(Бес)конечность - Вадим Юрьевич Панов

«умными городами», в каждом располагался собственный D-центр, обеспечивающий его жизнь, но все автономные D-центры имели прямую и постоянную связь с шестью разбросанными по планете D-Сити, из которых осуществлялся непрерывный контроль за состоянием дел. И если агломерации преимущественно строились в тёплых, но не жарких районах, то D-Сити располагались в полярных и приполярных зонах, и представляли собой колоссальные поля сложнейшей аппаратуры.

Здесь же находились штаб-квартиры всех ключевых структур управления областями. В том числе те, о существовании которых широкая публика и не подозревала. Или не считала значимыми – ориентируясь исключительно на название. К примеру, что страшного может таиться за скромной вывеской «Агентство Независимых Аудиторов»? Тем более, что работающие в здании люди ничем не отличались от заурядных офисных клерков. Но это обстоятельство замечали немногие, а кто замечал, старались о нём не говорить, сотрудники АНА держались особняком и редко посещали общедоступные центры развлечений. Общедоступные для обитателей D-Сити, то есть, сравнимые с теми, что располагались в тех секторах агломераций, которые населяли биггеры. Тем не менее, люди из АНА не часто появлялись на публике и уж тем более не заводили знакомств с местными биггерами, что объяснялось строжайшей системой отбора служащих Агентства: квалификация, личные качества, происхождение. И все три критерия должны обязательно соблюдаться. В АНА работали только выходцы из благородных семейств, те, кому не повезло родиться первенцем, кто мог рассчитывать на богатство, но не власть и чьё честолюбие требовало большего, в том числе – титул, который можно было получить, совершив нечто значимое.

Именно таким – не первенцем, но честолюбивым и упорным, был Раймонд Келли, широкоплечий брюнет тридцати лет от роду, обладатель породистого лица, обросшего традиционной для его семейства щетиной. Раймонд вошёл в кабинет лорда Саймона – управляющего атлантическим филиалом АНА и замер у дверей.

– Проходи и садись.

Хозяин кабинета указал на кресло для посетителей.

– Благодарю, сэр. – Келли уселся и вновь замер, сохраняя на лице невозмутимый вид. Даже брови вопросительно не поднял, поскольку лорд не любил суетливых подчинённых.

– Сынок, знаешь, почему ты здесь?

– Нужно провести расследование?

– Сложное расследование. – Лорд Саймон поднял палец. Он был достаточно стар, сто десять лет, но выглядел на пятьдесят – генетическое планирование и современные биотехнологии гарантировали выходцам из благородных семей от ста тридцати до ста пятидесяти лет активной, полноценной жизни. Лорд руководил филиалом уже полвека, работа ему нравилась и уходить на заслуженный отдых Саймон пока не собирался. Впрочем, желающие занять его пост в очередь не выстраивались – большинство лордов, а должность полагалась только им, предпочитало другие занятия. – Сложное, а главное – весьма щекотливое расследование, которое я могу поручить только тебе, сынок. Сделай глоток – он поможет тебе мыслить ясно.

Лорд Саймон считался большим знатоком шотландского виски и сегодня предложил Раймонду пятидесятилетний и пятидесятиградусный, островной, с острым привкусом торфа. Слуга налил в стаканы на два пальца, наполнил хрустальные бокалы чистейшей водой и удалился.

– Сынок, ты наверняка слышал о трагической гибели нашего дорогого лорда Гамильтона?

– Да, сэр.

– Несчастному малышу крепко не повезло в жизни – он был инвалид и даже наша медицина не могла ему помочь. Гамми был прикован к креслу, отказывался пользоваться экзоскелетом, но это его право, много читал… вообще был мечтательным ребёнком. Но со странностями. Он приобрёл шато в уединённом месте, напичкал его самым современным оборудованием и занялся цифровыми исследованиями. Мы приглядывали за ним, но ты знаешь – лордам положены определённые привилегии. АНА не всемогуща. Гамми имел право игнорировать наши вопросы и закрываться от нашего наблюдения. И пользовался этим правом.

– Да, сэр.

– Я не вижу в этом ничего плохого, я сам не позволяю нашим коллегам лезть в мои личные дела, но иногда даже продуманная система даёт сбой. – Лорд Саймон помолчал. – Если бы мы точно знали, что происходило и какие изыскания велись в «Инферно» – так называется шато несчастного Гамми, ты бы сейчас не сидел в этом кресле, потягивая мой коллекционный виски.

– Идеальный виски, сэр.

– Если ты докопаешься до правды, я угощу тебя действительно идеальным виски, сынок.

– Приложу все силы, сэр.

