Сергей Жарковский - Я, Хобо: Времена Смерти

- Капитан, в балке есть живые, - говорю я. Я опомнился вот только что. - Команда на отказ подана под ключом "Администратор". Вручную. Я совершенно уверен, капитан.

- Я согласна с Марком.

- Вы, реябтки, вообще-то пробовали вызывать балок? По радио, например? А? Байно? Не БВС, а людей. Не пробовали?

Пот на мне леденеет, словно спецкостюм раскрылся. Такого стыда я не упомню, когда испытывал. Мне не остаётся ничего, как признать наш космический гений:

- Ответ отрицательный, капитан.

Мьюком начинает критический комментарий наших действий - в очень хорошем темпе, и женский войс нам правильно воспринимать критику не мешает. Обстановка на "Сердечнике", безусловно, накалилась за крайние сутки, капитан Мьюком - космач очень серьёзный, но он не отдыхал вообще, и выступление его в нашу честь непечатно настолько, что целомудренный макрософтовский синтезатор, не успевая подбирать замены в реальном времени, через тридцать секунд просто включает в эфир сплошной спик, что немедленно у Мьюкома отображается на пульте. Он останавливается. Да, он останавливается, подбирает другие слова, выражающие те же мысли. Подобрав - продолжает, то есть повторяет:

- Байно, возвращайся на грузовоз. Операцию спасения проводить по тяжёлому варианту. Собирай катер, наводи к стыковочному узлу катера адаптер. Будешь брать балок взасос. Матулин, кибер-пасс готовить для горячего абордажа из адаптера. Мелани-По, снотворный газ готовить. При малейшем неадеквате предполагаемых бенганнов нейтрализовывать с любой степенью жёсткости. Как поняли, "ОК"?

- Но мы хоть попытаемся вызвать балок по радио? - спрашивает Нота. - Товарищ капитан? Или нет? Не попытаемся?

- (…), - вежливо и утвердительно говорит Мьюком.

- А воздух, капитан? - спрашиваю я. - Трое суток у нас.

- Разберёмся, - говорит Мьюком.

- ОК, понял вас. Кирилл, прямо сейчас, выкрути из синтезатора мозги, - приказываю я. - Достал он голосить по-женски.

- И это важно… - поддерживает меня наш капитан.

end of file

ввести код

40808

код принят

file 1.5

created: 16.09.124 UTC

current music: Badfinger: "Wish You Were Here"; Badfinger: "Ass"

txt: выживание - основная работа на Трассе. Чаще, чем хотелось бы, то там, то сям, то потому, то поэтому, космачи попадают в ситуации, когда их необходимо спасать. Отсюда пошло, что на Трассе есть особенно любимые сказки. Все мы, без исключения, знаем наизусть и любим сказку про Бена Ганна, как его бросили на острове в океане, и он там выжил четыре года, и как его спасли, и как был он своим спасителям благодарен: все мы всегда надеемся на лучшее, и сказка про Бена Ганна - любима нами. Есть сказка менее любимая, но гораздо более популярная. Дело там в следующем. Волшебное существо джинна запечатывают в ёмкость "кувшин" и топят в море. Внутренняя эволюция духа несчастного в ожидании спасения (самостоятельно он выбраться не может) очень показательна и психологически достоверна - о чём свидетельствует опыт Трассы. Там так: первая тысяча лет: все сокровища царей земных спаситель имеет получить от джинна, явившись на помощь. Вторая тысяча: кризис, вероятный спаситель приобретает в воображении джинна признаки божества, джинн готов безоговорочно признать за спасителем навечно права сюзерена и выполнять любые его желания. Третья тысяча и далее: кризис, и спаситель становится врагом, самым главным врагом, самым желанным врагом, мучителем, и благодарность - отныне - смерть.

Спасаемые бывают живые и мёртвые. И те и другие бывают активные и пассивные. (Мёртвые бывают активными реже, чем живые, но бывают.) А живых мы делим на бенганнов и джиннов. Бенганн, пассивен он или активен, для спасителя безопасен. Джинн пассивным не бывает, и он опасен всегда. (Третья категория спасённых - называемая "гнор" - в жизни не встречалась ни разу. Ну, помните: "Вы могли встретить труп, идиота и человека. Я не труп и не идиот", - отсюда название.)

Мьюком прав. Спасаемых необходимо нейтрализовывать сразу, а при сопротивлении - или любой другой экзотической реакции на спасение - с какой угодно степенью жёсткости, вплоть до огня на поражение. Разбираться, кто спасённый - джинн или бенганн, - лучше после, в спокойной обстановке.

