Владимир Дрыжак - Точка бифуркации

- Думаю... Думаю это на грани. Просто этические нормы в эти области еще не простираются. Понимаешь?

- Не вполне. Это следует обсудить в первую очередь, когда встретимся.

Калуца улыбнулся.

- Твое решение, Командор?

Асеев помолчал, почесал подбородок, что-то взвешивая, и, наконец вскинул голову.

- Я - в деле.

- Фу-у!.. Ты меня утомил. Плохо, Ваня, одному биться об лед!

- Не трещи крыльями, - сварливо отозвался Асеев. - Я ведь думал не над тем, лезть мне в это дело, или нет - я в нем уже потому, что мы с тобой из одного детства, а это вещь из разряда тех, через которые я лично переступить не могу. Я думал над тем, как мне в него влезть, чтобы был толк. Есть у меня одна мысль. Слушай вопросы и постарайся ответить как можно толковей, либо подготовь информацию к встрече. Сроку тебе - две недели. Вопрос первый: как врач ты достаточно квалифицирован?

- Ну... Думаю, что на уровне приличного врача терапевта.

- Хирургическая подготовка - это важно!

- Какая-то имеется. Но я могу и поднатаскаться.

- С завтрашнего дня - начинай... Вопрос второй: какими еще навыками и специальностями владеешь?

- Какими... Никакими!

- Подумай еще. Я сказал: навыками. Что ты умеешь делать?

- Я-то?.. Ну, скажем, картошку могу пожарить.

- Уровень?

- Я - дипломированный кулинар. - заявил Калуца гордо.

- Повар? Кем дипломированный?

- Конгрессом. Не повар, а ку-ли-нар!

- Что есть такое кулинар?

- Это есть человек, знающий национальные кухни - раз, знающий свойства и сочетаемость продуктов - два, и, наконец, человек, свободно ориентирующийся в рецептурах приготовления блюд. Ну, и, конечно, пожрать не дурак. В смысле, продегустировать.

- А то, что потом можно есть, ты сделать можешь?

- А вот приедешь и увидишь!

- А на десять человек?

- Да хоть на сто десять! Всех привози... Что ты мне голову морочишь?

- Я не морочу, а задаю вопросы. А ты на них будешь отвечать. Вопрос третий: потребляемая мощность твоей аппаратуры?

- Какой ап..? А! Не знаю... Нормальная мощность... Ничего такого особенного.

- Узнай.

- Хорошо, я узнаю. Еще вопросы есть?

- Есть, есть. Не суетись. Вопрос четвертый: как руководитель коллектива ты можешь выдержать критику?

- Могу, разумеется. Критикуй.

- Я не о том, - Асеев поморщился. - можешь ли ты профессионально руководить, скажем, исследовательской группой.

- Я ею уже руковожу.

- Твоя квалификация, как руководителя, может быть оспорена.

- Это - сколько влезет. Я ведь любитель всяких безумных идей.

- Это не имеет отношения к делу.

- Тогда я тебя не понимаю. Какого рожна тебе надо?!

- Я не просил тебя понимать, - Асеев постучал пальцами по подлокотнику и выдержал паузу. - Я просил ответить на вопросы. Вопрос... Вернее, так... Ты вероятно слышал, что существует проблема психологической совместимости членов экипажа при полетах на большие расстояния...

- Разумеется, я в курсе.

- Не перебивай... Так вот, вопрос: мог бы ты составить грамотную научную программу исследований этой проблемы?

- Это, Ваня, мой хлеб!

- Еще вопрос: мог бы ты возглавить научную групппу, которая провела бы такие исследования в условиях реального полета?

- Наверное, мог бы. Если изучу специфику.

- Тогда вопрос: мог бы ты один в упомянутых условиях, скажем, провести экспериментальную работу, с тем, чтобы после возглавляемая тобой группа занялась обобщением, изучением, и прочее?

До Калуци уже что-то начало доходить:

- А! - воскликнул он. - Нужен камуфляж.

Асеев опять постучал по подлокотнику и опять выдержал паузу.

- Нет, - сказал он наконец. - Камуфляж мне не нужен. Тебе, вероятно, известно, что я не босяк. И не авантюрист. В данном случае, я хочу организовать ситуацию, при которой необходимые тебе условия возникли бы естественным порядком. Проблема совместимости - серьезная проблема. Уже зафиксировано несколько случаев массовых психозов в экипажах КК, совершавших рейсы за орбиту Юпитера. Руководство Управления этим весьма обеспокоено. - Асеев говорил монотонно и без всякого выражения. - Зреет мнение, что к этой проблеме следует подключить, так называемую, большую науку. И если ты не прдставитель упомянутой большой науки, то кто же ты такой, и на кой черт ты вообще нужен!

Последнюю фразу Асеев произнес весьма выразительно и стукнул кулаком по подлокотнику.

- Ваня, я все понял! - воскликнул Калуца.

- Все?

- Все! Ты, Иван, гений, просто ты не знаешь себе цену!

- Я, Ричард, знаю себе цену. Я не гений, но и не бестолочь, как многие иные. Для того, чтобы сделать дело, вовсе не обязательно ставить на уши всех, до кого дотянешься. Надо уметь пускать нужные потоки в нужные русла. В подавляющей части случаев этого вполне достаточно... Что же касается упомянутой проблемы совместимости... Тебе это будет небезинтересно. Я был участником одного из эпизодов. Точнее, я возглавлял спасательную операцию. То, что там произошло, я себе не могу объяснить ни с каких позиций. Отличный, слаженный экипаж превратился в стадо параноиков. И произошло это, как ни странно, именно в зоне орбиты Юпитера, правда сам Юпитер... Он находился в другой точке своей орбиты, достаточно далеко.

- Где?!

- Не суетись, Ричард. Когда мы встретимся, я расскажу тебе все до мельчайших деталей. И более того. Я бы хотел выслушать твое мнение как эксперта. Я был членом комиссии по расследованию, так вот те выводы, которые мы умудрились сформулировать - детский лепет. Скажу еще больше: наши ведомственные комиссии все чаще и чаще оказываются беспомощными и вынуждены в своих заключениях нести околесицу. И особенно это касается нештатных ситуаций для рейсов во Внеземелье. Мы не понимаем, что там происходит! И почему оно происходит - тоже не понимаем. Похоже, что там есть какие-то скрытые факторы, воздействующие на психику человека, но какова их физическая природа, я даже предположить не могу.

- Природа одна - колебания электромагнитного поля и проникающая радиация. Либо.., - Калуца пожал плечами. - Либо отсутствие того или другого в какой-то существенной части. Эти твои факторы, скорее всего, имеют не физическую природу.

- Какую же?

- Психическую.

- Это общие фразы. С одной стороны, все материальное состоит из частиц и полей, либо отсутствия оных в какой-то части. С другой - все психическое делается из материального. Я, Ричард, в Бога не верую, хотя и точно знаю, что где-то он непременно существует, - Асеев усмехнулся.

- А я тебе скажу где - в наших мозгах.

- Допустим. И что прикажешь писать в заключениях комиссий? Почему данный фактор срабатывает за орбитой Юпитера, а не в каких иных местах?

- Так что же ты хочешь! Надо изучать.

- Надо-то надо... Но тут вступают в дело политические факторы.