Главная проблема космического босса - Ксения Хоши

клокочет гнев. Мне два месяца придется таскаться с этой девицей, когда нужен будет кейс. Но ничего. Однажды Вэйд сделает мне новый кейс.

Она зажмуривает глаза. Порывисто выдыхает.

— И что теперь? — выдавливает следом.

Я подхожу и кладу руки ей на плечи.

— Теперь, Кейлана Элмери, ты летишь со мной, — произношу твердо, но не строго, чтобы больше не пугать.

Она не может больше сопротивляться. Плечи сникают, её воля рушится под тяжестью неизбежного. Она понимает, что выбора у неё нет.

Кейлана знала, что натворила, но не думала, что это будет иметь последствия. Она виновата, но причины её страха я все равно не понимаю, однако впитываю его, а ещё вину и напряжение, находя в этом определённое удовольствие. И тут же одёргиваю себя. Я здесь не для этого. Я здесь, потому что она теперь — мой ключ, моя собственность.

— Ты будешь моим личным ключиком, Кейлана, — добавляю ласково и двусмысленно, наслаждаюсь, как замирают её губы, как щеки начинают краснеть.

Она опускает глаза и резко отворачивается. Смущается. Шрад. Я ловлю себя на том, что и её смущение мне нравится.

— Собирайся, — мягче, но всё ещё повелительно приказываю я. — Мы вылетаем через два часа, а тебя, — окидываю её критическим взглядом, — нужно ещё одеть как подобает.

Она не спорит, потому что теперь понимает, что бессмысленно.

Я жду, пока она начнет переодеваться, но она не двигается. Только испуганно смотрит на меня.

Вскоре доходит. Смущается. Я забыл, что она землянка. Для вексианок нет такой проблемы, они проще относится к наготе и не чувствуют такого стыда. В нашей культуре сдержанность возведена в абсолют. А вот нежные землянки, в отличие от вексианок, похоже, гораздо эмоциональнее относятся к личным границам.

Приходится сделать усилие над собой, чтобы не усмехнуться.

— Я подожду на кухне, — говорю ровно и направляюсь в небольшой коридор, откуда ведет дверь на кухню.

Замечаю у стены небольшую собранную дорожную сумку. Кейлана куда-то собиралась? Что ж, ей придется изменить планы.

Кухня тут тоже крошечная. Узкая, тесная. Как тут можно что-то приготовить, при это не наставив себе ожогов?

Невольно осматриваюсь, пока жду. Всё здесь… простое. Минимум мебели. Небольшой холодильник, стол и два стула. На столешнице стоят аккуратно расставленные контейнеры с едой. На одной из полок — пакет с крупой. Рядом — баночка с дешёвым растворимым кофе.

Я смотрю на продукты, которые она ест, и понимаю, что это всё низкосортное питание. Не вредное, но и не особенно полезное. Неудивительно, что земляне живут так мало.

Мозг машинально просчитывает уровень доходов работников её уровня. Зарплата аналитика в её отделе вполне могла бы позволить ей питаться лучше, но она явно экономила. Почему?

Скольжу ладонью по столу — он безупречно чистый. Как и вся квартира.

В этом есть что-то… правильное. Приятно, что Кейлана такая собранная. Я ожидал увидеть хаос. Бардак. Но здесь абсолютный порядок, пусть и в ограниченных условиях.

Я проникаюсь лёгким уважением.

— Ксинт Арден… я готова, — из-за спины доносится голос Кейланы.

Я оборачиваюсь.

Она стоит в проёме. Халатик сменила на простое, но элегантное тёмно-синее платье. Оно подчёркивает изгиб её талии и длину ног. Бренд. Хоть и не новая модель. Вероятно, она купила его в стоке. Достаточно хорошо… для её уровня жизни. Но не для визита к Груулу.

Я молча смотрю на неё несколько секунд, оцениваю. Затем чуть пренебрежительно киваю.

— Это не подойдёт, — произношу строго. — Мы заедем в бутик.

Она моргает и, кажется, насупливается, но ничего не говорит. Умница. Поняла, что спорить бесполезно.

Я возвращаюсь за кейсом и направляюсь к выходу. Она идёт следом, а через несколько минут мы уже в моём личном гравимобиле, скользящем к верхним уровням станции.

Мы выходим из её квартиры, она с тихим вздохом вводит запечатывающий код. Мне нравится её понятливость!

Я пропускаю её вперед, вскоре мы оказываемся на проспекте у моего гравимобиля. Открываю ей дверь и галантно подаю руку. Хотя в нашей культуре это не принято, я имею дело с землянкой, а значит, стоит соблюдать этикет.

Сажусь за приборную панель и вывожу машину с нижних уровней. Уверенно держу вверх. Мягко приземляюсь на проспект третьего сверху уровня аккурат напротив самого известного бутика «Белиссима». Я завожу Кейлану внутрь.

Здесь всё дорого. Глянцевые поверхности, мягкий свет, вышколенные консультанты в идеально сидящих костюмах.

Я бросаю взгляд на Кейлану. Она не теряется. Вместо того чтобы смущаться или робеть, она осматривается с лёгким интересом.

Любопытно.

Её жизнь явно далека от таких мест, но ведёт она себя так, словно часто бывала в подобных магазинах. Это… впечатляет. Хм. Ещё одно очко в её пользу.

Она проходится вдоль стоек и с сосредоточенным интересом осматривает наряды. Смотрит, надо сказать, только на строгие и деловые, но ей выбирать я не позволю. У меня есть свое видение помощницы, и она будет ему соответствовать.

Быстро осматриваю ряды одежды и подзываю консультанта. Выбираю светлое приталенное платье с широким ремнём. Оно выполнено из плотной ткани с глянцевыми вставками из нанофибры, которые отражают свет и подчёркивают статус вещи.

— Примерь, — коротко приказываю Кейлане, и консультант протягивает ей платье.

Она молча берёт платье и исчезает в примерочной. Мне все больше нравится её исполнительность. Хотя я подозреваю, взрыв ещё грядёт.

Через несколько минут Кейлана выходит.

— Покрутись, — велю лениво и делаю круг пальцами в воздухе, а сам… любуюсь. Красивая картинка притягивает взгляд как магнитом.

Я скольжу по ней взглядом и ловлю себя на том, что залип. Нет, и прошлое синее платье ей шло, но это… Прямой горизонтальный вырез открывает нежные ключицы, шея кажется длиннее и беззащитнее. Широкий ремень подчеркивает талию, а подол облегает аппетитные бедра.

Кейлана завершает оборот, и я киваю. Да. Теперь она выглядит как надо.

— Берём, — говорю я консультанту, доставая платёжный модуль, и добавляю: — Девушка уйдет в этом платье.

Кейлана открывает рот, словно хочет возразить, но передумывает. Вот и первое несогласие.

— Передай консультанту свое платье, Кейлана, — велю ей и иду в сторону касс.

Она одаривает меня сердитым взглядом, но подчиняется. Её задевает, что я решаю за неё? Или она хотела другое платье? Неважно. Она потеряла моральное право возражать, когда по ее вине, пусть и косвенной, испортилась дорогостоящая единственная в своем роде техника.

Я расплачиваюсь, и у Кейланы глаза лезут на лоб от суммы, которая высвечивается