Сергей Мусаниф - Третье правило стрелка

— Пока я тоже ничего не буду делать, — сказал Негоро. — Пусть Бозел сначала превратится в дракона, а там мы разберемся.

— Спасибо, — сказал Бозел — Ты — настоящий защитник.

— Странная ситуация, — заметил мастер Лю.

— Это верно, — согласился Негоро. — Я слышал, вы отошли от дел, мастер.

— Отошел. Но меня убедили ненадолго вернуться.

— Его купили жалким клочком бумаги, — объяснил Бозел.

— Что дракон может понимать в древних рукописях? — пожал плечами мастер Лю.

— Побольше вашего, — сказал Бозел. — Вы «Книгу Мертвых» читали? Я принимал участие в ее написании. И «Капитал» без меня не обошелся.

— Его послушать, «Ночной дозор» тоже он написал, — сказал Негоро.

— Мог бы, — сказал Бозел. — Но не успел, врать не буду.

— Давайте разберемся, — предложил Негоро. — Нас тут трое, все мы неординарные личности с очень непростой судьбой, сидим тут, пьем чай, греемся у костра и ждем подходящего момента, чтобы вцепиться друг другу в глотку. Как мы докатились до жизни такой?

— Предлагаю подумать об этом и заняться медитацией, — сказал мастер Лю. — Трансцендентальная медитация помогает разобраться в себе.

Гарри сидел на берегу нефтяного озера и потихоньку впадал в панику.

С тех пор как в его недостроенную башню заявился Горлогориус, он пережил много приключений, но никогда не был один. Рядом с ним всегда присутствовал Джек Смит-Вессон, готовый прикрыть спину и, чего уж тут кривить душой, взять на себя львиную долю опасностей.

Стрелок вселял в Гарри уверенность. Теперь его не было рядом и уверенность тоже куда-то испарилась.

Гарри вспомнил, что он находится в центре гигантской свалки, населенной кровожадными зубастыми монстрами, а его волшебная палочка плохо сбалансирована. Он вспомнил, что из большей части передряг его вытаскивал именно Джек. Еще он подумал, что раз поисками седьмого ключа занимаются Джек и Реджи, то Горлогориус вряд ли будет следить за самим Гарри и не придет на помощь своему младшему коллеге.

Гарри натаскал автомобильных покрышек, полил их нефтью из озера и запалил огромный костер, надеясь, что он отпугнет обитающих поблизости монстров. Заодно он сварил себе море кофе, потому что больше кровожадных тварей он боялся только одного — заснуть и быть сожранным кровожадными тварями.

Увы, Гарри был не слишком опытным молодым человеком, не учел кое-каких побочных эффектов своих действий и не просчитал ситуацию до конца. Очень скоро посреди черной-черной свалки, на берегу черного-черного озера, окруженного горами черного-черного мусора, сидел черный-черный человек и жег резину.

Поскольку Гарри уже приготовился к самому худшему, он не удивился, когда из черного-черного озера вылезло черное-черное щупальце и потянулось к нему. Очевидно, щупальце привлекало тепло костра.

Гарри саданул по щупальцу заготовленным для псов заклинанием инфаркта, но оно почему-то не подействовало. То ли у щупальца отсутствовало сердце, то ли чудовище обладало гораздо большими габаритами и сердце скрывалось под толщей нефти.

Гарри подошел к этому вопросу творчески. Вместо того чтобы долбить заклинанием инфаркта по всей поверхности озера, он сотворил чары циркулярной пилы и расчленил щупальце на двенадцать кусков. Правда, он сомневался, можно ли применять термин «расчленить» к щупальцу.

Вслед за первым из озера вылезли еще два щупальца, но Гарри уже знал, как ему следует поступить. Четвертое и пятое щупальца тоже не доставили особых проблем, но, когда они стали вылезать сначала по три, а потом и по четыре штуки за раз, Гарри пришлось серьезно попотеть.

Расправившись с последним отростком, Гарри чуть не валился с ног от усталости, но Караганда явно не хотела, чтобы он расслаблялся. В некотором отдалении Гарри услышал бодрые шаги и знакомый мотивчик:

Когда переехал, не помню,Наверное, был я бухой.Мой адрес сегодня не Матрица,Мой адрес сегодня такой:Караганда-да-да, Караганда-да-да,Караганда-да-да, Караганда-да-да. Да!

Повсюду гниет разный мусор,Он просит работать метлой.Но я подметать здесь не буду,Мой жребий совсем не такой.Караганда-да-да, Караганда-да-да,Караганда-да-да, Караганда-да-да. Да!

