Князь-гладиатор - Янина Наперсток

екнуло и пустилось вскачь. Неважно, как называть чувства, если они есть. Он аккуратно обнял девушку за талию и притянул к себе. Глаза ее по-прежнему были огромные, но она не сопротивлялась, а даже как будто что-то ждала. И князь рискнул еще раз. Он медленно, давая Милене возможность отстраниться, нагнулся и обхватил ее губы своими. Такие упругие, такие сладкие… В ушах сразу как-то зашумело, и реальность осыпалась осколками. Он чувствовал, как ладони девушки скользят по его плечам и зарываются в волосах, и прижал ее к себе еще сильнее. Через сколько-то мгновений чистого наслаждения Милена слегка отстранилась и, уткнувшись лбом в здоровое плечо князя, прошептала:

— Время… Сейчас за тобой придут.

Таурохтар, которого только что словно скинули с небес, с тяжелым вздохом разжал руки.

— Я что-нибудь придумаю, чтобы нам скорее увидеться.

— Что? — грустно хмыкнула Милена, поднимая к князю свое такое красивое, разрумянившееся лицо. Ее глаза блестели, как роса на утренней траве. — Придешь со сломанным носом? Я… почти сразу догадалась. Не поступай так.

— Не смогу, — прошептал Таурохтар, отступая к двери, чтобы вернувшийся охранник не застал их вместе. — Я без тебя как будто не живу.

Глава 15

Внезапный поцелуй словно впрыснул в Миленину кровь любовную отраву. Она все время ловила себя на мыслях об эльфе, на воспоминаниях об их коротких минутах взаимной нежности, и от этого приливала к щекам краска, а по коже начинали бегать волнующие мурашки. Тем тяжелее получалось держать на лице строго-отстранённое выражение, с которым все привыкли врача видеть.

Если у Харома закроется хоть малейшее подозрение, он станет отслеживать каждый Миленин вдох и тогда… даже страшно подумать, что произойдет, если их зарождающиеся отношения с Рохом откроются. До субботних боев минуты тянулись безумно медленно, и девушка придумывала и тут же пресекала сотни способов, чтобы хотя бы вполглаза увидеть растревожившего душу гладиатора.

Наконец, столь нелюбимый ей ранее день боев настал. Милена с Харомом привычно пообедали в ресторане, ведя пространные разговоры про сочность телячьего стейка и покупку антикварного байка Лотос С-08. Рабовладелец был заядлым коллекционером. Но если в Обитаемой зоне миллиардеры в основном собирали предметы искусства, то Зубра интересовали старинные мотоциклы, аэроскутеры и холодное оружие. Им в личных апартаментах «хозяина» отводилось несколько обширных комнат, хотя коллекцию и имели возможность созерцать единицы — некоторые из деловых партнеров Харома по станции, начальники охраны, а также подобная высокая честь, была оказана и Милене. С появлением личного врача спина Зубра почти не тревожила, и, вероятно, таким образом, он выражал девушке признательность.

Обед плавно перешел в полдник, после которого Милена с Харомом сразу вылетели к арене. Распорядитель боев лично проводил Зубра в свой офис, где принял ставки. Такой чести удостаивалась только станционная элита. В общей массе человек десять, не больше. Милена замечала некоторые нюансы в жизни базы, к сожалению, они не приближали ее к свободе. Станция располагалась на каком-то астероиде, и единственный способ покинуть ее живым оставались космические корабли.

Сегодня почему-то Харом задержался в офисе дольше обычного, и в персональную ложу они попали уже в начале боев. Первыми проходили женские состязания по борьбе в грязи. Наверное, изначально это было больше шоу, чем бой, но когда противники стараются притопить друг друга в мелком смрадном бассейне, Милене это веселым не казалось. Зато основной контингент завсегдатаев, а также элитные «туристы»-толстосумы воспринимали подобную забаву на ура. Сейчас как раз дралась зубровская Ирис и какая-то незнакомая девица. Поскольку бои на домашней арене велись «до первой крови», а на измазанных жижей телах ее не определить, выигравшей считалась та гладиаторша, которая сможет удержать соперницу в лежачем положении десять секунд. Этого времени могло хватить, чтобы наглотаться гадости, зато для утопления, к счастью, было мало.

Ирис явно превосходила в силе, хотя сопернице как-то удалось хитростью ее два раза окунуть в грязь и там, страшно барахтающееся тело, придерживать секунд по семь. Милена разнервничалась и аж прижалась к перилам. Если у нее и имелся на станции кто-то, кому можно было хоть немного доверять, то это спасенная ею девушка. Однако оба раза Ирис таки удалось вынырнуть и в итоге, победа досталась ей. Доктор слегка выдохнула, стараясь выровнять дыхание, и отодвинулась от перил. Как же она так неосмотрительно! Если Зубр кого-то заподозрит в личных симпатиях, то станет это использовать на полную катушку.

Еще несколько боев сражались представители других «конюшен»: группой на кулаках, одиночно, парно, воины с кинжалами и щитами, против соперников с сетью и трезубцем… Наконец, объявили Мрака. Пульс резко подскочил, хотя Милена изо всех сил старалась изображать равнодушие, когда Таурохтар вышел на арену. Высокий, статный, с идеальным рельефом мышц на оголённом торсе… Его запястья защищали кожаные наручи, подчёркивающие красивые мужские руки, в одной из которых сверкал длинный меч.

Рох как и раньше, лишь на секунду кинул взгляд в ложу, но в его глазах пылали огонь и обещание. Милену аж обдало жаром. Что она там, в первый раз его увидев, решила? Что он приятный? Да, Таурохтар был прекрасен, как древние боги! Сражение началось, Милена напряглась, и боковым зрением ей показалось, что Зубр посмотрел на нее как-то подозрительно.

Бой был стремительный. Видимо, у напарника не хватало практики, потому что Рох сразу напал, и после двух едва успешных попыток закрыться, соперник проворонил укол, и кровь, из крошечного пореза выступила на его бедре. Что ж, вот бы и на межпланетных играх так повезло с жеребьевкой. Хотя даже не знаешь как лучше: ведь там можно погибнуть, проиграв, а выиграв… Рох станет одним из кандидатов на Колизей.

Кажется, за этими размышлениями доктор пропустила чей-то бой, а сейчас уже снова объявляли зубровского гладиатора. Милена, на этот раз сознательно изобразила обеспокоенность, а еще через бой, когда мимо головы Конана, чуть ли не отрезая ему ухо, пролетел дротик, даже чуть-чуть ахнула.

— Что с тобой сегодня такое? — не выдержав, уточнил Харом, недовольно приподнимая бровь.

— Что? — изобразив растерянность, переспросила Милена. — А… повышенная эмоциональность? Прости, это, наверное, от ПМС.

И она, якобы сконфузившись, опустила глаза.

— Да⁈ — изумился Харом, хотя голос его при этом стала мягче и спокойней. — Я думал, женскую проблему давно решили гормонами.

— Я стараюсь их не пить в этих целях. Не слишком полезно для здоровья.

— Логично. О будущем надо думать заранее, — усмехнулся Зубр, в глазах которого явно читалось, что