Дипломная работа - Василий Кораблев

конечно не вижу, — от обиды у Дениса задрожала нижняя губа, — но я бы на твоём месте перестал зубоскалить и прислушался к моим доводам. Я этих кукол видел, пока спасался от гнуса. Я знаю, где они валяются, а если всё сложить вместе, то получается круг. Куклы лежат по кругу, раз по твоим словам, это ловушки. И значит что?

— Что? — переспросил Валера моментально становясь серьезным. — Ты намекаешь мне, кикимора болотная, что хижина в центре круга?

— Странно, что я первый об этом подумал, да?

— Странно вообще, что ты начал проявлять мозговую деятельность. Раньше, я тебя, к причислял к классу бесчерепных хордовых, но теперь ладно, немножко повышу в звании. Будем считать, что свежий воздух тебе на пользу.

Денис не стал спорить. Постоял, подумал, вычисляя в уме приблизительный центр круга, потом указал рукою.

— Туда.

Валера настороженно посмотрел в сторону, которую он указал и увидел, что дальше начиналось настоящее болото. Но разумеется, туда они не пошли, а вернулись к микроавтобусу. Нечего там шляться без вспомогательных защитных средств. А то на болоте всякое бывает. Вон, Деня побегал и открыл в себе ясновидение. А вдруг это заразно? Тут без защиты никак нельзя.

Вернулись к машине и потихоньку начали собираться.

— Так ты говоришь, старик. Шестьдесят пять лет, лысый, — спрашивал Валера товарища, проверяя заточку трофейного топора.

— Угу.

— Физически крепок? — продолжал уточнять Валера. — Хватит нам топора или мне ещё, вот, ружьё для подводной охоты взять?

— Я бы поостерёгся.

— Ладно, тогда ты возьмешь кувалду и если чё, предупредительный ему в голову.

— Но он же пожилой человек, как можно? — возразил Денис.

— Можно сзади, я тебя в подходе не ограничиваю, — Валера философски пожал плечами, потом добавил:

— А пожилой, в нашем деле, сам знаешь. Пожилой - самый опасный.

Глава 21

Про ведьм всегда было известно очень мало или, как говаривал тот же Лаперуз, "недостаточно". Ведьмы - гибриды и все, как одна, женского пола. Эти хитрющие твари - скрытные одиночки, они не любят огласки, они не любят лишнего трёпа про свои дела, поэтому не слушайте девушек и баб, утверждающих, будто бы они природные потомственные ведьмы - это всё чистая ложь. Женщины придумывают это просто, чтобы добавить себе очков важности в отношениях с мужчинами и произвести впечатление. Нет, попадаются, конечно же, среди них и особенные дурочки, свято верующие в то, что собранные в полнолуние женские выделения способны приворожить любого мужчину, если над ними как следует пошептать и пофыркать, но это не помогает. Это никогда не помогало, кроме особо циничных случаев, когда от такой ворожбы мужчины давали дуба. "Она его пирогами накормила, добавив туда свои мурсики и сильнейший заговор на любовь, а когда он съел, она ему обо всём рассказала, а он захрипел и помер. Видать она ведьма!" Нет, не ведьма, а просто очередная глупая отравительница.

Настоящая ведьма перед мужиком мастерством никогда не хвалится. Для ведьмы, мужчина - это, в первую очередь, инструмент, полезный ингредиент, и уж в совсем крайнем случае - домашнее животное. Не верите? Да хоть кого спросите, хоть того же Валеру. Разбудите его посреди ночи и спросите - "любят ли ведьмы мужчин?" И он, зевая, ответит, что конечно же любят, а уж с луком и сметаной тем более.

Ученики Лаперуза, конечно же, интересовались культурой ведьм. Они считали это жизненно важным для выживания, но к их глубокому сожалению, большая часть их знаний состояла из теорий и домыслов. Они знали, что ведьмы были сильны и невероятно живучи. Они знали, что ведьмы лучше всех владеют техникой проклятий и что те твари, которые обитают в сельской местности, во многом превосходят тех, кто перебрался в город. Но заниматься вплотную изучением проклятий и методам противодействия ведьмам они не могли. Не умели, а учитель был категорически против, хотя сам, с ведьмами и лихорадками, очень даже дружбу водил. Трудно сказать почему так сложилось, но ещё тогда, в первый год Лаперуз только хихикал и на все их предложения по ведьмам отвечал только одно - "Не заморачивайтесь. У нас с ними разные пищевые цепочки. Хе-хе".

А у самих ведьм ни за что не научишься. Они поголовно эгоистки с гипертрофированным чувством собственной важности. Тут, собственно, секрет кроется в самом названии - “Ведать”. Много чего они ведают. А если первую букву убрать — что получится? Ведьмы едят людей, как детей так и взрослых. Каждая считает себя гурманкой и составляет себе меню на свой манер, в зависимости от потребностей. Если у них имеется постоянный доступ к кормушке, ну скажем они живут в городе где много народа, то этим тварям не требуется для существования много места. Тварь может жить с вами в соседней квартире, а вы этого никогда не узнаете. Вы можете считать её доброй соседкой, милой старушкой или молодой дамочкой, но в любом случае это будет приятная во всех отношениях женщина. Но так будет ровно до того момента, пока ей не потребуется что-то от вас, конечно не факт, что это произойдёт, но никогда нельзя исключать такую вероятность. И тогда ваша жизнь будет окончена. Видели как в деревне бабушки рубят головы домашней птице? А видели как они топят котят или закапывают их живьём в землю? Тут тоже самое. "Хороший сосед в квартире 28 пасётся. Алкоголик. Печень - во! На 8-е марта, будет замечательный из него печёночный торт и диетическая мясная запеканка".

Люди для ведьм не важнее домашней скотины и какими бы они не казались нам добрыми, не верьте им никогда. Люди - еда. Их едят, а город для ведьмы тоже самое, что продуктовый супермаркет. Что там сегодня вкусненького на улице? Ого! Школьников по акции выбросили? Надо жрать.

С провинциальными ведьмами всё иначе. При отсутствии гарантированной жрачки приходится им делать запасы. Это, как погреб обычной бабушки, у которой огород на гектар, только в том погребе обычно хранят не огурцы с помидорами, а консервированных человечков. Копчёных, варёных, квашеных - не побрезгуйте гости дорогие, всё своё, домашнее, ещё вчера в лесу заблудилось. Ну а как иначе?

Лес, избушка, одинокая старушка, хлеба никто не принесёт, в магазин не сходишь, а почтальон с пенсией, так и вовсе будет съеден при попытке