Как не прибить и не влюбиться (СИ) - Митро Анна

Меня же, спящую на ходу приволокли Дани и Руперт, пообещав разбудить через несколько часов. Соврали. Никто меня не будил, и я честно проспала до утра. А проснувшись, обнаружила оставленный мне завтрак. Желудок взревел даже при виде остывшей каши, показавшейся мне невероятно вкусной. Добавки, к сожалению, у кока не было, все же количество ртов увеличилось, и приготовленное съедалось подчистую. Поэтому выслушав жалобы корабельного кока и сдав ему грязную посуду, я пошла проверять своих «больных» спасенных.

Среди них оказались как жители Карвахаля, в том числе и из Фиоренци, так и обраксасцы, и даже двое мужчин из Иллирии, родины моей мамы. Они пострадали сильнее всего, видимо, являясь магами, боролись до последней капли силы. И самое страшное, что я не была уверенна в их восстановлении. Еще я переживала за женщин, но все как одна говорили, что надругательств над ними никто не допускал. И лишь несколько соврали об этом, страшась признаться в перенесенном даже себе. Потому я аккуратно подчистила их воспоминания, чтобы они не омрачали их дальнейшую жизнь. Дети, поняв, что им больше ничего не грозит, и их вернут родителям, пришли в себя очень быстро. Правильно в академии говорили, что детский разум гибок, пластичен, что это позволяет пережить самые ужасные моменты с минимальным уроном для его носителя. Нет, конечно, каждое событие оставляет следы, но вероятность что ребенок забудет о плохом, намного выше, чем у взрослого.

Дани с еще парой достаточно бодрых женщин разливали по тарелкам жидкую кашу на мясном бульоне, при виде меня все трое расплылись в улыбках.

– Леди Фиона, те дети, кто в состоянии держать что-то тяжелее ложки, помогают Голди драить палубу, – объяснила она мне относительную тишину в помещении.

– Странно, я их не видела… Хотя и нет, визги слышала. Но Дани, там же кровь, – все же не очень хотелось, чтобы дети видели последствия боя.

– Пара пятен после случившегося их точно не напугают, а свежий воздух необходим, да и раненым нужен покой, с толпой галдящих ребят это сложно. А малыши, вон, с Самирой сидят. Она кстати тоже с Фиоренци. Пришла горничной устраиваться в дом и потом уже очнулась здесь.

– Как она? – я смотрела на темноволосую девушку чуть старше меня, которая чистила бытовым заклинанием хихикающего карапуза.

– Вы с трудом ее откачали, а теперь глядите, магичит вовсю. Эх, как мне не повезло, родится на такой земле да без дара…

– Дани, у тебя прекрасный дар, никто из моих знакомых не чувствует так травы, как ты.

– Да, травы… Но это эго не хватило на обучение в академии. Куда я со своими травами? Все. Жизнь в Фиоренци проживу, мира не увижу.

– Дани, мы сейчас где? – меня разбирал смех.

– В смысле? На корабле конечно!

– А куда мы плывем? – продолжила я с ехидной улыбкой.

– Руперт говорил, что вы направлялись в Оланскую империю. Значит, в столицу, Тадрихан.

– А ты говоришь, что мира не увидишь, – хихикнув, я пошла проверять несчастных иллирийцев. – Надо бы маму вызвать, чтобы она предупредила прабабушку об этих двоих. Мало ли кто они. Простые люди из Иллирии к нам не попадают.

Оба были без сознания, и выяснить их личности не представлялось возможным. Бледные лица больше напоминали бумагу, но прогресс все равно был, это уже было не бессознательное выражение лиц, а скорее магический сон. В который они погрузили сами себя, чтобы восстановиться. Значит, надежда на полноценную жизнь у мужчин есть.

Потом я спустилась ниже, туда, где были матросы и остальные спасенные. Там первые травили байки о плаваниях и учили вторых играть в карточные игры, что были приняты на корабле. При виде меня встали все, а трое мужчин, мне даже поклонились. Как оказалось, они тоже с из Фиоренци, и узнали от Дани, что их спасла «их младшая леди».

Один из них подошел ко мне, сильно стесняясь и поглядывая на своих товарищей. Я сразу поняла, что он будет что-то просить, и скорее всего, вытянул короткую соломинку.

