Чарльз Ингрид - Лазертаунский блюз

— О, Господи, когда же этот тип перестанет стонать!

— Это патологическая реакция на криогенный сон. Не обращай внимания, лучше сдавай карты.

— Э-э, если этот парень болен, его надо поместить в медицинский отсек.

— Делай ставку, Сташ!

Шторм открыл глаза. В помещении тускло светились ночные лампы. Выплыть из своих снов и прийти в себя было почти невозможно. Где он находится? Кажется, на борту космического корабля… Руки… его руки почему-то связаны. »

В отсеке было душно. Большинство коек было занято неподвижными телами, прикрытыми термоодеялами. Пахло наркотиками. Что с ним случилось? Джек тихо вздохнул. Тишину нарушали только хлопки карт по поверхности стола. Джек посмотрел туда, откуда раздавались звуки. В голубом сигаретном дыму, кольцами вьющемся над небольшим столиком, виднелись две мужские фигуры в потертых коричневых комбинезонах. Один из них — коротко остриженный, молодой, делал вид, что смотрит в сторону, но его внимание было приковано к пластмассовым картам, зажатым в руках. Он не был красавцем. Пожалуй, его угольно-черные острые глаза можно было назвать необычными, но красивыми они считаться не могли — слишком уж красноречиво было их выражение — выражение нечестности и алчности. Как только второй мужчина, обрюзгший и старый, на минуту отвлекся, парень заглянул в его карты. Старик заметил этот маневр и, усмехнувшись, произнес:

— С тобою играть — как воевать с траком. Парень нагло усмехнулся:

— Заткнись и сдавай! Старик потянулся:

— Послушай, я устал. Пойдем-ка лучше поспим!

— Э, нет! — парень крутанул головой. — Ты мне должен. Проклятье! Чего они от нас хотят? А ведь раньше мы были горняками! А знаешь, я собираюсь прервать контракт. Нет такой силы, которая смогла бы удержать меня здесь.

Старик вздохнул:

— Это не так-то просто, Сташ! А потом… тебе ведь неплохо платят!

— Может быть. — Сташ пробежал взглядом по кроватям со спящими рабочими. — Кажется, среди этих парней есть такие, которые оказались здесь не по своей воле. А значит, им можно помочь выбраться отсюда и как следует подзаработать, — он выразительно щелкнул пальцами. — Знаешь, я Не из тех, кто пренебрегает возможностью заработать деньги.

— Эй, вы, двое! Пора отдыхать! — кто-то недовольно крикнул с нар.

— Да-а? — Сташ лениво потянулся. — А ты ведь мне должен, Боггс! — он посмотрел на койки, встал, плюхнулся на одну из кроватей и сразу же уснул.

Джек снова начал терять сознание. Сташ… Ему обязательно надо запомнить это имя! Ведь ему потребуется чья-то помощь, чтобы выбраться отсюда.

Шторм проснулся от четкого ощущения того, что за ним кто-то смотрит. Он открыл глаза и увидел, что на его кровати сидит Сташ и внимательно читает прикрепленную на железной спинке пластиковую карту. Он вздохнул, посмотрел на Джека и улыбнулся:

— Очнулся, приятель? Мы сейчас одни — остальные пошли перекусить. Помощь нужна? Врач сказал, что веревки можно будет ослабить, когда ты придешь в себя. — Его черные глаза язвительно блеснули. — Мы тут все слегка чокнутые, верно?

Джек дернул связанными руками:

— Развяжи…

Сташ молниеносно распутал веревку.

— А может, попробуешь поесть? — участливо спросил он.

Шторм кивнул. Сташ вынул из конверта пластиковую карту:

— Договоримся так: я тебе помогу. Но услуги надо будет оплачивать. Начнем с того, что я развязал тебя. Да, кстати… — он нервно дернул бровью. — А как тебя зовут, приятель?

Джек хотел ответить, но во рту было слишком сухо.

Сташ задумчиво почесал подбородок:

— Ну, да… у тебя была гипотермическая лихорадка. Я уже как-то сталкивался с этим. Парень просыпался и не мог вспомнить своего имени. Тогда сделаем так. Я прочитаю твое досье, а ты мне отдашь две карточки на паек, они остались у тебя от прошлой смены.

Джек кивнул. Сташ довольно разулыбался.

— Ладно, я скоро вернусь, приятель! Не свались с койки, а то мне как следует попадет от медсестры!

— Слушай. — Сташ пристроился на кровати Джека. — В твоем досье написано, что ты — Джек Шторм. Тебе — двадцать четыре года, ты подписал контракт на строительные или горные работы. Холост.

Джек кивнул:

— Продолжай.

Его имя и возраст кое-что ему говорили, а вот все остальное… Он с горечью осознал свое положение: контрактный рабочий…

Сташ кашлянул:

— На Внешней Границе у тебя был магазин электроники, но ты обанкротился и сделал распродажу. Все ясно, надо же было как-то оплачивать долги! Обычное дело. Да и образование у тебя самое обычное.

Джек хрипло спросил:

— А родственники… у меня есть какие-нибудь родственники?

— Живых — никого. — Сташ покачал головой и бросил пластиковое досье обратно в конверт. — Все обычно, все, как у всех. Ты им подошел, Джек!

Шторм закрыл глаза. Он уже сходил в столовую и обнаружил, что у него подгибаются ноги, как у восьмимесячного ребенка. Интересно что же он мог знать о контрактах, горном деле и грузовых кораблях, если он не мог осознать даже самого себя?

— Спасибо, Сташ. — Шторм устало посмотрел на своего нового знакомого. — Но эту карточку на паек положи назад. Ведь вчера я уже заплатил тебе.

Сташ покривился, но решил сдержаться:

— Да… вчера ты заплатил… К тому же эта карточка требуется и тебе самому… Ладно, отдохни, приятель!

— Эй вы, отбросы общества, поднимайтесь со своих коек и стройтесь!

Джек поднялся на ноги и не спеша подошел к остальным. Господи, как же он не нравился самому себе! Небритый, грязный, слабый, почти ничего не помнящий, одетый в какой-то страшный комбинезон из грубой ткани…

Приземистый коротыш ловко лавировал между рабочими.

— Будем знакомы, я ваш прораб, — у него в руке мелькнула горстка микрочипов. — Все ваши контракты — у меня. Предупреждаю: лодыри нам не нужны. За работу на Лазертаунских шахтах вы получите хорошие деньги, а потом, вернувшись, сможете снова встать на ноги.

Джек ничего не понимал. Перед глазами плыли темные круги. И вдруг — он вспомнил… Он вспомнил, как попал сюда! Да, он пошел домой, собираясь навестить Элибер, а потом… что-то щелкнуло, и на него повеяло снотворным газом. И больше он не приходил в себя…

Бригадир все еще говорил:

— Скоро посадка. Разберитесь по бригадам. Я буду называть вас по именам, а вы выходите и следуйте за мной.

Джек скрипнул зубами… Раб… Отныне он раб… В поселке рудокопов на Лазертауне свои правила выживания. Но Шторм совсем не был специалистом в горнорудном деле, а рабочие не потерпят ленивца в своих рядах.

Прораб выжидающе смотрел на рабочих. Кто-то крикнул: