Владимир Дрыжак - Точка бифуркации

Асеев даже и не помнил, когда они встречались последний раз. Семь или восемь лет назад. А последний разговор был года два назад, причем, толком поговорить так и не дали...

- Ну, здорово, Командор! Страшно рад тебя видеть!

"Командор" - это было детское прозвище Асеева, а Калуца он же "Рябчик" - был его школьным другом на веки веков. Еще в их компании тогда был "Сом", но сейчас он, увы, отсутствовал, хотя работал с Асеевым из экипажа в экипаж.

- Здравствуй Рябчик. Сколько ж мы не виделись!

- Давненько уже... Так тебя же вечно где-то носит. Только и остается, что приветы слать. Получал?

- Получал...

- Ну, как там Марс?

- Какой Марс?

- Ну.., ты где сидишь?

- На орбитальной базе.

- На Марсе же?

- На Марсе.

- Вот я и спрашиваю, как он там?

Объяснять Калуце, что на поверхности Марса он был три года назад, Асеев не стал.

- Да, ты знаешь, Марс в порядке. Недавно вот орбиту поменяли, теперь выходим из плоскости эклиптики...

Калуца заподозрил подвох, и на его лице, как в далеком детстве, отразилось недоверие.

- Как это - выходите?! - до него, наконец, дошло. Ну-ну... И далеко собрались?

- Далеко. Но потом решили, что далеко не стоит. Теперь думаем, как бы назад, траекторию подбираем...

Все было так, как и тогда, в детстве. Асеев с Сомовым вешали Калуце лапшу на уши, а он верил безоговорочно, и, когда выяснялось, что его в очередной раз разыграли, страшно обижался. Э-эх, юные года, где вы теперь...

- Женю давно видел? - поинтересовался Калуца.

- С неделю назад.

- Как там наш Сом?

- Все хорошо. Женя в порядке. Сейчас в рейсе.

- А ты?

- А меня вот выпихнули в отпуск.

- Как это - выпихнули?

- По плану. У нас ведь правила - вот они и ярятся. Дуй, говорят, отсюда, пока цел!

- А серьезно?

- Да, примерно, то же самое.

- И куда ты теперь?

- На Землю. Обследуюсь, а потом буду дурака валять пару месяцев.

- Ага-а... Значит, встретимся?

- Непременно!

- Без шуток?

- Ричард, о чем речь. Готовь пиво, раков... Раки у вас есть?

- Найдем.

- А где ты там базируешься?

- В Югославии. Сараево.

- Но там точно раки живут?

- Я же сказал - найдем!

- Как там твоя Серафима? Как Надежда?

- Слава Богу... А твои?

- Да так... С женой мы разбежались. А пацан уже выпорхнул. Второй рейс делает. Навигатор.

- Что с женой-то так?

Что у него с женой, Асеев и сам не понимал, поэтому ответил стандартно:

- Характерами не сошлись...

- Ну-ну... Если по полтора года не встречаться, небось...

- Наверное ты прав. Космос плохо сочетается с брачными узами.

- Переживаешь?

Асеев пожал плечами, соображая, как ответить. Сказать, что да, было бы преувеличением, а нет - неправдой. Сожаление - вот что наиболее точно передавало его отношение к бывшей жене. Жаль, что все так вышло... И не более того.

Калуца там, за экраном, видимо, понял, что Асеев не склонен теперь развивать эту тему.

Помолчали.

"Ерунда какая-то, - подумал Асеев. - Ведь друзья были водой не разольешь, а встретились - и поговорить не о чем..."

- Ну, а ты-то чем нынче увлечен? - наконец прервал молчание он.

- Да все тем же, чем и всегда, - меланхолично ответил Калуца. Потом вдруг оживился, хитро ухмыльнулся и спросил: Слушай, у тебя сейчас время есть?

- Двое суток.

- Что - двое суток?

- До рейса к Земле. Время убиваю.

- И как убивается?

В лице Калуци что-то переменилось, интонация тоже кое-что обозначала. Когда Калуцу в детстве одолевала новая идея, и он нес ее друзьям, боясь расплескать, то первым делом начинал исподволь выяснять, чем те заняты в данный момент, и не будет ли его новое предложение смехотворным на фоне текущих грандиозных планов. В такие моменты его интонации сканировали интервал от безразличных до пренебрежительных.

Асеев теперь понял, что Калуца вышел на связь неспроста. Он, этот Калуца, всегда был себе на уме. И всегда из любой ситуации выдавливал для себя максимум полезного. Дружеские чувства сомнению не подлежат, но, похоже, не только они являлись причиной данного звонка. Возможно, конечно, ему только сейчас что-то стукнуло в голову, но это - вряд ли...

- Тебе чего надо, Ричард? Говори прямо. Времени у меня вагон. Я ведь вижу, что ты опять носишь в себе откровение, тебя им расперло, вот ты и вспомнил, что я где-то существую.

- Да нет, я просто хотел тебя увидеть.., - Калуца помялся. - Ладно, чего уж там. Перед кем другим, а уж перед тобой оправдываться нет смысла... В принципе, мне понадобилась консультация по твоему профилю, вот я и вспомнил... Не знаю, удобно ли вот так. Может, позже? Встретимся, как следует поговорим.

Асеев этого не любил. Если есть дело, надо его делать, или не делать. А откладывания на потом почти равнозначны решению: не делать. С откладыванием на потом принятия решения о принятии решения, и далее по кругу.

- Так, Ричард, "А", или "Б"? Что касается удобства, то я сижу очень удобно. Видишь - кресло? Куда хочу, туда и верчусь! Связь устойчивая. Или тебя паузы смущают? Или мой строгий вид?

- Ничего меня не смущает!.. Ну, хорошо... Давай, так сказать, в предварительном порядке... А о деталях...

- Начинай, родной. Детали - потом.

- Ну, вот такая гипотетическая задача. Предположим, я хочу полететь куда-нибудь в космос...

- Точнее.

Калуца поежился. Он понимал, что теперь Асеев с него не слезет, пока не уяснит задачу полностью. И в детстве было так же. Он - Рябчик - выдумывал какую-нибудь бредовую идею, что-то вякал невнятное, после чего Командор брал его за глотку, вытряхивал суть и загонял упомянутую идею в совершенно конкретные рамки, после чего она, к вящему удивлению Калуци, оказывалась вполне реализуемой. А Сому было все равно, чем заниматься, лишь бы не сидеть... А идей было много, и какие! И жизнь наполнялась стремлением к цели. Какое было время... Боже, какое счастливое время!..

- Чтоб тебе лопнуть!.. Хорошо. Хочу полететь к Юпитеру.

- Великолепная мысль! Зачем?

- Хочу там заняться научными исследованиями.

- Что, Юпитер будем изучать?

- Нет, мозги возле Юпитера, - произнес Калуца с вызовом.

- То есть, верность мозгам ты сохранил?

- Слушай, Иван, кончай валять дурака!

- Хорошо, не буду, - покладисто согласился Асеев. Вопрос: а, допустим, Луна тебя не устроит?

- Луна? Зачем мне... А! Нет. Давай я лучше сформулирую, что бы я хотел в идеале, но ты меня не перебивай.

- Попробуем так.

- Вот идеальная ситуация. Какое-нибудь космическое судно. Народу, желательно, немного, в общем, чтобы не мешали и нос не совали. На борту я и моя аппаратура.

- Масса?

- Чего масса? - опешил Калуца.

- Аппаратуры. Граммы, килограммы, тонны?

- Ну.., я не знаю... Сколько там... Тонны три.

- Недурно!