Ночь на Ивана Купалу - Виктория Сталь
Но Леший не унимался. То тут, то там раздавался треск сучьев, будто кто-то большой пробирался сквозь лес. Катя то и дело вскрикивала, когда из-за дерева появлялась причудливая тень или когда ветки начинали шевелиться без ветра.
Морок становился всё гуще. Перед глазами Кати начали появляться странные видения: то ей казалось, что из-за дерева выглядывает жуткая рожа, то она видела, как по земле ползут змеи. Каждый раз она дёргалась и хватала Артёма за руку.
— Не бойся, я с тобой, - шептал он, хотя и сам начинал сомневаться в реальности происходящего.
Лес вокруг них словно ожил. Деревья наклонялись, будто пытаясь преградить путь, кусты хватали за одежду, а воздух становился густым и тяжёлым. Леший наслал на путников настоящий кошмар, играя с их страхами и сомнениями. Катя уже не могла сдерживать слёзы. Она постоянно оглядывалась, всхлипывала и цеплялась за Артёма, который изо всех сил пытался сохранять спокойствие, хотя внутри у него уже тоже всё сжималось от страха. Тропинка становилась всё уже, а лес — всё гуще. И с каждым шагом морок становился всё сильнее, а страх Кати — всё ощутимее.
Внезапно воздух разорвал оглушительный свист, от которого задрожали деревья, а листья затрепетали, словно от сильного ветра. Звук был настолько пронзительным, что Катя зажала уши руками, а Артём инстинктивно пригнулся. Вслед за свистом раздался хриплый, раскатистый хохот, от которого кровь стыла в жилах. Он был настолько жутким и неестественным, что казалось, будто сам лес сошёл с ума. Смех эхом разносился между деревьями, отражаясь от стволов и становясь всё громче. Не сговариваясь, Катя и Артём бросились вперёд, подгоняемые первобытным страхом. Их ноги сами несли их по тропинке, которая, казалось, вела в никуда. Они спотыкались о корни, цеплялись за ветки, но не останавливались ни на секунду.
И вдруг лес расступился перед ними. Они выбежали на поляну, на которой стоял их лагерь. Артём резко остановился, потянув за собой Катю, которая едва не упала от неожиданности. Они стояли, тяжело дыша, прислушиваясь к тишине. Но лес вокруг них словно замер, затаив дыхание.
***
Миша и Соня двинулись по правой тропинке, и с первых же шагов их окутала гнетущая атмосфера. Воздух словно сгустился, стал тяжёлым и вязким. Миша постоянно ощущал чьё-то пристальное внимание — будто кто-то невидимый следил за каждым их движением.
То тут, то там раздавался треск ломающихся сучьев, хотя ветра не было. Из чащи доносился тихий шёпот, словно сотни голосов перешёптывались между деревьями. Соня всё крепче прижималась к Мише, её дыхание становилось прерывистым от страха.
Они шли вперёд, но с каждым шагом тревога нарастала. Внезапно из леса раздался мерзкий скрипучий смех, от которого по спине пробежал ледяной холодок. Соня вздрогнула и вцепилась в руку Миши. Проходя мимо старого дуба, Миша замер от ужаса. На мгновение ему показалось, что он увидел грязную, сморщенную руку с длинными когтями, царапающую кору дерева. Рука была настолько отвратительной, что его чуть не стошнило.
Не успел он опомниться, как из кустов донёсся жуткий хохот — страшный и хриплый, от которого волосы встали дыбом. В просвете между кустами проявилось очертание какой-то фигуры, а следом показалась зловещая улыбка, исказившая тьму между ветвями. Соня громко вскрикнула, а Миша, стиснув зубы, потащил её вперёд, пытаясь найти выход из этого кошмара.
Треск сучьев становился всё громче, шёпот — отчётливее, а смех — всё более издевательским. Соня, не выдержав накала ужаса, с пронзительным криком бросилась вперёд, её ноги едва касались земли. Миша успел лишь выкрикнуть:
— Стой!
Он ринулся за ней, но его движение внезапно оборвалось. Прямо перед ним, словно из ниоткуда, возникла сгорбленная старушка. Её глаза горели неестественным золотистым светом, от которого перехватывало дыхание.
Кикимора предстала во всей своей отвратительной красе. Её кожа была сморщенной, словно высохшая кора, а волосы — грязными и спутанными, с вплетёнными в них листьями и паутиной. Длинный крючковатый нос почти касался выпирающей нижней губы, а зубы, острые как иглы, поблескивали в полумраке. Она протянула к нему свои страшные, корявые руки и хищно улыбнулась.
Миша застыл, не в силах пошевелиться. Его охватил такой ужас, что, казалось, сердце остановилось. Кикимора уставилась на него своим жутким взглядом, а затем издала противный, скрипучий смех. Её фигура начала растворяться в воздухе, словно туман под лучами солнца. Не теряя ни секунды, Миша сорвался с места и бросился вперёд. Его ноги сами несли его, адреналин бурлил в крови. Через несколько мгновений он вылетел на поляну и едва не упал на Соню, которая, обессиленная и дрожащая, сидела на земле.
На другой стороне поляны он увидел Катю и Артёма, они тоже выглядели испуганными и тяжело дышали. Миша обвёл взглядом их лагерь и поляну и, чуть отдышавшись, спросил:
— А где Макс?
Глава 8. Дорога в никуда
В лагере царил хаос, прошло уже около часа, а Максим так и не появился.
Когда первый испуг прошёл и они поделились своими рассказами об ужасах, которые видели в лесу, то озадачились долгим отсутствием Макса, время шло, а он так и не вышел.
— Надо идти его искать, - решительно сказала Соня. — Только всем вместе! Чтобы не так страшно было… Я вообще не понимаю, что я видела и слышала в лесу… И как это объяснить…
— И в какую сторону пойдём? - скептически спросил её Миша. — Где его искать? Мы же разошлись в разные стороны, по разным тропинкам! Предлагаю ждать! Возможно, его тропинка какая-нибудь… Ну… Извилистая, просто расстояние больше…
Артём поддержал:
— Да, я согласен, надо подождать!
И добавил:
— Девчонки, может, поедим что-нибудь? Ну, пока Макса ждём.
— А может, позвонить в МЧС? - тихо предложила Катя.
— Блин, точно, чего тупим-то, - согласился с ней Миша, доставая из кармана штанов свой телефон. Потыкав пальцами в экран, он ошарашенно объявил:
— Связи нет! Даже сигнала SOS!
— Не может быть! - воскликнул Артём, вынимая свой мобильный.
Все, как по команде, сделали
