Сны и башни (СИ) - Царенко Тимофей Петрович

На гонорар можно было купить поместье в столице.

– Ах, джентльмены, заходите! – граф встретил приятелей в летнем павильоне.

– Чем обязаны столь пристальному интересу, ваше высокопревосходительство? – вежливо уточнил Ричард. Перед владельцем дома приятели изрядно робели. Граф Леонардо Фальцанетти являлся мастером-академиком высшей школы химерологии и биомантии. Если в чистом выражении – он архимаг. Но его искусство плотно связано с внешними амулетами, механизмами или живыми организмами. Эта предельная сложная наука снискала себе славу одной из передовых и практически не требовала стихийных талантов, хотя и усиливала их кратно. А Фальцанетти был одним из элиты империи: повелителей туманных легионов, погонщиков армий плоти! Костяной гвоздь победы, что своими тварями несказанно усиливал армию. Чего стоят одни только ящероподобные твари с огромным костяным воротником на шее. Зверушка держала выстрел из легкой пушки. Ну, если не в упор. Но в бою перед вами, как правило, только морда твари, они ведь еще и на местности прятаться умеют! И таких чудес просто тьма.

Граф отличался изрядным ростом и был худощав. Породистое лицо украшали щегольская бородка, круглые очки, а волосы тяжелой гривой лежали на плечах.

Кстати, биоманты – это, признано, самые сложные противники. Вы никогда не угадаете, как он решит вас сегодня убить. Он и сам не всегда это знает. С ними вообще сложно, в том числе и союзникам.

Ну, у людей, которые способны пришить к себе (или к своей родной матери, прецеденты бывали) пару лишних организмов, дабы «расширить свои горизонты», проблемы с психикой – нечто навроде обязательного набора. А уж какие среди них возникали сексуальные девиации…

И вот, сильнейший биомант, то есть уже априори способный менять себя просто силой мысли, стоял перед компаньонами и угощал вином.

Объятые жадностью ни Рей, ни Ричард тревожных сигналов не заметили.

– Для начала хочу вам сказать, Ричард, я ваш большой поклонник! Вы ведь, в своем роде, новатор! Вы несете смелый взгляд на вещи! Вот, например, ваш подвиг там, на юге! Вы показали всем, чего стоит империя. Три. Три конфликта угасло как по мановению руки! А всего-то и надо было – обурить черножопых простофиль! Верно говорят, интеллекта этим дикарям не хватает!

Рей и Ричард мысленно поежились, они даже в страшном сне не могли ляпнуть, что народ Ахаджара тупой и, тем паче, примитивный. К тому же, сложно интеллектуально доминировать над теми, кто охотится на богов! Тогда как вся твоя цивилизация научилась от них разве что эффективно отбиваться. Особенно с учетом того, что эти самые аборигены непосредственно тобой сверлили дырку в реальности.

– Это была импровизация! – поймите Ричарда и Рея правильно. Если кто-то заплатил вам мешок золота за один единственный разговор, то вы, как минимум, должны, даже в ответ на самое жесткое оскорбление, попытаться понять, действительно ли вас хотели унизить или просто это у человека такая своеобразная манера общения и он просто так тобой неловко восторгается. А сэр Леонардо продолжал.

– Ах, как я смеялся после того, как изучил ваши похождения тут, до того, как вас услали на край света! И снова вы показали, что такое характер! Как может быть служение превыше всего! Я ведь верно понял, вы разоблачили изменника и догадались что были в иллюзии? Мое почтение! Это поистине достойно аплодисментов! – от полноты чувств граф захлопал в ладоши.

Ричард только смущенно кивнул. Фальцанетти то не тот человек, которого вы захотите разочаровывать насчёт собственной персоны.