Бенганн, информационно изолированный более пятидесяти суток, превращается в джинна со степенью вероятности близкой к единице, независимо одиночка бенганн или их группа (группа джиннится даже с более высокой отчётливостью). На Трассе известны несколько десятков случаев долговременного выживания. Выживали и одиночки, и группы. Их эпопеи длились от среднего месяца полной изоляции до четырёх средних лет. Самый старый и знаменитый случай - как раз четырёхлетний. В анналы Трассы он вписан как "ПП", или "Пётр Полотно", или, соответственно, "Полный (…)[16]".

Сколь бы ни маловероятно было событие, оно произойдёт, если в сознании достаточно массивного социума относится к ряду катастрофических. Чего боялись, того и наглотались - космическая мудрость прямого действия. Дистанция II, ЕН-5016, проксима Корабля. Век с четвертью назад. Форвард "Ключ-1", сходя в риман системы, врезался в мирно дрейфующий на эллиптической скорости сорокатрёхкилометровый астероид-шатун с наклоном орбиты в 54 градуса. Столкновение было лобовое, а "Ключи" тогда строили монокорпусными. Погибла Первая вахта. Астероид подхватил звездолёт и понёс, так "удачно" получилось. Ведомый, "Ключ-3", провёл спасательную операцию на поверхности астероида, продолжавшуюся - месяц. Без вести пропавшими были сочтены тридцать человек. Затем руину звездолёта обозначили на будущее "факелами", рассчитали орбиту шатуна, а сами благополучно отступили, следуя инструкции, в стартовую систему. Такие были вегетарианские порядки сто двадцать пять лет назад. Повторно Дистанцию взяли через год - большой группой, ажнак в три форварда. Ещё год конкиста осваивала Первую Площадь. Только когда закончилась стройка Порта-Финиш, то есть ещё через два года, дошли руки до обследования погибшего в целях положительной утилизации: формированный металл, оборудование, припасы, етс… Грузовоз, подошедший к астероиду и готовивший приняться к грунту вблизи руины, внезапно получил в скулу заряд тяжёлого света - из тьмы развалин. Это старший техник Пётр Полотно выжил на "Ключе" и вступил в бой. История выживания и диагноз его агрессии были реконструированы и стали широко известны, вошли частями своими в инструкции и учебники по самоспасению и достойны отдельного рассказа, здесь же важно, с каким трудом (и с какими человеческими жертвами!) удалось джинна Полотно… нет, не спасти, слово не подходит… захватить! Джинн астероида Полотно решительно отказался от переговоров. Джинн астероида Полотно бился с инопланетными захватчиками свирепо и остроумно, а также - мистически и фантастически. Некоторые версии устных преданий повествуют об оживших беспощадных мумиях, ползущих в тенях между скалами к грузовозам, о невесть откуда взявшихся у джинна ракетах с ядерными боеголовками, о беспилотных ботах-камикадзе, о каких-то замёрзших цветах… В конце концов, джинн Полотно потерпел поражение - ресурсы были неравными… Его спасли. То есть захватили, усыпили, привезли в госпиталь и принялись лечить. Он умер (впав в жестокий кафар) спустя несколько недель. Особое мнение члена имярек комиссии по расследованию вошло в официальный отчёт и потом приобрело статус закона. "Отныне мы обязаны относиться к попавшим в изоляцию космачам с предельным недоверием по умолчанию". Устные предания продолжают: "Мы совершили глупость, если не сказать подлость. Ничего не было на "Ключе", ради чего стоило терять одиннадцать человек, грузовоз и самого спасаемого. Нам следовало, сообразив ситуацию, оставить его в покое: он создал себе мир, он защитил его, и он заслужил его". Устные предания - значимая в Космосе штука. Мы им доверяем часто и больше, чем меморандумам администраций и методологической литературе, издаваемой в метрополии курам на смех (куры - это носители яиц).

Я задержался на балконе, не сразу начал отход. Не надо думать обо мне - тогдашнем - неправильно. Не играл я этакого индивидуала, озабоченного лишь претворением в жизнь высшего собственного мнения, искажаемого наличием недобросовестного к нему, мнению, отношения некомпетентных в ситуации окружающих. Провидение, в коее я теперь верю, безусловно, бросило свою дробинку на весы, но тогда-то я ничего такого и знать не мыслил. Я был космонавт на работе! Мьюком мало того что капитан, начальник экспедиции и будущий губернатор, так он ещё и прав был, и я намерен был подчиниться. Время операции резко увеличивалось, но риск, который возможно свести к стандартному значению, сводится неукоснительно и безоговорочно, иначе совершается преступление. Универсальный стыковочный агрегат бота позволял прямую стыковку "на корпус". Взять балок "на корпус", "обсосав" шлюзовую камеру целиком, не торопясь, под давлением вскрыть люк - для того механизмов у нас достаточно… Затем впрыскиваем в балок наркотик, и - в масках - вперёд. Классический абордаж. Почти безопасный - и для спасаемых, и для спасателей.