Испытание - Трой Деннинг

— Арту, дай нам координаты.

R2-D2 ответил отрицательным писком, затем загрузил отчёт о маршрутизации на дисплей пилота. Он показал, что сообщение прошло только через один маяк-ретранслятор.

— Откуда бы оно ни пришло, место отправления определённо близко, — заметила Лея, уже чувствуя, что начинает разрываться между Ханом и Охали. Она не собиралась улетать без Хана, но первым законом космических путешествий было реагировать на сигнал бедствия. И на этот раз в беде был джедай. — Она должна быть меньше чем в световом годе отсюда.

R2-D2 выдал подтверждающее чирикание. На дисплее появилась схема, показывавшая маяк-ретранслятор в пределах четверти светового года от «Скрэг-Халла», где-то в пределах 140-градусной дуги в сторону кормы.

— Почему позади нас? — поинтересовалась Лея.

На дисплее появилась ещё одна диаграмма, показывавшая местоположение каждого маяка-ретранслятора поблизости. «Ормни» висел на самом краю Сети, и за ним не было ничего, кроме огромного пузыря неизведанного Разлома. Поскольку сообщение пришло по радиомаяку, оно должно было прийти сзади них.

Лея начала чувствовать себя ещё более обеспокоенной и одинокой. Она не могла сосчитать, сколько раз стояла на краю пропасти, глядя вниз, в её чёрное сердце. Но раньше это никогда не чувствовалось так буквально — возможно, потому, что Хан обычно был рядом, вглядываясь в темноту вместе с ней.

Прерывая размышления Леи, Люк спросил:

— Арту, есть ли какие-либо признаки того, что джедай Сорок всё ещё на своём корабле? И жива ли она?

Дроид ответил отрицательным писком.

— Тогда, возможно, это ловушка, — сказал Люк. — Гев могла найти наш следящий маяк.

— Скорее всего, — поправила Лея, но её сердце подскочило к горлу. Если бы Крефы знали о следящем маяке, то ожидали бы, что они с Люком предпримут попытку спасти Хана. — Не очень-то я верю в то, что Охали Сорок просто случайно попала в беду где-то рядом, пока мы с тобой пытаемся проникнуть на борт «Ормни».

— Верно. И если бы с ней что-то произошло так близко прямо сейчас, мы бы почувствовали это в Силе, — Люк сделал паузу, чтобы подумать. По мере того, как он рассматривал возможные варианты судьбы Охали, его лицо становилось всё более печальным и обеспокоенным. — Это не совпадение. Они захватили «невидимку» Охали и пытаются использовать его, чтобы выманить нас.

— А если у Крефов «невидимка» Охали… — Лея позволила фразе оборваться, пытаясь разобраться с подоплёкой этого сигнала бедствия, а затем, наконец, спросила: — Люк, а как насчёт Бена и Тахири? Если они искали Охали, то, возможно, сами наткнулись на Крефов.

Люк покачал головой.

— С ними всё в порядке, — заверил он. — По крайней мере, Бен чувствовал себя хорошо, когда я пытался вызвать его.

— Когда ты это делал? — спросила Лея. Ей не нужно было спрашивать, как Люк пытался вызвать своего сына. Чувствительные к Силе родственники обычно могли чувствовать друг друга на огромных расстояниях. — После того, как они забрали Хана?

Люк кивнул.

— Перед тем, как мы покинули «Голубую звезду», — ответил он. — Я подумал, что нам не помешало бы подкрепление.

Люку не нужно было добавлять, что узнать, действительно ли Бен понял, чего он хочет, было невозможно. Несмотря на всю свою мощь и таинственность, Сила могла дать лишь смутное представление о состоянии любимого человека — это не была сеть связи.

— Подкрепление не повредит, — согласилась Лея. — Но даже если Бен и Тахири ещё не столкнулись с Крефами, меня беспокоит этот сигнал бедствия. Нам нужно предупредить их.

— Может быть, — ответил Люк. — Дай мне подумать.

Он замолчал, без сомнения, размышляя над той же дилеммой, что и Лея. Попытка предупредить Бена сейчас — даже обратившись к Силе — могла известить врага об их собственном присутствии. Это поставило бы под угрозу их попытку спасти Хана и могло подвергнуть его ещё большей опасности. Лея думала, что отказаться от попытки спасения будет невыносимо, но при этом не могла и рисковать жизнью своего племянника-подростка ради спасения жизни мужа.

— Люк, — сказала Лея. — Тут не о чем думать. Бен ответит на этот сигнал…

— Бен — рыцарь-джедай, — перебил Люк. — Как и Тахири. Если бы я не верил, что они справятся с подобными ситуациями, я бы их не посылал.

— Люк, мы знаем, что это ловушка. Хан не хотел бы, чтобы мы рисковали Беном…

— И Бен не хотел бы, чтобы мы жертвовали Ханом, — сказал Люк, снова прерывая её. — Но это не их решение и даже не твоё. Это решаю я — а я верю в Бена и Тахири.

Лея замолчала, не зная, благодарить ли Люка или спорить с ним. Независимо от того, что они сделают, они подвергнут кого-то серьёзной опасности — что, вероятно, было именно тем, что задумали Крефы.

Пока Лея пыталась привести в порядок свои мысли, Люк повернулся к R2-D2 и спросил:

— Сколько времени потребуется, чтобы сигнал бедствия достиг «Сокола»?

Ещё до того, как он закончил вопрос, желудок Леи сжался. Лэндо и Омад ждали на борту «Сокола», всего в двух световых годах отсюда, и у них не было в распоряжении Силы, способной предупредить их. Когда сигнал бедствия Охали достигнет «Сокола», они, без сомнения, отзовутся на него — и полетят прямо в ловушку Крефов.

R2-D2 потратил несколько секунд на вычисления, а затем неуверенно заёрзал. На дисплее пилота появилось короткое сообщение. МИНИМУМ ДВАДЦАТЬ МИНУТ. МАКСИМУМ НЕИЗВЕСТЕН.

Они на мгновение задумались над ответом дроида, затем Люк сказал:

— Я думаю, мы поступим так. Даже если сигнал бедствия достигнет «Сокола» всего