Колдовской сезон - Айла Дейд

Я протянул руку. Ее глаза были широко распахнуты. Она посмотрела на мои пальцы, потом снова на меня. Наконец Хелена переплела свои пальцы с моими. Я почувствовал, как сквозь меня прошел ветер, и на мгновение мне показалось, что я теряю почву под ногами.

– Что происходит? – услышал я голос Мерлина позади нас. – Что это за чувство?

– Сила, которая нам не знакома, – ответила Изобель.

Силеас сделала шаг вперед.

– Откуда она взялась?

Никто ничего не сказал. Но внезапно Камрин прошептала:

– Там! – Она указала пальцем на крошечный силуэт рядом с каруселью. Туман почти полностью поглотил ее. Я нахмурился. – Это что…

– Элин! – Изобель сделала шаг вперед. Маленькая девочка присела на четвереньки рядом с каруселью и рассматривала брюхо оленя. Услышав голос Изобель, она вздрогнула.

– О боги! – выдохнула Кораэль. Остальные тоже резко втянули воздух. Рука Хелены дернулась в моей.

Камрин ахнула:

– Что с ее глазами?

Они были черными как смоль. И, когда ее взгляд впился в мой, я как будто почувствовал страх маленькой девочки в своем теле. Элин не понимала, что с ней происходит. И я тоже мало знал об этом. Я просто знал, что это ненормально. Даже для нас, азлатов.

Элин открыла рот. С каждой секундой он раздвигался все дальше и дальше, пока полностью не раскрылся. Ее клыки были острыми как бритва.

Мерлин выругался.

– Какого…

И тогда Элин испустила крик, который был не из этого мира. Такой высокий, такой пронзительный, что у меня зазвенело в ушах. Сила звуковых волн заставила всех нас упасть на колени. Противостоять им было невозможно. Земля начала вибрировать. Я крепко сжал руку Хелены, сосредоточившись исключительно на том, чтобы не отпускать ее.

– Тираэль! – закричала она, и когда я поднял глаза, то понял причину: из брюха оленя выползло огромное, ненормальное и тоже черное как смоль существо. Его тело выглядело как панцирь, который вот-вот лопнет, черная голова была значительно меньше. У этой твари был зазубренный хоботок.

– О боги, – сказала Кора. – Это… клещ?!

– Ixod Veritas, – выдохнула Камрин.

Хелена дрожала.

– Простите, что?

– Разве ты не помнишь? Клещ истины, – опередил я Камрин, не отрывая взгляда от жирного существа, которое все еще вылезало из внутренностей оленя. – Существо из Круачейна.

Внезапное осознание и паника отразились в чертах Хелены.

– Но как это возможно? – Голос Мерлина едва заметно дрожал. – Согласно нашему учебнику истории, эти существа ползают только по узлам древа Авалона.

– Это дерево, ветви которого простираются по всем мирам? – спросила Хелена.

Я кивнул.

– И оно здесь? – Хелена огляделась. – Где?

Элин все еще кричала. Я прижал руки к ушам.

– Узловое пересечение! Элин… должно быть, открыла его!

– Только высшие существа и боги могут открыть его! – прокричала Силеас сквозь шум. – Что здесь происходит?

На дальнейшие предположения времени не оставалось, потому что в этот момент все тело гигантского клеща рухнуло на землю. Удар заставил упасть и Элин. Ее крик стих, но клещ… Элин сосредоточилась на нем, как будто повелевала им.

Кора задыхалась.

– Что теперь?

– Теперь, – начал я, и мои ноги отяжелели как свинец, когда я поднялся. – Теперь мы атакуем.

Дидре

Жасмин увядал в моих руках. Мне нужны были ноты этого аромата, чтобы распространить их по коттеджу. Рейвен не могла выделить много цветков, и я не хотела просить ее о большем после того, как она практически не произнесла ни слова во время исцеления. В камине огонь пожирал последние остатки человеческого тела, конечности которого я собственноручно разрубила и сожгла. Отсутствие эмоций при этом напугало меня больше, чем сам факт. Каким-то странным образом этот акт удовлетворил меня.

Бутоны цветков поникли, пока я вдыхала их аромат. Я подняла нос и принюхалась, но едкий запах трупа все еще чувствовался. Я как раз собиралась посвятить себя последнему цветению, когда обмякшее тело зашевелилось на импровизированном диване. Я сразу же оказалась рядом с ним.

– Эмилль? – Я сжала его руку. – Ты слышишь меня? – Привлекательный эмпат заморгал. Вяло он приоткрыл веки.

– Дидре? – Его голос звучал грубо. – Что… что случилось?

Я сглотнула.

– Ты был на волосок от смерти, Эм.

Он нахмурился. Со стоном Эмилль выпрямился и посмотрел вниз на свой обнаженный торс, вокруг которого была намотана прочная повязка.

– Рейвен была здесь?

Я кивнула.

– Бур высадил тебя и первого министра возле твоего коттеджа и так ударил хвостом по двери, что она чуть не слетела с петель.

Он слабо усмехнулся.

– Это мой мальчик.

– В любом случае, я нашла тебя. Я спрятала министра и вызвала Рейвен.

– О нет. – Он застонал. – Я думаю, она ненавидит меня.

– Она ненавидит нас всех.

Эмилль недоверчиво поднял бровь.

– Тебя тоже?

– Меня особенно.

– Что ты…

– Я не спрашиваю о твоих причинах, и ты не должен спрашивать о моих, Эм.

Некоторое время он наблюдал за мной. Но в конце концов Эмилль пожал плечами и осмотрел свой дом.

– Где она?

– Министр? – Он кивнул. – Я сожгла ее.

Его голова крутилась так быстро, что я боялась, что мне придется снова позвать сюда Рейвен.

– Что?

– Она была мертва, Эмилль. У тебя на все свои причины, а я тебе доверяю. Ее нужно было устранить.

Он уставился на меня.

– Кто ты и что ты сделала с Дидре?

Я пропустила его вопрос мимо ушей и встала, чтобы принести ему чаю.

– Надеюсь все, что ты натворил, того стоило. И что ты не оставил никаких следов.

– Стоило. Я… – Внезапно он вздрогнул и принялся теребить одеяла, которыми я его укутала.

– Ты ищешь это? – Я взяла свиток пергамента с обеденного стола и подняла его. – Тебе повезло, что он оказался во рту Бура. Он немного обслюнявлен, но в остальном…

Эмилль широко распахнул глаза.

– Ты читала это?

– Разумеется, я читала. – Я взяла старый глиняный кувшин, вернулась к дивану и налила ему чай. – И я хочу знать, что это, черт возьми, значит.

– Что это, черт возьми, значит? – Уголки его рта подергивались. – Безрассудно смело. – Он вскинул брови. – Мне нравится.

– Заткнись и отвечай, Вудворд. Правда ли то, что там написано?

Он выглядел измученным.

– К сожалению, да.

– Народ тьмы заключил договор с первым министром? – Эмилль кивнул. Я не могла в это поверить. Моя рука дрожала, когда я подняла пергамент. – В нем говорится, что они обещают ей бессмертие, если получат помощь правительства Шотландии при заселении пещеры Спар.

– Что ж, они солгали. Очевидно. Самое заветное желание людей – это вечная жизнь. Темным достаточно было просто показать свои силы, и первый министр уже поверила им.

– По крайней мере, это объясняет, почему министр целую вечность сопротивлялась