов остановился в скупой тени пальм. Два человека в белых одеждах и тропических пробковых шлемах, соскочив с «кораблей пустыни», бросили поводья погонщикам-арабам и направились вглубь оазиса к белому шатру. Путешественники удивились, увидев величественную скульптуру молодой женщины со скрипкой.

— О, да это настоящее произведение искусства, достойное Лувра! — воскликнул среднего возраста человек.

— Интересно, как она оказалась здесь? — сказал его спутник.

— Трудно ответить на этот вопрос. Но, кажется, здесь мы сможем снять нужны кадры.

— Как оператор, могу сказать, что местность вполне соответствует моим требованиям, — отозвался младший.

— Наверное, здесь произошла какая-то невероятно романтическая история и… О! — удивленно воскликнул человек с русой бородкой, не закончив своей реплики, взглянул на тропу и тихо добавил: — Если только это не мираж…

К ним приближалась очаровательная женщина в белом одеянии, со скрипкой в руках.

— Смотрите, мосье Жако, сама модель идет к нам.

Путешественники-кинематографисты пошли навстречу Елене Ярош.

— О, я никогда не ожидал встретить в центре пустыни такую прекрасную женщину, — сняв шлем и низко поклонившись, сказал первый на французском языке.

— Добрый день! — певуче ответила изумленная Елена.

— Позвольте представиться. Режиссер Мартель, а это мой друг — кинооператор Жако.

— Очень приятно встретить первых культурных марсиан. Однако, странно… там, на Земле, так говорят во Франции, — отве-

тила Елена на французском.

— Я говорю на языке своих родителей. Я настоящий француз, — недоуменно объяснил режиссер.

— Вы тоже прилетели на ракете?

— Нет… сначала мы плыли на пароходе, а после ехали на верблюдах.

— Давно вы покинули Землю?

— Землю?! — изумился режиссер. — Беру на себя смелость заверить вас, очаровательная госпожа, что мы никогда не оставляли нашу старую планету.

— Довольно шутить. Ведь мы находимся на Марсе! — решительно произнесла Елена.

— Вовсе нет! К счастью, мы находимся в самом центре пустыни, в Сахаре!

— Сахаре?! Неужели мы никуда не улетели и очутились на прежней неустроенной Земле? — удивленно и недоверчиво, с нескрываемым ужасом спросила Елена Ярош,

Слова незваных гостей показались ей звоном разбитой прекрасной легенды, которую она создала, в которую поверила. И теперь это все уничтожено. Нет больше замечательного мифа о Марсе. Как воспримут это известие Ярослав и ее друзья? Елена была недовольна прибытием в оазис французской киноэкспедиции, нарушившей их покой и душевное равновесие.

— Осмелюсь заверить вас, что вы ошибались, — сказал Мартель, пытаясь прервать напряженное молчание.

Ему хотелось поскорее приподнять таинственную маску, что скрывала эту заинтриговавшую его историю.

— Ошибка! Но какая великолепная ошибка! Мы искренне верили в это, а вы все разрушили и пытаетесь уничтожить мою веру. Зачем вы пришли сюда? — с упреком сказала она.

— О, мадемуазель! Кто вы и почему с таким упорным скептицизмом относитесь ко всему земному? Можете ли вы удовлетворить мое любопытство? — спросил режиссер.

— Прошу… если вас интересует моя история. Года три назад мы начали это путешествие, которое может показаться вам даже слишком фантастическим. Где-то на территории Германии мы сели в ракету, и нами выстрелили в направлении Марса. Затем мы оказались здесь. Обломки ракеты вы сможете увидеть в пустыне, в нескольких километрах отсюда.