– Леди, мы все вам невероятно благодарны. И тайну вашу будем блюсти… Все. Кто спросит, так это команда Ветреного нас вытащила, а вы с ними просто плыли на дальний берег. Вы не сердитесь на нас за глупые вопросы… Только жить-то мы живы, но как домой вернуться? Не то, что до родных городов и деревень, а хотя бы до столиц? Ведь мы все не то, что без денег, а даже без вещей. И заработать на дорогу обратную у хитрых оланцев будет почти невозможно, возьмут только за еду да проживание. Не сердитесь, леди, но мы не знаем, у кого еще спросить о нашей судьбе… С капитана все же взятки гладки, довезет до земли и высадит…

– То есть вы думали, что я спасаю вас, чтобы потом бросить на произвол стихий? – я от возмущения сразу даже сообразить не смогла что ответить.

– Да нет же… Просто нам никто ничего не говорит. А плыть осталось день да немножко…

– Так, скажу один раз, больше повторять не стану. До определения, каким именно образом мы будем отправлять вас домой, с корабля ни шагу. Здесь вы находитесь на территории Карвахаля и подчиняетесь его законам. Так нам будет проще, меньше возни со всякими ведомствами в Тадрихане. Обратно в Брейнвуд я постараюсь вас сопроводить сама. По поводу возвращения домой обраксасцев будем решать с их посольством уже когда вернемся на родные берега. Минимальным набором личных вещей снабдим вас за счет королевской казны или средств герцогства, так что не переживайте.

Я выдохнула и повернулась к выходу, за спиной у меня стояла Дани, она благодушно закивала и со словами: «Остальным расскажу», быстро побежала к женщинам. Я же направилась на капитанский мостик.

Шон стоял у руля с красными от недосыпа глазами. На секунду стало стыдно, ведь мне-то в отличие от него выспаться дали.

– Как наши пассажиры? – опустил он приветствия.

– Практически все оклемались, не удивляйтесь, про наше с братом участие в своем спасении ни один из них не признается. От команды жду того же.

– Вам с братом придется раскрыть свое присутствие на земле оланцев, чтобы можно было вернуть всех домой? – понимающе посмотрел на меня капитан.

– У тебя таких полномочий не хватит, а люди переживают. Сильно. Они рады спасению из рук работорговцев, но боятся, что им придется зарабатывать самим на дорогу домой. А это сложно, учитывая, что у них даже зубных щеток нет. Поэтому я бы попросила тебя не сходить с корабля и попридержать своих людей, слухи разносятся быстро, и было бы прекрасно, если бы мы развернули судно домой, прежде чем они достигнут не тех ушей.

– Мы в любом случае рассчитывали на более длительное плавание, и если обещаешь, что паруса будут полны, то матросы будут только рады оказаться в Карвахале пораньше. Но как нам сдать преступников и забить трюм едой, не выходя с корабля?

– Этот вопрос мы с Филом решим, – тут я задумалась, хватит ли влияния семьи Мельгар, чтобы оланцы не спустили на тормозах дела работорговцев, все же в империи к этому относились намного лояльнее. Тут даже гаремы у высшей знати что женские, что мужские существовали.

– Хмуришься, – приобнял меня Шон. – Считаешь, что оланцы своих сородичей отпустят?

– Их среди преступников больше трети… И рабов они везли в империю. Значит есть покупатели или заказчики… Этих людей они не получат, но кто гарантирует, что не будет следующих? Другого корабля с своим Эфенером? Кто сможет искоренить всю сеть?

– Ты сможешь, – я почувствовала тепло его ладони у своего лица. Он взял меня за подбородок и повернул к себе так, что наши губы были в сантиметре друг от друга. – Я верю, Фиона, ты поймаешь всех до одного и добьешься наказания, – в его глазах так хорошо читались страсть и сожаление, что я поняла, поцелуя не будет, как бы ему не хотелось. Одно дело флиртовать со стражницей, другое – с наследницей рода ди Фиоренци. У нас нет будущего, а сделать меня своим мимолетным увлечением он не рискнет. Я буквально кожей ощутила его разочарования и сама потянулась к нему, чтобы запечатлеть на его щеке невесомый поцелуй.

– Спасибо, что так веришь в меня, – сказала я и покинула капитанский мостик.