Главная проблема космического босса - Ксения Хоши

И в этот момент слышится глухой грохот, пол подпрыгивает и уходит из-под ног. Коридор трясется, его заливает красный свет. Взвывает сигнал тревоги. Всё шатается. Я падаю и больно бьюсь головой о стену.

Сквозь подступающий мрак вижу летящий на меня град осколков. Тело пронзает острая боль, и тьма поглощает сознание полностью.

Я качаюсь на темных волнах. Вокруг мрак и холод. Непонятно, где верх, а где низ. Неясно, сколько времени я так барахтаюсь во тьме.

Сознание возвращается вдруг, как вспышка.

Открываю глаза. Сначала ничего не могу разглядеть, всё размыто. Постепенно глаза фокусируются, а мозг начинает воспринимать окружающую обстановку.

Я в светлой эргономичной капсуле. Надо мной прозрачная крышка. Стоит мне пошевелиться, как над головой на стеклянной поверхности загорается дисплей.

Я в ужасе! Сколько я так провалялась? Сколько времени упустила? Вдруг меня уже нашли? Да что уж там, наверняка нашли! Не случайно же на станцию напали! Я просто уверена, что это нападение, а не несчастный случай.

На мне больничная пижама из простой и приятной ткани на голое тело.

Мне срочно надо выбираться и бежать. Не знаю как, куда и на какие деньги, но каждая секунда только на руку моим преследователям. В панике стучу ладонями по крышке изнутри.

Крышка отъезжает. Я хватаюсь за края капсулы, подтягиваю себя и резко сажусь. От порывистого движения голова немного кружится, поэтому я не сразу замечаю в одном из кресел напротив человека.

Это Вэйд Арден. Он сидит в расслабленной позе, откинувшись на спинку, положив руки на подлокотники. Ощущаю его острый, буравящий взгляд, который буквально пронзает меня.

— С возвращением, ксинта Элмери, — спокойно приветствует меня Ардэн. — Рад, что вы наконец-то с нами и сможете ответить на вопросы.

Я сглатываю. Всё тело покрывается мурашками от его спокойного голоса. Я продолжаю сидеть в капсуле и испуганно таращиться на босса.

А он медленно встает. Какой же он высокий! Направляется к капсуле. Движения мягкие и плавные, как у тигра. И вот он уже возвышается надо мной. Я не могу оторвать взгляд от его черных бездонных глаз.

Под ними мне хочется съежиться, превратиться в бусинку и закатиться куда-нибудь в темную щель. Вот только на Астронексе нет щелей. Это высокотехнологичная совершенная станция.

В этот миг дверь с тихим шумом отодвигается, и в палате появляется молодой Векс в медицинском костюме с планшетом.

— Ксинт Ардэн, позвольте, я осмотрю пациентку, — просит он.

— Только быстро, — бросает тот и отходит на шаг.

Врач помогает мне выбраться из капсулы. Доктор осматривает мою кожу, сканирует тело, измеряет пульс и заключает:

— Ксинта Элмери в норме. Можете приступать к допросу, — с этими словами он покидает помещение.

Дверь задвигается. Ардэн касается часов, и вдруг слышится бип магнитного замка.

К допросу? Волоски по всему телу вздыбливаются от ужаса. Дыхание на мгновение замирает, сердце делает кульбит, а потом пускается вскачь. Палата начинает качаться.

Вэйд Ардэн дергает одним уголком рта и затем холодно бросает, указывая на второе кресло:

— Сядьте, Кейлана. Мне не нужно, чтобы вы снова потеряли сознание.

Ощущая дрожь во всем теле, опускаюсь на самый краешек сиденья. Руками упираюсь по бокам и немного наклоняюсь вперед. Шарю взглядом по ксерлитовому полу, будто пытаясь найти изъян.

— Смотри на меня, Кейлана, когда я с тобой разговариваю, — требует он стальным тоном.

Ну вот… От вежливости не осталось и следа. Если у меня и была какая-то надежда, что наша беседа пройдет по верхам, теперь она испарилась. Медлю, но все же поднимаю взгляд, встречаясь с обсидиановыми глазами босса.

А он в это время берет со стола странного вида перчатку и надевает ее. Подобно хирургу, он натягивает на правую руку.

У меня расширяются глаза. Это плотная черная перчатка из мягкого матового материала. Эластичная и непрозрачная. На тыльной стороне ладони поблескивают неоновые элементы, которые сейчас светятся нейтральным голубым цветом.

Я не отрываю взгляд от его ладоней с длинными красивыми пальцами. Что-то внутри стонет и сжимается при виде руки в перчатке, хотя я могу лишь догадываться о её назначении.

Арден направляется ко мне. А я опускаю взгляд, потому что пульс шпарит в ушах, а сердце тяжело бьется в ребра. Ладони леденеют и становятся скользкими.

— Итак, Кей-лана, — он странно перекатывает имя на языке, словно смакуя, — расскажи-ка, что ты делала на моей станции.

— Работала в отделе адаптации… — мямлю заплетающимся языком. Это чистая правда.

Он несколько секунд молчит. Анализирует. Потом раскрывает ладонь в черной перчатке и чуть манит пальцами.

Я понимаю это как требование вложить в неё свою руку. Боязливо вкладываю свою ладонь в его, и он тут же захватывает её пальцами. Стискивает цепко, но не больно. Держит.

— Подробности! — требует холодным тоном.

— Адаптировала рекламные тексты и коммерческие предложения для работы с клиентами-землянами и иными неаналитическими расами, — немного запинаясь лепечу я.

Он переворачивает свою ладонь в черной перчатке огоньками вверх и смотрит на индикацию. Зеленые.

— Кто тебя подослал? — голос Ардена становится скрипуче требовательным, но смотрит он только на перчатку.

— Ни… никто, — я от страха даже заикаюсь, а потом зло берет от этого допроса. — Я сама устроилась, чтобы заработать денег!

Пытаюсь вырвать руку, но он держит слишком крепко. Огоньки на перчатке по-прежнему зеленые.

— Как ты устроилась в мою компанию, Кейлана? — Арден не ослабляет хватку, но обращение по имени вдруг выбивает почву из-под ног.

Я ослабляю попытки вырваться. В глазах выступают слезы от страха, что он сейчас спросит про атаку на станцию или почему я захотела уволиться. Мне никак нельзя рассказывать о себе. Иначе меня найдут…

Я невольно смотрю на перчатку, дополнительная длинная полоска вдоль костяшек переливается густым фиолетовым цветом.

— Попала на транспорт, который доставляет сюда вахтовых работников, — сама слышу, что голос срывается.

Поднимаю взгляд на Ардена и краем глаза вижу, что огоньки на перчатке все ещё зеленые, а фиолетовая полоска почти почернела. Сердце заходится в истерике.

Арден тоже видит индикацию и явно понимает, что она показывает. Но руку не отпускает. А взгляд становится все более заинтересованным.

— Тогда почему ты вдруг решила уволиться, Кейлана? — и теперь он смотрит не на перчатку, а мне в глаза.

А я замираю, потому что если совру — перчатка меня выдаст. Если скажу правду — не представляю, что меня ожидает…

В этот момент по палате разносится