Князь-гладиатор - Янина Наперсток

Все же Милену это не расстроило. Главное — она отвела от себя подозрения, и совсем скоро они увидятся с Рохом, ведь после субботней арены участников обычно приводят на контрольный осмотр — кому антибактериалку уколоть, кому челюсть вправить. Эльфа в этот раз лечить было незачем, однако можно контрольно взять кровь на анализы и проверить, как рассасываются на укусе швы. Всего пять-десять минут — зато только их.

Глава 16

Первой на прием вошла Ирис. Девушка отмылась и выглядела хорошо и бодро, за исключением правой половины лица, которая вся была в розовых хаотичных разводах. Милена аккуратно его ощупала — швы рассасывались неплохо, однако с учетом уколотой регенералки могло бы уже и не остаться следов.

— Ирис, постарайся быть чуть аккуратнее. Я твою щеку, как пазл собирала, но боюсь, второй раз такой фокус не удастся, — попросила врач, пальпируя скулу, на которой всего пару недель назад обнаружила трещину.

— А я что? В этот раз все целое! — возмутилась гладиаторша.

— Я же вижу, как ты дралась! Это чудом!

— Я и жива чудом! — подмигнула Ирис, вставая и прихватывая кожаную куртку. Приобняла Милену за плечи и добавила: — Ты мое чудо!

— Во-первых, сядь, я еще не уколола антибактериалку! — скомандовала Милена. — Во-вторых, помни о том, что я медик, а не бог. Снова с того света могу не достать!

— Не надо антибактерилаку, а? — поежилась Ирис, покорно тут же шмякнувшаяся на стул.

Девушка, бесстрашно сражающаяся на арене и отлично владеющая катаной — боялась уколов!

— Чтобы потом от проглоченной жижи тебя всю ночь выворачивало? Нет уж, потерпи, — назидательно произнесла Милена, выполняя свою работу.

Ирис была рабыней, но не рядовым гладиатором. После того как Зубр, послушав совета Милены, выкупил умирающую Ирис у одного подонка, она стала предана новому хозяину, как сторожевая собака. И за эту преданность имела ощутимый бонус — девушка не носила ошейник, жила в отдельной каюте и почти свободно перемещалась по станции с разными поручениями от хозяина. Сбежать бы это ей не помогло, так как каждый охранник на станции знал, чья она рабыня. Да и Милена сильно сомневалась, что Ирис бы на такое отважилась.

Проводив пациентку до двери, где обычно после арены толпились гладиаторы и охрана, Милена растерялась.

— Что-то я не поняла, а где все? — переспросила она, даже специально высовываясь в пустой коридор.

— Так, сегодня же все выиграли, никто не пострадал. Хозяин сказал, что тебе нездоровится, и велел охране без нужды не беспокоить. Только ты как будто не рада?

— Конечно, рада! Просто такого никогда не случалось, вот и удивлена! — быстро собралась Милена.

— Цени! Видишь, как он о тебе заботится! — подмигнула Ирис и зашагала прочь по коридору.

Впервые, с тех пор как Милена ушла от бывшего жениха, с которым разошлась во взглядах на полигамию, ей хотелось плакать. Она несколько дней ждала и теперь опять. Следующие игры — уже межпланетные. Возьмет ли ее Харом с собой — до сих пор непонятно. Как врач она ему в перелёте не очень-то нужна — раньше ж как-то обходился, да и на транспортнике есть медкапсула. А вот захочет ли он там представить ее как свою женщину — бабка надвое сказала. Может, и лучше, чтобы не захотел, только она тут от неизвестности умрет, пока не будет знать, что с эльфом все в порядке. Так что лучше бы все-таки взял.

Дальнейшие дни слились в серую рутину. Милена работала как на автопилоте, делала Харому массаж и подобострастно улыбалась. Пыталась смотреть фильмы, сюжет которых даже не западал в голову, и механически ела то, что ей охрана доставляла из ресторана. В один из дней, кажется, это была среда, когда она сидела в медблоке перед терминалом и бессмысленно систематизировала карточки пациентов, в дверь раздался стук. После произнесенного ей разрешения, в кабинет зашел Рох и охранник.

От неожиданности Милена не смогла сдержать улыбку, хотя охранник принял это на свой счет, ответно разулыбался и поправил волосы:

— Милена Олеговна, у нас тут, кажется, легкий сотряс. Вот…

— Разберемся! — уже строго проговорила доктор, шагнула вперед и забрала пульт.

Но только она успела закрыть дверь, как тут же очутилась в крепких объятиях Таурохтара, который буквально набросился на ее рот. Складывалось впечатление, что эльф просто изнемогает от жажды, а она была водой: жизненно необходимой, податливой, льнущей… И она хотела быть этой водой! Питать, насыщать, давать облегчение и блаженство. Однако медик в ее разуме все-таки пробудился и взял свое.

— Погоди! — тяжело дыша отстранилась она от губ эльфа, прогибаясь в спине назад, чтобы лучше рассмотреть его лицо.

Правая скула оказалась изрядно припухшей, глаз красным от лопнувших сосудов, а веко отечным и полностью не открывалось.

— На что жалуешься?

— Официально — на тошноту и головокружение. Но голова у меня кружится от тебя!

— И тошнит от меня? — хмыкнула Милена. — Давай, ложись в сканер.

— Я здоров! Мне не нужен сканер! Мне ты нужна, — выпалил Таурохтар с таким чувством, что девушка тут же осознала, что предыдущий метод лечения более продуктивен.

Так они и стояли, обнявшись прямо на проходе, прижавшись к друг другу и не желая упускать ни минуты. В итоге Милена снова отстранилась первой:

— Время, Рох! Время! Давай я хоть пластырь для вида налеплю!

— Лепи, — с готовностью выдохнул эльф, чей взгляд был поддернут поволокой. — Сколько у нас еще есть?

— Минуты две, три? — с сомнением произнесла Милена, стараясь как можно аккуратнее, чтобы не причинить дополнительной боли, разгладить пластырь.

Рох приложил ее ладонь к пострадавшей щеке и поцеловал девушку в третий раз. Очень трепетно, едва касаясь, томительно-тягуче… В этом поцелуе уже сквозила горечь расставания, и каждый из них не знал, будет ли следующий и когда.

Выпроводив эльфа, Милена захлопнула дверь и, облокотившись на нее с внутренней стороны, закрыла глаза. Все тело потряхивало от возбуждения и разбушевавшихся эмоций. Боже, что она творит? Еще немного и Милена отдастся ему прямо здесь, на столе, в несчастные отведенные для приема десять-пятнадцать минут. У нее давно не было близости, и она желала ее и именно с ним. Но самое страшное ни это. Она хотела с Таурохтаром гулять, болтать, вместе готовить ужин, черт побери, может даже