– А ваша афера с уничтожением города! Как вы все ловко обставили: и закатников на себя натравили, и прорыв в план смерти подгадали! Ловко, ловко, и даже о благе государства позаботились! Но хитрец, я вас вычислил! Строительные накладные! Вы, джентльмены, на этой афере заработали больше всех и даже уважаемых людей не обделили! Но господа, на будущее, уполномочен вам передать послание от ДРУГИХ уважаемых жителей города: если вам впоследствии понадобятся сопоставимые по размерам суммы, то обращайтесь и вы легко их получите просто так! Безо всяких обязательств. Просто кучка денег, как сегодня!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ответные улыбки приятелей вышли натянутыми. Но если Рею было проще – мало кто мог понять его выражение лица, то вот Гринривер уже сник. А граф продолжал:

– Но то, как вы провели прошлое лето! О! Ричард, в этот момент я понял, что хочу быть вам преданным другом, или, не смею мечтать, членом вашей семьи! Вы! Вы сотворили то, что так и не удалось мне – вы показали всему миру, всем этим напыщенным знатокам искусства, показали, что истинному художнику не важно чем творить! Вы превратили в предмет искусства себя! Я, к стыду своему, никогда не буду настолько смел! А потом вы превратили искусство в оружие, ах как встрепенулась империя, когда пресса судачила о том, что его величество был излишне строг! Я, кстати, скупил их все!

– Что, простите?

– Все экспонаты, что вы изваяли из плоти и раздали самым преданным ценителям! Я скупил все, что поступали в продажу. Правда, признаюсь, платили в основном мне, ведь вы, аки змий, сделали все, чтобы увлечь своих врагов в ловушку, ну кто захочет с вами после этой истории ссориться? А просто так уничтожить эти шедевры нельзя: государственное хранилище артефактов, владелец отвечает за сохранность честью, ведь права получать такие дары можно и лишиться. Идеально! Просто идеально! Я мог нарушить какие-то ваши планы, вдруг вы задумывали убить всякого, кто хранит в своем доме ваш шедевр, а я так спас ваших врагов. Но если хотите, я дам вам все данные об этих людях и скажу, где они в данный момент времени обитают!

– Нет, пока не надо, но при случае я обязательно вашей помощью воспользуюсь. Не всегда я могу дотянуться до обидчика! – тут Ричард был вполне искренним.

– Замечательно! Тогда я запишу эти спасенные жизни на свой счет. Но пойдемте же скорее, я оформил у себя дома целую экспозицию ваших работ!

– Не, Ричард, это наши вполне себе обычные неприятности. Это с нами всегда бывает, – тихо шепнул Салех приятелю. – Не все так плохо, он к нам расположен. В любом случае – мы гости, – в голосе молодого человека не было особой уверенности.

– Вот, пойдемте, пойдемте, маэстро, я верно ведь уловил ритм?

Да, действительно, скульптуры из пропитанной смолами плоти шли вдоль всего коридора. Фигуры словно перетекали одна в другую, казалось, Ричард двигался, бежал по коридору и застывал в отдельных точках пространства.

Ни Рей, ни Ричард ничего подобного не закладывали, им даже в голову не могло прийти составить все статуи в каком-то особом порядке, а вот граф смог.

– Красиво, да! – просипел Ричард внезапно севшим горлом. – Вы все правильно увидели, мой добрый друг, мне нечего добавить к этому!

– Здравствуй, папочка! – от звонкого детского голоса приятели подпрыгнули на месте и испуганно заозирались. В конце коридора стояла белокурая девочка в синем ситцевом платье и лакированных туфельках. На вид ей было лет пять.

– Здравствуй, белочка! У нас гости, знакомься, волшебник Рей Салех и Ричард Гринривер, собственной персоной! – граф дочке широко улыбнулся.

Девочка завизжала от восторга и запрыгала на одной ножке.

– Ура, ура! Сэр Ричард, я всегда мечтала с вами познакомиться! Я знаю все ваши органы! Я ваше тело знаю все-все-все! А можно мне автограф? – и девочка из рюкзака, что болтался у нее за спиной, вытащила анатомическую иллюстрацию: половина его лица с мышцами, глазом, но без кожи, с сегментом зубов. Короче так себе зрелище. Именно ее протянули Ричарду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дочка человека, который хранит в доме полсотни ваших тел и их кусков – не тот человек, которого вы захотите обижать. Ричард лишь расписался и протянул препарат Рею, тем самым он отдал дань его профессионализму (ведь именно громила препараты готовил). Короче подписей стало две.

– Папочка, он классный! Папочка, а можно я за него замуж пойду? Я себе хочу такого мужа!

Ричард с большим трудом сохранил вежливую улыбку.