Я мог бы подохнуть в пустыне,Но вышел оттуда живой.Я пьянствовал вместе с Лео,Все знают, кто это такой.Караганда-да-да, Караганда-да-да,Караганда-да-да, Караганда-да-да. Да!

Когда переехал, не помню,Наверное, был я бухой.Мой адрес сегодня не Матрица,Мой адрес сегодня такой:Караганда-да-да, Караганда-да-да,Караганда-да-да, Караганда-да-да. Да![56]

Голос тоже показался Гарри знакомым, да и события, о которых шла речь в песне, навевали определенные воспоминания.

Когда певец вышел на свет, у Гарри не осталось никаких сомнений.

— Джавдет?! — Гарри был крайне удивлен этой встречей, и к удивлению примешивалась радость при виде старого знакомого, который положил конец его одиночеству.

— Кто ты, демон, знающий мое имя? — поинтересовался Джавдет.

С момента их последней встречи он сильно изменился. Кожаный жилет едва прикрывал смуглый мускулистый торс, ковбойские сапоги цокали даже при передвижении по земле, черные джинсы сверкали заклепками, а на шее кочевника висела толстенная золотая цепь с массивной трехлучевой эмблемой «мерседеса».

— Я — Гарри, — сказал Гарри. — Волшебник Гарри. Неужели ты меня не помнишь?

— Я помню Гарри, — сказал Джавдет. — Гарри не был черным.

— Я не черный, — сказал Гарри. — Я просто немного испачкался.

— Голос похож, — с сомнением сказал Джавдет. — Как должны назвать мою пока еще неродившуюся дочь?

— Не помню, — сказал Гарри. — Но, когда я вытащил тебя из пустыни, с тобой был стрелок по имени Джек Смит-Вессон. А потом мы встретились в мире Матрицы, ты носил очки без дужек и настаивал, чтобы тебя называли Морфеусом.

— Это правда, — сказал Джавдет. — Значит, ты действительно Гарри?

— Да, и я чертовски рад тебя видеть.

— Я тебя тоже, — сказал Джавдет. — Караганда оказалась довольно унылым местом. Не знаю, что я бы тут делал один.

— Но откуда ты тут взялся?[57] — спросил Гарри.

— Ты не поверишь, — сказал Джавдет. — Я потерялся.

Глава 9

Рано или поздно каждый из нас возвращается туда, откуда начинал.

Но не всем это нравится.

Горная вершина была плоской, как будто ее срезали ножом. Холодный разреженный воздух обжигал легкие, под ногами плыли облака, а над головой не было ничего, кроме синего-синего неба.

— Приплыли, — сказал Реджи.

Площадка оказалась совсем небольшой — около пяти метров в ширину и десяти в длину. Ближайшая горная вершина находилась в добрых ста метрах, и стрелкам могло показаться, будто они находятся на самом верху огромной колонны, подпирающей небеса. Спуститься отсюда без вертолета, парашюта или летающей тарелки не представлялось возможным.

На краю площадки стояла открывающаяся прямо в бездну дверь. На ней тоже не было ни ручек, ни замков.

Зато имела место выемка в форме револьвера. Одна.

Надпись отсутствовала. Все было понятно и так.

— Приплыли, — повторил Реджи.

— Я слышал тебя и в первый раз, — заметил Джек.

— Может быть, я говорю сам с собой, — сказал Реджи. — Нас провоцируют на поединок, Джек. Придется стрелять друг в друга, сражаясь за честь спасти вселенную.

— Это было очевидно, — сказал Джек. — Еще одно препятствие для возвращения в обитель. Предполагается, что стрелки не должны стрелять друг в друга, а потому никто не пройдет этой дороги до конца.

— … — от полноты души высказался Реджи. — Как меня это все задолбало!

— Здесь холодно, — сказал Джек.

— Проведем дуэль по всем правилам?

— Я не люблю долгие церемонии.

— Тогда просто постреляем. — Реджи бросил свой саквояж посреди площадки и направился к краю. Джек сунул в рот сигарету.

Реджи остановился в шаге от бездны и с любопытством посмотрел вниз. Плюнул на облака.

Джек медленно добрел до своего места, похлопал рукой по карманам в поисках зажигалки, прикурил торчащую в углу рта сигарету.

— Ты готов? — спросил Реджи, не отрывая своего взора от проплывающих под ногами облаков.

— Дай мне еще минутку.

— Бери.

Рано или поздно в жизни любого человека наступает критический момент, вынуждающий его выбирать. Возможно, это самый важный выбор в его жизни.