Академия Космического Флота: Спасатели - Селина Катрин

на кроватях. Кто-то матерился на чём Вселенная стоит, детского плача, к счастью, на этот раз не раздавалось.

В лазарете подвывала Багила. Какой-то осколок металлического прута воткнулся ей в ногу, когда она ловила шварха под предводительством Селвина, и теперь девушка неумело обматывала бинтами стопу, тратя последние запасы медикаментов. Я вздохнула, села на корточки около красотки и принялась разматывать странное сооружение, больше похожее на плохо сложенный рулон ткани.

— Ты рану обрабатывала? — спросила, отбросив всякие расшаркивания.

— Д-да. — Девушка всхлипнула. — В первый раз Селвин помог, но бинты испачкались, надо поменять…

— За что вы его так побили-то, если он тебе помог?

Багила отвела взгляд, прикусив губу.

— Я не била. Это были Венцеслав и Агап из двенадцатой каюты.

— Но упала в обморок, когда увидела его три пары рук, — укоризненно сказала и присвистнула, осмотрев рану. Небольшая по площади, с монетку, но очень глубокая. Как только прут насквозь стопу не пробил? Хорошо, что Селвин обработал сразу: от таких травм без должной медпомощи на Захране гангрены начинались.

— Но ты не сказала, что он урод! — внезапно начала защищаться соотечественница. — Ты обязана была!

Я изумлённо подняла брови.

— Что, простите?

— Кристина, ну ты же человек! Девушка! Одна из нас! — тем временем продолжала бросаться обвинениями захухря, чем ещё больше поразила: оказывается, она знает моё имя, но до сих пор предпочитала его не употреблять. — Как ты могла промолчать о том, что половина экипажа, а точнее, почти весь — уроды?!

— Они — не уроды, — сказала я, жёстко затягивая бинтом ногу. — И на их способности управлять «Солнечным ветром» внешность не влияет. Наоборот, благодаря тому, что у Селвина три пары рук, он может одновременно делать то, с чем бы ты физически не справилась.

Багила пристыженно замолчала.

Я закончила работу и направилась в инженерный отсек. Аскелл на этот раз выглядел совсем уж уставшим. Темно-серые мешки под глазами свидетельствовали о том, что парень ещё не смыкал глаз. Но на еду он набросился, словно голодал трое суток — не меньше. На выходе в дверях я столкнулась с Дениз, которая пришла из рубки подменить Лесли.

— Ой, да ладно тебе, ты же тоже не спишь всё это время, — вяло отмахнулся Аскелл.

— Я подремала в кресле пилота, а тебе надо поспать хотя бы пару часов, — настаивала цваргиня. — Отремонтировать компрессор я уж как-нибудь справлюсь.

— Ну вот иди и поспи сама.

— Нет, Аскелл, ты должен отдохнуть. Ты наш главный механик, не приведи ещё какая беда при посадке случится.

— Я дотяну до посадки.

— Ещё сутки?

— Да тут ерунда осталась…

— Вот ерунду я и отремонтирую. Поспи!

— Ты девушка, тебе важнее.

— Я цваргиня, мы быстрее восстанавливаемся, а ты — человек.

Спор о том, кто должен отдыхать первым, показался мне бесконечно трогательным. Я и раньше замечала, что восьмая группа умеет работать как единый механизм, но сейчас впервые осознала, насколько эти гуманоиды близки: даже в такой ситуации онизаботилисьдруг о друге.

Когда Аскелл был выдворен за границу инженерного отсека, цваргиня обернулась.

— Прости, Крис, — сказала она, шумно выдохнув и поправив выбившуюся из узла волос прядь. Как и у всех на борту, у Дениз не было времени принять душ и сделать элементарные бытовые вещи, но даже такая — уставшая, в комбинезоне в пятнах и с наскоро собранным пучком на голове, — она выглядела лучше, чем любой член экипажа.

— За что? — Я растерялась.

— За то, что сомневалась в тебе.

Цваргиня взялась за ящик с инструментами и начала подбирать насадку на гайковёрт нужного диаметра. Я так и стояла, глупо хлопая ресницами и не понимая, что происходит.

— На, подержи, пожалуйста, — внезапно обратилась леди Деро, протягивая громоздкие щипцы и зажатый в их лапках силиконовый лист с дыркой посередине.

Я молча взяла то, что протянули, и по жесту поднесла к покрасневшей от жара трубе. Из сочленения труб вырывалась струйка пара. Цваргиня перехватила гайковерт поудобнее и принялась прямо поверх силикона накручивать необычной формы алюминиевый колпак с резьбой внутри. Я смотрела на всю эту конструкцию и диву давалась, как можно вообще разобраться во всех этих трубах. Но лейтенант Деро явно понимала, что делает.

— В начале года, когда Ивес сказал, что ты не вернёшься в Академию, я очень сильно на тебя разозлилась, — внезапно продолжила она. — Я думала, что ты недостойна Ива, раз вот так бросила нас и его… Признаться, даже тогда, когда Адам Бланк сказал, что у тебя проблемы с ментальным здоровьем, я допускала, что ты по каким-то одной тебе ведомым причинам разыгрываешь весь этот фарс.

Вот тебе ра-а-аз…

Да, конечно, с Дениз я по возвращении на КС-700 почти не общалась, но…

— Я прощу прощения, — повторила цваргиня. — И спасибо за то, что помогаешь. Твоя помощь в текущей ситуации бесценна.

— Да разве я могла бы поступить иначе? — пробормотала я потрясённо.

Дениз проверила, кто колпак сел плотно, и вновь полезла в ящик с инструментами.

— Четырёх спасательных капсул на «Солнечном ветре» не хватает.

Я несколько секунд туго соображала, что значат эти слова. Как не хватает? Почему? Недокомплектовали корвет? Или швархи добрались?

— Люди взяли сразу несколько комплектов пайков и по дополнительному баллону кислорода. Столько, сколько вместилось.

И только сейчас до меня дошло,чтосказала Дениз.

— Несколько пассажиров покинули корабль?!

— Да. — Цваргиня поморщилась. — Мы решили не скрывать ситуацию, рассказали всё как есть. Люди вольны выбирать, хотят они попытаться добраться на разваливающемся корабле или же спастись в капсулах. Они так и так подняли бучу, когда узнали, что экипаж состоит не из захухрей.

— Идиоты! — Я застонала.

Однако Дениз покачала головой.

— Не уверена, что они идиоты…

— Что? Но почему?! Мы же летим!

— Шансы добраться до Техора пятьдесят на пятьдесят. — Цваргиня опустила взгляд в пол и качнулась на носки и обратно. — Швархи стремительно размножаются. Мы их пытаемся отлавливать силами пассажиров, но, понятное дело, всех не выловишь, а они грызут уже не только радиоактивные металлы, но и провода, сам корабль. Часть семян растений, которую перевозила какая-то семья, съедена, я даже обглоданный деревянный стол видела. А поймать их ужасно сложно… Быстрее ящериц или крыс!

Один хвостатик неожиданно бросился в глаза. Подтверждая слова Дени, он