Жена для звёздного генерала - Юлия Марлин

– Скоро проверим.

Тиберий прячет кристалл в складках царственного одеяния, ухмыляется, в очередной раз заставив волоски на теле встать на дыбы, и заносит кинжал. Серебристая сталь ослепляет как пламя. Сердце пропускает удар. Я вжимаюсь в холодную стену, лихорадочно разыскиваю пути к спасению, но их нет!

Дядька силен и стремителен. Шаг, второй – его неистовые глаза полыхают, лицо перекошено от предвкушения скорой расправы…

Неожиданно боковая стена с грохотом осыпается. Удар. Всполох зарева. От яростной вспышки мутится сознание. Я вскрикиваю, закрываю лицо ладонями, а через мгновение ощущаю на собственной талии жаркую хватку. Мужские пальцы болезненно впиваются в кожу, тянут к себе. Лицо обжигает отрывистое дыхание:

– Тише, Ария. Это я.

– Саар? – Шепчу на грани истерики.

– Да, все хорошо. Мы успели, - он целует меня в лоб, щеки, веки, губы, пытаясь забрать часть темных эмоций, избавить Искру от пережитого кошмара. И надо признать, ему удаётся.

Цепляюсь за плечи мужа, прижимаюсь к нему всем телом и даю волю слезам. Ноги не держат. Ледяные конечности напоминают обмякший воск.

Успел, пришел, защитил. Значит, любит по-настоящему.

Глава 6

Покушение стараюсь выбросить из головы как страшный сон.

Саар приносит меня в покои, усаживает на разобранную кровать. После случившегося во Дворце царит жуткий переполох. Энийцы заняли все этажи, досматривают слуг и подданных. Дядьку и Первого Безопасника, по словам мужа, арестовали и бросили в подземный карцер.

Облегчения эта новость не приносит. Меня по-прежнему бьёт озноб, по коже бегут омерзительные мурашки. Я не доверяю местным служанкам и прошу двух сопровождающих со звездолета девушек прийти во Дворец.

Энийки исполняют любую мою прихоть. Готовят ванну с ароматическими маслами, потом помогают переодеться в чистую белоснежную сорочку. Чай на растительных травах – невероятная редкость для любой планеты Империи. Я даже думать боюсь, где Саар раздобыл лекарственный сбор.

– Откуда? – Искренне удивляюсь, принимая из рук мужа большую горячую кружку с целебным паром.

Облавы завершились. Всех предателей и заговорщиков вычислили и схватили. Я расслабилась, забралась в постель с ногами и с радостью встретила мужа.

Саар садится на край кровати, изгибает губы в лукавой улыбке.

– Оставлю эту тайну при себе. – И зачесывает мне за ухо влажный локон.

– Вы полны сюрпризов, Ваше Высочество, - улыбаюсь и делаю глоток ароматного напитка.

– Вы тоже, моя принцесса, - его крепкие пальцы сползают на скулу, чертят линии, рисуют зигзаги.

Закусываю губу. В разрезе мужской белой рубахи красуется его скульптурное тело. От мужа исходит жар. Озноб еще отзывается вдоль позвоночника холодным ветром, но кажется, я давно дрожу не из-за попытки убийства, а потому, что рядом Истинный.

В глазах Саара переливается серебро.

Я в последний раз глотаю чай. Руки не держат. Чашка выпадает из пальцев, благо муж подхватывает посуду и бросает на мягкий ковер.

– Горожане уже знают о твоем возвращении на планету, - его страстный шепот в губы сводит с ума. – Тиберий пытался скрыть факт воскрешения дочери короля, не удалось. Тирианцы в смятении. Ждут, когда законная наследница трона официально к ним обратится.

Всё правильно. Надо выйти к встревоженным подданным, успокоить, позволить себя рассмотреть…

– Завтра, - обхватываю плечи Саара, позволяю ему навалиться сверху и вдавить меня в тонкий шелк простыней. – Обращусь к народу завтра. А сегодня хочу разделить только с тобой.

Напряженное лицо Саара меняется. Его твердые губы накрывают мои, запечатывают безудержным поцелуем.

Прикрываю глаза. Неужели решусь? И вдруг ловлю себя на том, что отвечаю ласкам избранника. Жду их, прошу. Муж ненасытен и аккуратен одновременно. Легко избавляясь от рубахи, он задирает подол моей сорочки, и через мгновение ткань рассыпается в его сильных руках.

С ним так спокойно. Саар, будто щит. В то время как генерал – ураган, сметающий всё на пути. Я больше не принадлежу Риату единолично, теперь в моей жизни появился другой мужчина, еще один Истинный.

Рывок, чувство наполненности и вечер меркнет. Слияние как одурманивающий нектар – туманит разум. Мы стали единым целым; я без страха и сожалений вручила тело Саару. Приняла нашу связь без остатка. Муж прижимает меня к себе, ласкает, целует. Его пьянящий запах проникает в легкие и обезоруживает.

– Ария, - глухо шепчет на ухо. – Любовь моя.

И ты мне тоже очень дорог, Саар. Без тебя я бы не справилась.

Когда страсть, наконец, утихает, я засыпаю в объятиях мужа. Истомленная, обнаженная. Укрытая могучими мужскими руками. И только в глубине души, туда, куда я в последнее время предпочитаю не заглядывать – кровоточит чужое храброе сердце.

Его отчаяние пронзает шипом. Рык бессилия разрывает голову спазмом.

Риат догадался о нашей близости. С горечью понял, что элейна потеряна.

* * *

Пробуждение подобно дивной сказке.

Саар будит меня поцелуями, прижимает к себе. Делает всё, чтобы я чувствовала себя самой любимой и желанной. И я чувствую. Вот только… душу Истинного точит острая булавка. Саар со мной. Но часть его даже рядом со мной решает груз непосильных проблем.

Потягиваюсь на шелковых простынях.

– Определенно, моя жена жуткая соня, - его тихий смех в губы отзывается по всему телу истомой.

– А ты привык вставать ни свет, ни заря, - парирую, удобнее откидываясь на подушку и рассматривая его лицо над собой.

Красивый разлёт бровей, серые бездонные глаза, мягкие скулы, правильные аристократические черты. Молод и притягателен. Я хочу любоваться им вечно… Но против воли опять вижу образ Риата. Проклятье! Почему я все время вспоминаю этого тюремщика?

– Что? – Только сейчас различаю, с каким предвкушением изгибаются губы Саара.

– Необычное выражение. Я его раньше не слышал.

– «Ни свет, ни заря»?

– Оно. – Муж жадностью рассматривает Истинную при свете дня. Лицо. Шею, острые косточки ключиц, обнаженную грудь с розовыми вершинками.

– Это старое тирианское выражение. – Нахожу что ответить. – Никогда раньше не слышал?

– Не довелось.

Саар усмехается и накрывает меня собой. Целует долго, пробуя на вкус, позволяя ощутить, как много элейна значит для будущего императора Шен-Ани. Одним поцелуем муж не ограничивается. Скользит горячим языком по подбородку, оставляет теплые дорожки на предплечьях, а затем накрывает мою правую грудь губами, вбирая ртом тугую горошинку.

По телу пробегает волна удовольствия.

Зарываюсь пальцами в его распущенные белоснежные локоны, от чувственных ласк выгибаюсь навстречу. Нет, что-то не так. Нечто темное тяготит Истинного. Не позволяет расслабиться в полную силу.

–