– Не сомневаюсь. – Саймон сделал глоток воды. – Я тоже ошибся, сынок: узнав о смерти малыша Гамми, я должен был сразу поручить расследование тебе, но я выбрал Сида Марда, а он, увы, последнее время меня расстраивает.

На этот раз Келли промолчал. Не потому что не хотел топить Сида, который потерял надежду войти в элиту и всё чаще прикладывался к бутылке – в перерывах между приёмом наркотиков, а потому что знал, что старый Саймон не любит наушников.

– Сид провёл расследование и доложил, что удачное нападение племени на «Инферно» объясняется сбоем в системе защиты. Его специалисты досконально изучили внутреннюю систему шато, отыскали ошибку и на этом успокоились. К сожалению, племя поторопились наказать, так что допрашивать было некого. Впрочем, этого и не требовалось, поскольку ситуация показалась очевидной. Прочитав отчёт, я согласился с выводами. Единственное, что меня смутило… меня, а не Сида, так это исчезновение Марлоу – личной нейросети малыша Гамми. Однако в коды личных нейросетей лордов иногда встраивают приказ на самоуничтожение в случае смерти хозяина, поэтому я оставил сомнения. Как оказалось – напрасно. О следующем скандале ты тоже слышал?

– Да, сэр.

– Родители Гамильтона – леди Дикла и лорд Анакин, необъяснимым образом погибли… – Короткая пауза и быстрый взгляд: – Ты должен был прочитать отчёт перед встречей.

– Да, сэр.

– Твои выводы?

– Их убили в Метавселенной.

Раймонд понимал, что произносит невозможную чушь, но знал, что ответить иначе не может – выводы специалистов говорили о том, что невозможная чушь скорее всего является правдой.

– Я боялся, что ты так скажешь, сынок.

– Простите, сэр.

– Всё в порядке. – Лорд Саймон поднялся, знаком приказав Келли оставаться в кресле, подошёл к окну, из которого открывался прекрасный вид на ледник, и продолжил: – Цифра – это основа нынешней версии цивилизации. Ты знаешь, что так будет не всегда и однажды мы отправим Сеть туда, где ей место – вновь превратим в самый обыкновенный инструмент. Но сейчас именно на ней держится всё. Я не шучу – всё. С помощью Сети мы полностью контролируем население, но самое главное – что делает Сеть основой – мы даём населению занятие. Сеть удерживает их в агломерациях тем, что позволяет реализовывать амбиции и чего-то добиваться в жизни. Они живут в Сети. Им такая жизнь нравится. А нам нравится, что они нам не мешают. С помощью Сети мы достигли идеального симбиоза с низшим сословием, и не в последнюю очередь это объясняется тем, что в Сети они чувствуют себя в полной безопасности.

– Теперь безопасность под угрозой, сэр.

Раймонд не спрашивал, но Саймон произнёс следующую фразу как ответ.

– Боюсь, что да. Вскоре после смерти Гамильтона, стали поступать сообщения о том, что в Сети происходят странные вещи.

– Расследование «Мистические явления», – коротко сказал Келли. В стакане оставался всего один глоток и Раймонд его берёг.

– Ты проводил то расследование.

– Да, сэр.

– Что скажешь?

– Массовый вброс неуловимых, невычищаемых ботов.

– Я помню твой доклад. И знаю, что мы не можем от них избавиться.

– По моему приказу Четвёртый департамент провёл эксперимент, – добавил Келли. – Они смоделировали Метавселенную, убедились, что боты в неё зашли, удалили и восстановили из старой резервной копии. Боты всё равно появились. Они сидят в корнях Сети, сэр, и никто не знает, как до них добраться.

– Сначала я решил, что эти проблемы не связаны, но потом понял, что за «Мистическими явлениями» может стоять Гамильтон. Это в его духе.

– Сэр?

– Сам поймёшь, когда побываешь в «Инферно».

Раймонд кивнул, допил виски и осторожно напомнил:

– В «Мистических явлениях» случаев убийств не зафиксировано.

– Но они воздействуют на людей через «паутину»[5], вызывая различные травмы.

– Незначительные травмы, сэр. У жертв «Мистических явлений» крайне редко остаются шрамы или ожоги.

– Значит, Гамми этого не хотел, – пожал плечами лорд Саймон. – Но я предполагаю, что человек, заполучивший технологию Гамильтона, нашёл способ резко усилить воздействие и добиться смерти объекта, воздействуя на него через «паутину».

– Убивая в Сети – убивает в реальности?

– Путём остановки сердца. – Лорд вернулся в кресло и жёстко посмотрел Раймонду в глаза: – Мне